Чтение онлайн

Когда же не осталось сил сидеть на одном месте, я углубился в темный коридор. Факел исчез, магии не было, поэтому шел на ощупь. Путь мой окончился в точно такой же галерее, освещенной магическим тусклым свечением. Последовал дальше и снова коридор вывел меня в галерею. Так повторилось еще раза два, пока я, наконец, не решил пойти в обратную сторону. Это ни к чему не привело. Каждый раз коридор выводил меня в один и тот же пустой зал. Выхода либо не было, либо я его просто не замечал. Бездумно я шел и шел, перед глазами то и дело мелькала пресловутая зала, но это уже ничего не значило. Если и погибать, то хотя бы в попытках найти выход.

Я не заметил в какой момент окружение сменилось на обычные читальни, но лабиринту из коридоров и одинаковых галерей пришел конец. Стеллажи с книгами вместо голых стен, столы и стулья вместо пустого пространства. Магическое свечение заменили собой ряды факелов. Я вздохнул с облегчением. «Кошмар… закончился?» — с опаской спросил я себя. Ответ не заставил себя долго ждать.

Примостившись в углу, между стеллажами, для ночлега, я уже засыпал, но передо мной сначала стало мелькать свечение. Потом возникла фигура, облаченная в песочного цвета длинный халат. Фигура была высока. Вокруг нее был ореол из неестественного света. На голове черные короткостриженные волосы. Округлое лицо с практически незаметными острыми чертами, было обращено в мою сторону. Глаза, выразительные, когда-то полные доброты и надежды, сейчас отдавали только пустотой. Это был Дерек. Он присел напротив.

Молчали. Я старался не смотреть на него. Но он смотрел только на меня.

— Уходи, — едва слышным хрипловатым голосом промычал я. — Ты всего лишь видение, иллюзия. Оставь меня. Дай умереть в здравом уме…

— Иллюзия? — удивленно прозвучал голос, который я слышал каждый день до этой злосчастной библиотеки. — Нет, Совор. Я — призрак.

— Призрак? То есть…

— Умер, да, — ответил он. — И что же ты тут нашел? Это стоило того, чтобы все потерять? — голос его был холоден и от того делал только больнее.

Я не ответил. Ничего не мог сказать.

— Так я и думал, — прозвучал голос Дерека. — Все напрасно… Ты ужасно выглядишь, Совор. Но, во всяком случае, еще жив. Знаешь, умирать в пустыне было мучительно.

— Нет… Этого не могло случиться… — пробормотал я.

— Случилось. Я умер. Пытался раскопать башню. Тратил день за днем в тщетных поисках, чтобы достать тебя из этой… ловушки. В конечном итоге я решил идти дальше. Только обратного пути не нашел. И все это только потому что ты повел нас сюда… Да-да, из-за тебя я умер. Сначала погибли родители, потом, следуя за тобой, я оказывался на грани жизни и смерти множество раз. Но теперь уже все кончено.

Ты так спокоен, Совор. Отчего? — дивился призрак моего друга, моего названого сына. — Как можно продолжать искать выход и стремиться к чему-то зная, что по твоей вине загублено сотни, тысячи жизней. Да, Совор. Драконы поработили всех, кто не оказал сопротивления. Неужели души умерших еще не посещали тебя? Тогда я буду первым, кто скажет тебе о том, что все потеряно. Весь мир — пепелище, а все уцелевшие — рабы.

Нет. Такого не могло произойти. А… если все-таки произошло? Сколько лет я провел тут? Может быть, и правда прежнего мира уже не существует? Тогда и смысла покидать эту библиотеку больше нет. Нет нужды бороться и идти дальше.

— Все молчишь? Да, старый учитель… Я не таким тебя помнил. Хотя всегда подозревал в трусости! И как только аэрии выбрали тебя магистром? — призрак Дерека поднялся и стал уходить.

— Подожди, — произнес я. — Позволь проститься с тобой, как с…

— Как с кем? Как с сыном? — усмехнулся призрак. — Хочешь потешить себя напоследок? Почувствовать себя тем, кем никто из магистров никогда не был? Нет, старик. Такой радости я тебе не доставлю. Да и с чего бы? Отца ты не спас. Мать погибла. А ты лишь воспользовался ситуацией ради себя самого. Оставайся тут, старик, — призрак исчез.

