Чтение онлайн

— Благодарю за приглашение. Мы с удовольствием воспользуемся им. К тому же мне крайне любопытно услышать вашу историю. Мои спутники: Это Лейрус…

— Приветствую тебя, Лейрус.

— И тебе привет, Гермиус.

— …Это Зихий…

— Приветствую.

— Приветствую.

— …А это Зеникс.

— Привет тебе, могучий воин.

Зеникс мрачно кивнул, буркнул что-то нечленораздельное, и с нескрываемым недружелюбием посмотрел на Гермиуса и стоявших за его спиной людей. Бывший вампир понимающе улыбнулся и обратился к Ширелу:

— Следуйте за нами, мы отведём вас к себе домой.

Пока бывшие вампиры готовились показывать дорогу, Зихий подошёл к Зениксу и тихо спросил у того:

— Эй, ты чего такой хмурый?

— Не доверяю я этим людям. Вампир он и есть вампир, хоть бывший, хоть настоящий…

— Ну да, — рассмеялся Зихий. — Они нас в ловушку заманивают, а потом как накинутся на нас, да как примутся пить нашу кровь… Так?

— Всё может быть…

— Осторожность не помешает, но нельзя быть таким подозрительным, — проронил Лейрус, стоявший поблизости и слышавший разговор друзей.

— Я не могу доверять никому, кто хоть как-то связан с вампирами, — упрямо мотнул головой Зеникс.

Дорога действительно не заняла много времени и вскоре Гермиус со своими людьми и следовавшие за ними Ширел со спутниками оказались на большом свободном от деревьев участке, практически всю площадь которого занимала высокая массивная скала, имевшая полторы сотни шагов в ширину и, насколько можно было судить, не менее пяти-шести сотен шагов в длину. Из-под каменной стены, к которой подошли бывшие вампиры и их гости, сильной струёй выбивался источник, заполнявший созданную самой природой «чашу» небольшого водоёма. Из этого водоёма в лес убегал узкий, но достаточно глубокий ручей.

— Пришли, — обернулся к Ширелу Гермиус.

Пока Ширел и Лейрус внимательно осматривали необычную скалу, Зеникс и Зихий недоумённо озирались по сторонам.

— Куда пришли? — поинтересовался Зихий.

— К нашему селению.

— И где же оно, ваше селение?

— Здесь, — Гермиус ткнул пальцем в сторону каменного массива.

— Здесь? На скале, что ли?

— Не на скале, в скале.

Зихий внимательно посмотрел на вполне серьёзного Гермиуса и махнул рукой: ладно, давайте, показывайте, что там у вас за фокусы с селением в скале. Тем временем один из спутников Гермиуса спустился в водоём, подошёл к скале, погрузился в воду по шею и скрылся в каменной твердыне.

— Как люди попадут по ту сторону скалы, понятно, — кивнул Лейрус. — Но как быть с нашими лошадьми?

— Это не проблема, — заверил предводитель бывших вампиров и в ту же секунду несколько в стороне от бьющего из камня ключа стена задрожала, загремела и в скале открылся довольно большой квадратный проход, в котором показался только что поднырнувший под стену человек. Он держался двумя руками за какой-то рычаг, с помощью которого, видимо, и был приведён в действие механизм, открывший ожидающим снаружи вход в скалу. В лесу уже стояла темень только что спустившейся на землю ночи и факелы, стоявшие в специальных бронзовых подставках по ту сторону ворот, были весьма кстати.

— Прошу, — жестом пригласил всех внутрь Гермиус.

Пройдя через ворота, со скрежетом закрывшиеся за последним из бывших вампиров, дёрнувшим за рычаг, Ширел и другие обнаружили, что скала, выглядевшая снаружи как огромный цельный кусок камня, непонятно каким образом заброшенный в густые леса, на самом деле была лишь природной каменной стеной, опоясывавшей продолговатую поляну, почти лишённую деревьев, за исключением нескольких групп невысоких осин и клёнов. У самой стены, возле которой стояли Лейрус и другие, находился большой колодец, построенный вокруг источника, что пробивался здесь из под толщи земли и превращался в ручей снаружи. Двумя рядами вдоль каменных стен уходили не слишком далеко вглубь несколько десятков деревянных хижин, не очень больших, но построенных аккуратно, добротно и не без некоторого изящества — резные окна, тонкие перила на крыльцах, красивый древесный настил на крышах. В центре небольшого селения находились несколько длинных продолговатых приземистых построек, в которых, присмотревшись, можно было различить загоны для скота, амбары, кладовые и ещё какие-то хозяйственные помещения. В дальнем конце этого укреплённого «города» виднелись стада коров, коз, овец и каких-то тёмно-бурых животных, разглядеть которых с такого расстояния было сложно. Движение в селении, несмотря на наступившую ночь, было оживлённым — открывались и закрывались двери домов, из которых выходили женщины, направлявшиеся по домашним делам в пристройки, которые были при каждом жилище; возле хозяйственных построек кучковались мужчины, только что закончившие заносить в амбары пополнившиеся запасы, некоторые наоборот, нагрузив примитивные деревянные одноколёсные тачки свёртками и мешками, везли их из кладовых; от колодца в сторону селения удалялись мужчины, неся вёдра с водой и проходя мимо сидящих на сваленных брёвнах юношей и девушек, с любопытством смотревших на охотника, что снимал шкуру с большого лесного кабана.

