Чтение онлайн

— Ичиль, это твоя сестра?

— Да, конечно, это Салия.

— Она родная дочь Гермиуса?

— У нас с ней один отец и одна мать.

— Понятно.

— Зато мне ничего не понятно, — вставил Ширел. — Вы знаете эту девушку?

— Ну… да, — неуверенно произнёс Зихий. — Во всяком случае, мне так кажется.

— Но…

— Давай мы разберёмся с этим позже, когда вернётся Гермиус, — прервал собравшегося было продолжить расспросы Ширела Лейрус. Поймав направленный на Зеникса полный ужаса взгляд девушки, он позвал её. — Салия!

Та продолжала неотрывно смотреть на отчего-то смутившегося и опустившего глаза великана.

— Салия!

Наконец девушка повернулась к Нерождённому.

— Успокойся. Тебе никто не обидит. Тебе ясно?

Салия кивнула, постепенно приходя в себя.

— Ты хотела чем-нибудь накормить нас?

— Да… — мелодичный голос мало чем напоминал тот хрип, который издавала девушка в последнюю их встречу, когда Зеникс своей рукой, будто железными тисками, сдавливал ей горло.

— Не стоит, твой отец сейчас принесёт нам что-нибудь на ужин. Лучше приготовь пока места, где мы будем спать.

— Хорошо.

Мельком окинув взглядом притихшего Зеникса, Салия бойко взбежала по лестнице. Как только она скрылась на втором этаже, дверь отворилась и на пороге показался Гермиус, вслед за которым вошли несколько человек с дымящимися и источающими аппетитный запах блюдами.

— Прошу отужинать в моём доме, — галантно пригласил гостей к столу хозяин жилища, чем те не преминули воспользоваться, усевшись на скамьи, придвинутые к столу. Гермиус, не слушая возражений со стороны Ширела, усадил волшебника на почётное место, на единственный в доме стул. Ильчи, подойдя к отцу, пытался что-то сказать тому на ухо, но Гермиус нетерпеливо отмахнулся, занятый гостями, и сказал, что выслушает сына позже.

Ужин оказался очень вкусным, особенно для гостей, в последние дни питавшихся нерегулярно и всё больше на ходу и впопыхах. Особенно впечатлили мага соусы и специи, придававшие блюдам особый утончённый вкус. Ширел пытался выяснить у Гермиуса секреты приправ, но тот мог только с виноватым видом развести руками — в приготовлении пищи он ровным счётом ничего не понимал, всё делали местные женщины. Если Великому Магу угодно, то завтра утром он, Гермиус, может отвести его, Ширела, к тем женщинам, что готовили эти блюда — предложил хозяин. Волшебник явно был настроен ответить согласием, но расслышал сдержанные смешки Зихия и Зеникса, увидел широкую улыбку Лейруса, до его слуха донёсся шёпот Древославного «ну, прямо как стряпуха». Ширел нахмурился и почти покраснел, и тут же прекратил кулинарные расспросы. Маг красноречиво посмотрел на Зихия и негромко, но отчётливо постучал пальцем по столу. Сын Урсуса намёк на обещаемые ему неприятности понял и замолчал, стараясь сдержать рвущиеся из него хихиканья.

В это время на первый этаж спустилась Салия и, стараясь не смотреть на гостей, подошла к отцу. Гермиус радостно улыбнулся, приобнял дочь за плечи и легонько повернул её в сторону Ширела:

— Великий Маг, вы уже видели мою дочь, Салию?

— Да, Гермиус, девушка встретила нас, когда мы пришли.

— Салия, где ты была? — спросил Гермиус.

— Я подготовила постели для наших гостей.

— Молодец.

— Скажи, Гермиус, — громко заговорил Зихий, отодвигая от себя опустевшее блюдо. — Не знаешь ли ты, может быть кто-то из ваших людей занимается скотокрадством.

Произнося «скотокрадством», Зихий посмотрел прямо в глаза Салии; девушка потупила взгляд.

— Почему ты спрашиваешь об этом, Зихий? — нахмурился Гермиус.

— Почему? Потому что последний раз до сегодняшнего дня я видел твою дочь, когда она помогла одному мерзавцу, Галусу, украсть стадо моего отца, Урсуса, вождя племени Синих Лесов и заодно убить одного из лучших воинов моего племени!

Салия резко подняла голову, сделала шаг по направлению к Зихию и крикнула, сжав маленькие кулачки и сверкая глазами:

— Ты ничего не знаешь!

— Скажи, что я не прав! — парировал Древославный.

Девушка открыла рот, но не смогла ничего сказать, только возбуждённо дышала и сжимала кулаки.

— Успокойтесь! — призвал Гермиус, усаживая дочь на скамью рядом с собой. — И ты, Зихий, успокойся…

— А ты видишь, что я волнуюсь? — усмехнулся Зихий.

— Ты прав, Салия помогала этому негодяю Галусу. Но делала она это оттого, что у неё не было выхода. Галус захватил её брата, моего сына, Ильчи и угрожал убить его, если она не поможет ему в его грязном деле.

— Но нам она сказала, что связалась с Галусом из-за денег, — подал свой гудящий голос Зеникс.

— Я не хотела, чтобы Галус причинил Ильчи какой-нибудь вред, поэтому и не сказала вам истинную причину, — тихо ответила великану Салия. — А вдруг вы не одолели бы этого ублюдка и он бы выпытал у вас, что я всё вам рассказала? Тогда он убил бы моего брата!

— Ты правильно рассудила, — похвалил девушку Лейрус.

— Но ведь когда мы настигли Галуса и его банду, с ним никого не было, — вспомнил Зихий.

— У Галуса было несколько мест, где он останавливался во время разъездов по королевству или прятался от кого-нибудь. В одном из таких укрытий он и содержал Ильчи под охраной.

— Но как же ты сбежала из Дрока? — уже более дружелюбно, чем в начале беседы, обратился к Салии Зихий, но Гермиус не дал дочери ответить:

— Я помог ей сбежать. Не мог же оставить свою дочь в беде.

— А как ты вообще оказалась в Дроке? — спросил Салию Лейрус.

Девушка украдкой взглянула на улыбающегося отца и произнесла:

— Я сглупила…

— Юности свойственны свободолюбивые порывы, даже если они очень часто граничат с глупостью, — добавил Гермиус. — Тогда у нас с дочерью произошли разногласия, и она убежала из дома. В конце концов её приютили в Дроке.

— Хорошо, что всё выяснилось, — удовлетворённо сказал Ширел. — Но ты, Гремиус, обещал рассказать нам историю о вас, о бывших вампирами и оставшимися людьми.

— Конечно. Вы закончили ужин? Понравился?

Все единогласно выразили полное одобрение поданными к столу яствами.

— Тогда сейчас, за кубком вина, я и расскажу вам, каково это, обнаружить на своей шее следы от вампирьих клыков. Ильчи, Салия, уберите со стола и принесите кубки для вина.

Стол был быстро очищен от грязных тарелок и блюд и на нём появились старинные кубки из светлого железа, давно уже не бывшие в моде в столицах, но любимые в маленьких городах и селениях. Когда Салия проходила мимо Зеникса, тот встал, и слегка неуклюже пытаясь быть вежливым, обратился к девушке:

— Салия…

Та остановилась, подняв глаза на богатыря.