Я снова остался в одиночестве. С невыносимой болью на сердце. Слезы бы полились из глаз, но на них не было сил. Поэтому, забившись в угол, я лишь тихо стонал от душевной боли, что терзала меня. Молил Десятерых, чтобы они окончили мои страдания, но боги оказались глухи. Жизнь все еще теплилась во мне.

Каждый раз с пробуждением я шел дальше. Зачем? Не знаю. Это уже стало чем-то обыденным. Чем-то ради чего я все еще живу. Как обыденным стали и посещения меня видениями. Все они были тут: родные, Дерек, Элина и мое второе «Я». Приходили день ото дня. Давили на больное. Сводили с ума. А я лишь брел, получая тычки, разрывающие душу на мелкие кусочки.

— Смирись! — говорил двойник в один день. — Куда мы идем? Неужели надежда не оставила тебя? Ты, как и я, прекрасно знаешь, что выхода нет. Зачем продолжать путь? Смирись!

— За что ты цепляешься? — говорил он в последующий день. — Не отвечай, я же прекрасно знаю, как ты боишься умереть. Всегда бежал от смерти. За все годы, бесконечно долгой жизни ты так полюбил мир, полюбил известность, силу, что теперь страшно уходить. Трус!

И каждым последующим бодрствованием я все больше сдавался. Наконец, я остановился в просторной читальне. Тут я собирался остаться навсегда.

— Неужели? — двойник следовал за мной по пятам. — Первая здравая мысль за все эти годы. Что же, трус, решился все-таки? Решил смириться? Давай. Освободи нас, наконец.

Что оставалось делать? Я искал выход. Все эти годы искал! Но его не было. Все, кого я знал, погибли или умерли от старости, а теперь еще и от драконьего пламени. Зачем было оставаться мне?

Удачно подвернулось место. Посреди читальни валялась упавшая люстра. А из потолка торчал покосившийся крюк. Пододвинул под него стул. Достал моток веревки. Взглянул на нее и невольно усмехнулся. Петля связалась быстро. Двойник все время смотрел, ожидал и говорил вещи, что окончательно добивали меня. Когда все было готово, я поднялся на стул.

— Мне было приятно быть частью тебя, — сказал двойник. Я же уже приготовился надеть петлю, но помедлил. — Чего же ты ждешь? А, ну конечно. Трусишь, как и всегда. Прекрасно ведь знаешь, что больше нечего тянуть.

Двойник насмехался. И всего на миг, в образе моего второго «Я», мне почудилась фигура в изорванном балахоне с капюшоном, за которым следовал шлейф из зеленоватого тумана. Вот, петля уже практически на шее. Но… я уцепился за то, что мне почудилось всего на миг. Больной рассудок со скрипом стал распутывать клубок мыслей. Это пробудило меня. «Что я делаю?» — задался я вопросом. Некое озарение посетило меня.

Снял и отбросил петлю, спустился со стула.

— Трус! — заверещал двойник. — Ты был так близок, но снова бежишь!

Передо мной появились видения семьи, Элины и Дерека. Все они в один голос кричали: «Трус!». Но я остался спокоен. Так умело разрушенная видениями внутренняя защита стала потихоньку восстанавливаться.

— Да, — согласился я и начал перечислять все, что мне ставили в вину все эти годы. — Мать умерла, когда я родился. Но отец никогда не винил меня за это, — произнес я и силуэт Элактиона стал тускнеть. — Да, я, будучи хвастливым ребенком, покалечил брата. И пусть я никогда себя за это не прощу, Вандил простил меня. Да, Эландиль ненавидел меня, но лишь за то, что я причинил боль его отцу. И он со временем простил меня. Да, я бросил семью, когда получил силу от аэрия. Но того требовал долг. Да, я не помог им, когда они больше всего нуждались во мне, но не я предал их смерти, — образы семьи растворились. — Да, Элина погибла, спасая меня. И я вечно буду оплакивать ее, — образ Элины растворился следом. — Да, я повинен в том, что не смог спасти Мирона и Адду, в том, что Дерек остался без родителей. И да, я мечтал о таком сыне, как Дерек, но смирился бы, если бы он оказался против, — исчез и образ Дерека. Остался только мой двойник. Я взглянул на него и произнес последнее признание. — Да… Я боюсь смерти! Но не прячусь и не бегу от нее. Я боюсь не погибнуть, а остаться без мира, к которому так привязался.