Чтение онлайн

«Цуй Няо точно тронулась умом».

Не имея занятости и желания себя занимать, Сяося вернулась в комнату для служанок высушиться, переодеться и переосмыслить всё случившееся за сегодняшний день. Странностей хоть отбавляй.

Тёплая ванна наспех, чтобы согреться и смыть несуществующую грязь. Быстрые движения мягким полотенцем, чтобы собрать влагу и не дать себе замёрзнуть. Чистая сухая одежда и одеяло на ноги. В комнате никого не было — слуги должны работать во все времена и при любых обстоятельствах.

Сложив руки на груди, Сяося смотрела перед собой.

«Сначала Ао».

Сяося помнила её взгляд и фразу на кухне.

«Потом Цзюнь Цзэ».

Его предложение не вязалось с отношением в последние дни. Пропасть существовала между тем и тем. Вполне можно списать на последние дурмана и не искать другой причины.

«Затем Фэй-эр».

Пустой взгляд в неподходящий момент. Не странность ли?

«И Цуй Няо».

Вполне вероятно, она могла быть не в себе после открывшейся правды да только она эмоционально сильная. К тому же Цзи-эр не сделала ничего такого, чтобы из-за неё тронуться умом. Она же не убила, не смертельно подставила кого, не развязала бойню. Всего лишь…

«Дважды чуть не уложила меня в постель с двумя разными парнями».

Или скорее один с половиной. Всё же с Цзюнь Цзэ полежала на кровати.

«Всё слишком странно, словно шар повернулся к темной стороне или сменился сценарист».

Важно время, только оно покажет истину. А пока обороты набирались, ресурсы накапливались, правда складывалась стопкой, Сяося твёрдо решила собрать скудные пожитки и подготовиться рвать куда глаза глядят.

— На новом месте тяжело обосновываться, плюс — тебя не знают, можешь предстать кем угодно, — хмыкнула под нос Сяося, в уме прикидывая, сколько у неё имелось денег. — Только вот документ мой где-то. Он же есть?

То, что оставаться не имело смысла — это уже точно. Одно из возможного точно сыграет против. Либо Цуй Няо, либо её служанка или служанки, либо Цзюнь Цзэ со своим стражем и его женой.

— Плохие карты на столе, в руке ещё хуже, — невесело подметила Сяося. — Карты лягут плохо.

' ' '

Противный мелкий дождь не прекращался. Сяося успела задремать. Впервые за всё время пребывания служанкой ей приснилась родная квартира. По ощущениям Сяося вернулась с высасывающей все соки работы, ругала начальника, ленивого коллегу, маленькую зарплату за большой объём работы.

По пробуждению Сяося аж вздрогнула и схватилась за громко стучащее сердце.

Короткий сон об обыденности поселил печаль. Вроде недавно ругалась на работу в пустоту, продолжая утрами на неё ходить, а вроде слишком давно носилась в жалком положении служанки. Всё же ни та работа, ни эта не имели права взывать к тоске.

— В них и капли хорошего не сыщешь, — Сяося мотнула тяжелой после сна головой.

Хоть по работе она не скучала, а вот по квартире, как оказалось, очень. Светло-жёлтые с краплением золотого обои, простая, но новая мебель, малое количество техники, мягкий пушистый беленький ковёр перед диваном.

Сяося сжала одеяло и облизнула губы.

«Я так давно не была дома…»

— Сяося!

Острое желание разрыдаться отменилось. В комнату вбежала Гу Юй. Бросила зонт на входе и подбежала к Сяося.

— Я с ног сбилась, пока тебя искала, — она встала перед кроватью. — Господин Цзюнь приказал передать тебе это и то, что сделать необходимо срочно.

Белый сложенный лист в руке Гу Юй повис на уровне лица Сяося. Смотря то на него, то на служанку, Сяося не сразу взяла «приказ».

Сяося развернула лист, на котором два блюда: «воздушный рис» «лапша с креветками», и вскинула голову, чтобы спросить, кто сказал Цзюнь Цзэ название блюда (она не могла припомнить с ходу, существовал ли воздушный рис в этой реальности), так и замерла, смотря на сухой пол у входа.

Так же, как и появилась, Гу Юй быстро ушла, прихватив зонт с пола.

Поднявшись, Сяося подошла к дверям, присела и коснулась пола. Сухой. Взгляд Сяося переместился на порог, провела дорожку до кровати.

Сухой пол без лужицы от зонта, без следов обуви Гу Юй. Даже на пороге и возле него ни капли, словно никто не заходил.

Шум дождя всё так же доносился с улицы.

Вздрогнув, Сяося повело. Она прикрыла на мгновение глаза и вытянула руку, угождая той в мокрый счастье пола. Секунда, и она большими глазами, без моргания, смотрела на капли на полу, оставшиеся явно от подошвы простых туфель служанки.

Сяося прикоснулась пальцами к воде, резко обернулась и подалась вперёд. Небольшая лужица нашлась ровном в том месте, где Гу Юй оставляла зонт.

— За что?.. — прошептала Сяося, коснувшись лужицы и подняв пальцы на уровне глаз.

И лужица, и следы, и капли на пороге и рядом с ним имелись. Подскочив, Сяося растёрла влагу по подушечкам пальцев, ещё раз прошлась взглядом по следам и выскочила из комнаты. Быстрым, не концентрирующимся взглядом она прошлась по двору, всё же цепляясь за полосы дождя, который не думал прекращаться. Сяося обернулась. Следы в комнате никуда не делись.

— Одно из двух, — выдохнула Сяося. — Я на пару с остальными стала сходить с ума, либо этот мир не прост. Точно не два в одном.

Взгляд переместился на дождь. Сяося ущипнула себя за руку.

— Невозможно, — сорвался с губ шёпот.

Вернувшись в комнату, Сяося взяла зонт из корзины в углу в комнате, закрыла за собой двери и направилась в сад. В творящемся не пойми в чём никто не выглядел надёжно и знающим, кроме того, кто всегда оставался неизменным — Чжан Юн всегда пёкся о цветах, до людей ему глубоко всё равно.

Сяося прошла сад вдоль и поперёк, но его негласного хозяина не нашла. В домике тоже не оказалось. Опустившись в кресло, Сяося посмотрела на вымокший лист в руке, перевела взгляд на зонт на полу рядом с собой и сгорбилась.

— Я не схожу с ума. Я в порядке, если считать только слово, без смысла. Я… — Сяося выпрямилась на секунду и упала на спинку кресла. — Я устала.

Только с губ сорвались последние слова, как вся тяжесть, копившаяся не первый день, многотонной плитой упала на плечи. Физическая усталость всегда ощущалась, её Сяося научилась не замечать. Но моральная — подобно змее в высокой траве, напала внезапно, дала о себе знать, оставила след и затаилась для следующего броска.

Сяося просидела в домике садовника неизвестное ей время. Она смотрела в потолок и не видела ничего. Шум дождя в какой-то момент исчез или, скорее, стал безразличным фоном. Даже лист в руке успел высохнуть к моменту, когда Сяося вернулась в реальность.

— Так, — выдохнула она. — Страдания страданиями, а работа работой.

Покрутив лист, Сяося прикрыла рукой глаза.

— Кого я обманываю? Бросить бы всё, оставить всех и свалить куда подальше от злодеев, главных героев, их интриг, перетягивания одеяла, долга мести.