— А вы здесь неплохо устроились, — одобрительно проговорил Зихий, обводя взглядом идиллическую картину.

— Да, очень неплохо, — повторил за сыном Урсуса Ширел. — И очень удобно — под рукой и запасы пищи, и неиссякаемый источник питьевой воды. К тому же безопасно — здесь вас не так уж и легко обнаружить.

— Спасибо, — поблагодарил Гермиус. — Я обнаружил это место совершенно случайно и сразу понял, что оно идеально подходит для жизни тех, кто не желает, чтобы их напрасно тревожили.

— Теперь я понимаю, отчего слухи о вас так и остались слухами, — сказал волшебник. — В этих глухих лесах и без того люди появляются нечасто, а найти вас в таком укрытии, если вы не выдадите своего присутствия звуком или дымом от очагов или костров, почти невозможно.

— Мы тоже думали об этом, — кивнул Гремиус. — У одного эльфа мы за немалые деньги купили специальный порошок, делающий дым бесцветным. Так что мы можем спокойно жечь костры и использовать очаги в любое время. А шум… Мы не слишком шумные; но даже если кто-нибудь, оказавшись поблизости, услышит какие-то звуки, то, вероятнее всего, решит, что ему почудилось. Мало ли что прислышится в глухом лесу после долгих часов изнурительного пути… Но что это я? Извините мне моё негостеприимство, я сейчас же распоряжусь подать вам ужин и разместить на ночлег вас и ваших лошадей. Ичиль!

— Да, отец! — один из сопровождавших Гермиуса подбежал к нему.

— Отведи гостей в наш дом, скажи сестре, чтобы приготовила для них постели. А я тем временем прикажу подать лучшее, что у нас есть из еды и отдам распоряжения людям на конюшне. Великий Маг, и вы, его спутники, мой дом к вашим услугам, располагайтесь, а я закончу дела и скоро присоединюсь к вам.

С этими словами Гермиус и его люди быстрым шагом направились к хозяйственным постройкам, а Ичиль повёл гостей, ведущих за собою лошадей, сначала на конюшню, где скакунам дали корма, а затем к третьему с края дому в левом ряду хижин. Дом Гермиуса был ненамного больше остальных, но при этом смотрелся посолиднее, будучи построен из более крепкого тёмного дерева.

Ичиль отворил дверь, пропустил гостей в дом и, сказав: — Сейчас я позову сестру, — поднялся по узкой лестнице на второй этаж. Лейрус и его друзья осмотрелись: обстановка дома Гермиуса была совсем небогатой, в чём-то даже аскетичной — длинный стол, лавки по стенам, высокий стул, видимо, хозяина дома, грубоватый, но крепкий шкаф, два сундука. Вот и всё, что было на первом этаже. Слева виднелась приоткрытая дверь, позволявшая видеть маленькую комнату и угол сложенной из камней и глиняных кирпичей печь. Кухня.

На лестнице послышались шаги и вниз спустились Ичиль и юная девушка с глубокими карими глазами и длинными чёрными волосами, при виде которой Зеникс выпучил глаза, а Лейрус и Зихий хором воскликнули:

— Салия!?

Девушка вскрикнула и отпрянула к стене; переведя взгляд на огромную фигуру таращившегося на неё Зеникса, она и вовсе сжалась в комок, стараясь сделаться незаметной. Ичиль ошарашено переводил взгляд с девушки на Лейруса и Зихия, удивлённых появлением здесь бывшей служанки из Дрока, пособницы скотокрада Галуса. Ширел также был заинтересован такой бурной встречей людей, которые, по его представлению, не должны были быть знакомы. Первым заговорил Нерождённый, обратившийся к юноше: