Чтение онлайн

Подошел к верстаку. Среди простеньких деревянных инструментов заметил изящные, ухоженные, металлические изделия альдской работы, наверняка, Дейрон пользовался ими еще до Серой горы, а может и еще раньше. Рядом были разбросаны части каких-то шестерней, неудавшихся и поломанных деревянных аналогов, шарниры, трубочки, рычажки, несколько линеек с насечками. Лежали на вырезанных подставках раскрытые фолианты. Разбросаны чертежи и записи. Взял один из листков с намалеванными на нем символами. Понять их смысл я так и не смог. Это не был ни один из известных языков, даже не альдский шифр. Нет. Безумие Дейрона выражалось как-то по-своему. В этом я убеждался все больше и больше.

Тут мое внимание привлек другой раскрытый фолиант. На выцветшей гравюре был изображен альдский голем. Металлическое его тело имело две пары ног и рук. Разведенная в стороны пара рук и сведенные ноги были вписаны в окружность, а вторая пара рук и разведенных ног — вписаны в квадрат. Все сопровождено заметками на альдонерике с размерами каждой определенной части сложного (и смертоносного) механизма. Я перевернул том, чтобы посмотреть на обложку. На обтянутой кожей лицевой стороне была выбита надпись на альдонерике: «Механикум. Изречения о физике и метафизике божественности». Редкая книга на Туурниле. С нее-то все и началось. Этот обширный том был главным трудом Дейрона Коргенсеса. Книга была фундаментальным трудом в области механики, архитектуры и философии альдского общества. В ней приведены идеальные пропорции для големов, а также чертежи. И в ней же поднимаются вопросы о том, кто есть боги и что они из себя представляют? Дейрон рассмотрел витающую среди всех альдов (являющихся ярыми богоборцами) дилемму: «если я могу создать машину и вдохнуть в нее жизнь, являюсь ли я божеством?» и обличал Десятерых в порабощении народов, и призывал бороться с «поклонщиками». После битвы у Серой горы все экземпляры «Механикума» были уничтожены. Сохранилось лишь два или три в университете.

Побродил еще немного по мастерской. За рядом стеллажей, что начинался у верстака, спряталась вторая дверь. По запаху, который слышался от нее, было ясно, что это отхожее место. Дальше ходить я не стал и присел за столик, окрещенный мною обеденным. Сам Дейрон уже расправился с жуками и стал выкладывать на деревянные миски месиво из растолченных жуков. Предложил сока из них же. Я отказался, взял воды. Дейрон притащил стул от верстака и уселся напротив. Ждать пока я соберусь отведать его угощения он не собирался, и со смачным чавканьем стал уплетать эту… похлебку. Живот заурчал. Повозил ложкой в этой тягучей слизи. «Нужно поесть», — убедил я себя. Для уверенности сделал иллюзию обычного супа, чтобы было не так мерзко. Несколько первых ложек пошли тяжко. Однако дальше было уже легче. К несчастью, после долгого голода желудок не принял вообще никакой пищи. Меня скрутило и стошнило. Дейрон помог мне подняться.

— Совсем нехорошо. Да-да, — подметил он.

Повторять попытку я в тот раз не стал. Коргенсес предложил мне вздремнуть. Отвел к своей кровати. Я лег на тюфяк набитый стружкой и чем-то еще. Подушкой служил обернутый в ткань камень. Закрыл глаза ненадолго, чтобы перевести дух.

Отдохнув, уступил место Дейрону, а сам отправился к верстаку. По пути прихватил трактат по практической магии за авторством магистра Алдрена Белого, написанный еще в 178-ом году. За ним и скоротал время.

Дейрон еще спал. А я размышлял, отложив том в сторону. «Зачем же скрижаль привела меня сюда? Просто встретится с самим собой? Найти Коргенсеса? Что тут есть?». Пробродил по мастерской. И делая уже пятый круг, я приметил подвешенную к потолку над стеллажами сумку. Из нее торчали свитки. Взгромоздившись на стул, я дотянулся до этой сумки. Стал рассматривать содержимое, когда слез. Развернул первый свиток. Оказалось, что я держу чертеж. Аккуратно выведенные линии сливались в стыки, шарниры, проводки, шестерни, генераторы, а все вместе в один огромный каркас. Это были чертежи голема. Того самого или очень похожего голема, которого мы обнаружили в Последнем оплоте. В специальной угловой рамке на альдонерике были приведены основные характеристики этой машины, и красовалось назавние: «Нифлорг».

«Вот оно! Именно это и хотела показать мне скрижаль!». Я уже сворачивал ценную находку и собирался посмотреть остальные свитки, как на меня налетели сзади. Я повалился на пол.

— Не трожь! — кричал Коргенсес, сгребая все выложенные мною чертежи в сумку. — Никогда не смей трогать это!

