Посмертные записки Пиквикского клуба
Шрифт:
Мистер Тапмен загадочно улыбнулся.
— Какой саркастический смех! — вскричала пылкая Рейчел. — Я вас просто боюсь.
— Боитесь?.. Меня?!
— Пожалуйста, не представляйтесь! Знаю я, что значит этот смех...
— А что же он значит? — спросил мистер Тапмен, который не имел об этом ни малейшего представления.
— Вы хотите сказать, — продолжала любезная тетушка, понижая голос, — что сутуловатость Изабеллы сноснее наглости Эмили. И это совершенно верно. Вы себе представить не можете, до чего это меня иногда огорчает! Мой брат так добр, он ничего этого не видит. А если бы он знал, это разбило бы его сердце... — Расстроенная тетушка тяжело вздохнула и печально покачала головой.
— Я уверена, что тетя говорит про нас, — прошептала сестре мисс Эмили Уордль.
— Я тоже уверена, — ответила Изабелла. — Гм! Гм! Тетя! Милая!
— Что, сокровище мое?
— Я так боюсь, что вы простудитесь, тетя. Вот возьмите платок и укутайте вашу милую старую голову. Вы должны беречь себя в вашем возрасте...
Стрела попала в яблочко, но неизвестно, как проявилось бы возмущение тетки, если бы мистер Уордль не прервал общей беседы возгласом:
— Джо, несносный малый. Опять спит!
— Необычайный мальчик, — заметил мистер Пиквик, — он часто так засыпает?
— Засыпает! — воскликнул мистер Уордль. — Он никогда не просыпается. Он спит на ходу, а когда прислуживает за столом, храпит.
— Странное явление, — сказал мистер Пиквик.
— Очень, — согласился пожилой джентльмен. — Я горжусь этим парнем... и ни за что не расстанусь с ним... Это — игра природы. Джо!.. Джо! Убирай.
По окончании угощения и приятной беседы пожилой джентльмен сказал мистеру Пиквику, пожимая ему руку:
— Так не забудьте же, сэр. Завтра вы все — у нас.
— Непременно, — подтвердил мистер Пиквик.
— Адрес вы помните?
— Мэнор-Фарм, Дингли-Делл, — ответил мистер Пиквик, заглядывая в свою записную книжку.
— Именно! И не забудьте, что раньше чем через неделю я вас от себя не выпущу. Обещаю показать вам все, что у нас есть интересного. Если вы хотите познакомиться с деревенскою жизнью, пожалуйте ко мне, я представлю вам ее полностью. Джо! Несносный малый!.. Опять спит! Джо! Помоги Тому запрячь лошадей.
Глава пятая,
между многими прочими вещами повествующая о том, как мистер Пиквик управлял экипажем, а мистер Уинкль ездил верхом и что из этого вышло
Небо сияло, воздух благоухал, окружающее являлось во всей своей красе, когда мистер Пиквик, облокотясь на перила Рочестерского моста, созерцал природу и ожидал завтрака.
Слева высился древний полуразрушенный замок, хранящий гордую память о временах семисотлетней давности, когда он оглашался бряцанием оружия и шумом празднеств и пиров.
Внезапно мистер Пиквик был отвлечен от приятного созерцания тяжелым вздохом и чьим-то прикосновением к плечу. Он обернулся: перед ним был вчерашний мрачный человек.
— Любуетесь картиной? — спросил он.
— Да, сэр! — ответил мистер Пиквик.
— И верно, очень довольны, что встали так рано?
Мистер Пиквик утвердительно кивнул головой.
— Да, для того чтобы увидеть солнце во всем его величии, нужно встать рано, потому что это величие очень редко сохраняется в течение всего дня. В утре жизни есть много сходства с утром дня. Чего бы я не отдал, чтобы вернуть дни детства...
— Вы пережили много горя? — осведомился мистер Пиквик с участием.
— Да, — ответил мрачный человек торопливо, — пережил столько, что, пожалуй, и не всякий поверит.
Он помолчал и затем вдруг спросил:
— Не приходит ли вам в голову в такое именно утро, что утонуть было бы счастьем?
— Нет, боже упаси, — ответил мистер Пиквик, отступая в страхе от перил.
— А я часто об этом думал, — сказал мрачный человек, не замечая движения мистера Пиквика. — Мне кажется, что эта спокойная, холодная вода призывает меня своим журчанием к забвению и покою...
Глаза мрачного человека ярко вспыхнули, но он быстро подавил мгновенное возбуждение и, отвернувшись, спокойно произнес:
— Довольно об этом. Я хотел поговорить с вами о другом. Вчера вечером вы попросили меня прочесть вам один рассказ... Вы путешествуете для развлечения и поучения. Если я передам вам эту интересную рукопись, согласитесь вы познакомить с ней членов клуба, о котором вы так часто упоминали?
— Разумеется, и она будет занесена в протоколы нашего клуба.
— Я вам ее доставлю. Ваш адрес?
Со слов мистера Пиквика мрачный человек записал его вероятный маршрут, проводил ученого мужа до гостиницы, отказался от настойчивого предложения позавтракать и медленно удалился.
Трое товарищей мистера Пиквика ожидали его, чтобы приступить к завтраку, который был уже расставлен на столе самым соблазнительным образом.
За завтраком мистер Пиквик сказал:
— Теперь о Мэнор-Фарм. Как мы туда отправимся?
— Может быть, с нашей стороны было бы благоразумно сначала переговорить с лакеем, — предположил мистер Тапмен.
Совет был принят.
— Дингли-Делл, джентльмены, — ответил официант, — пятнадцать миль, джентльмены, дорога проселочная. У нас есть очень хорошенький четырехколесный экипаж, джентльмены, два места сзади, одно — впереди, для джентльмена, который правит. Только в нем могут ехать всего трое.
— Так как же нам быть? — сказал мистер Снодграсс.
— Может быть, кому-нибудь из джентльменов угодно будет поехать верхом? — предложил лакей, взглядывая на мистера Уинкля.
— Вот и прекрасно! — вскричал мистер Пиквик. — Уинкль, хотите прокатиться верхом?
Мистер Уинкль имел весьма серьезные основания сомневаться в своем мастерстве наездника, но, не желая допустить никаких подозрений на этот счет, ответил сразу с большою отвагою:
— Разумеется! С превеликим удовольствием.
— Велите подать лошадей в одиннадцать, — приказал мистер Пиквик.
Экипаж представлял собой небольшой зеленый кузов, укрепленный на четырех колесах. Впереди возвышалась скамеечка для кучера. В экипаж была впряжена огромная тощая кляча, рядом конюх держал под уздцы такого же огромного коня, оседланного для мистера Уинкля.