— Ведь это судная машина? — спросил я, поднимаясь на ноги. — Именно этого голема вы собирали в Серой горе?

— Что с того? — Дейрон вцепился в сумку, точно я пытался отнять ее у него. — Его уже нет. Он погиб. И больше не должен быть собран! Никогда!

— Никогда, говоришь? В Нир’Эзаре я видел почти собранного голема, — я вспомнил этот огромный каркас, подвешенный на еще более массивных крючьях к сводам пещеры. — За некоторым исключением, он был идентичен твоим чертежам.

— Что? — Коргенсес был поражен настолько, что выронил сумку. — Нет… Нет! Нельзя этого делать! Ахахаха. Он пожрет всех! Пожрет!

У него снова начался приступ. Я постарался привести его в чувства. На сей раз обошлось без объяснений ему кто я есть и что здесь делаю. Отвел Коргенсеса за стол. Сам прошел еще круг по мастерской. Есть чертежи, и есть альд (полоумный, но еще не лишенный своего гения). И есть сфера, которая приведет голема в движение. Именно так. Пазл сложился. Теперь надо было уговорить Коргенсеса и найти выход отсюда.

Я попытался втолковать конструктору, что это единственный способ покончить с драконами. Не дать им вновь поработить все живое. Но Дейрон был непреклонен.

— Нет!

— Но почему? Ты единственный кто сможет собрать эту машину! Помоги мне, Дейрон. Помоги драконьему повелителю!

— Еще раз нет! Нельзя! Разве ты не понимаешь? Я уже собрал этого голема. И где я теперь? Что случилось с моим народом? Нет, Соворус!

— Именем тех, кого ты предал, Коргенсес, я призываю тебя искупить свои грехи! — настаивал я. — Помоги мне, и я прощу тебе гибель моих родных.

Коргенсес молчал.

— Что мне твое прощение? Я сделал то, что должно, — он с такой легкостью сказал о своем предательстве. Я еле удержался от того, чтобы не врезать ему.

— Недавно ты молил моего деда о пощаде, — подметил я

— Да-да, строгого и могучего Алдирна, не тебя, — все упрямился он. — Кто ты такой? Всего лишь «поклонщик». Твой дед был великим конструктором, представлял наш народ в совете. С ним считались.

— Как же мне достучаться до тебя? От этого зависит судьба всего мира.

Дейрон остался глух. Пока я решил больше не поднимать этот вопрос.

Два дня я провел в мастерской Коргенсеса. Пока он бодрствовал все время сидел за верстаком и корпел над своими поделками. Изредка листал книги, вчитывался. Иногда делая очередную деталь, запись или расчет он начинал говорить сам с собой.

— Да-да, хорошо. Теперь добавим сюда характеристики детали, — очередной раз он занимался расчетами. — Высчитаем корень Амреста. Отлично, да-да! Хм… Но что-то не сходится… Нет-нет, не сходится, — судорожно стал листать книгу, где были приведены формулы. — Воспользуемся теорией Босхмана. Нет! Нужно забыть об этой чудаческой теории. Бред! Как такое можно было придумать. Бред! — Дейрон со злостью отбросил один том и придвинул второй. — А? О чем это я? Ах, да… Вот так. Теперь рассчитаем критерий Коргенсеса. Получается даже не плохой результат. Но… что-то многовато. Почему? Нет, я все учел… Ах, вот. Поправка Ма…рета, да. Подставляем наше число Рейнольдиссиана! И? Да! Гениально! Прекрасно! Ты только посмотри! Разве это не прекрасно?

Наблюдать за потугами угасающего разума было занимательно. Я все дивился, как он окончательно не сошел с ума. Если забыть про все его припадки, то Дейрон сошел бы за довольно странного, но поистине гениального человека.

На третий день моего пребывания в мастерской Дейрон собрался идти на охоту. По его словам продлится она несколько дней. С ним я идти отказался. Он, навьюченный пустыми склянками, стал открывать дверь, приводя в движения противовесы. Рычаг двинулся, засов со скрипом отворился. Но как только Коргенсес открыл дверь, встал как вкопанный. Простоял так с минуту и закричал.

— Нашла! Нет, нет, нет, нет! Нашла! — вопил он. Я подскочил к нему. И увидел, что его напугало.

У двери были натянуты толстые нити большой белесой паутины. Дейрон спешно захлопнул дверь и закрыл засов. Взгляд у него был бешеный.

— Нет. Нашла! — все повторял он.

— Кто? О ком ты говоришь? — вопрошал я, не понимая, что происходит.

— ОНА! — закричал Дейрон. — Я долго скрывался, прятался, таился. И она искала. Рыскала везде. Да-да. Но теперь нашла!

Яснее от этого не стало.