Повелитель Запретной Магии
Шрифт:
Улыбнувшись его реакции, мистик уселась напротив, расчесывая мокрые волосы.
– Что можешь сказать о нашей гостье? – спросила она спустя некоторое время.
– И знать не желаю.
– Хм? – она прямо посмотрела ему в лицо. – Тебе неинтересно, кто она такая и что делала там, где мы ее нашли?
– Нет, – все тот же холодный ответ.
Он не собирался врать. Ему было безразлично, кто она и что с ней произошло. Война и ее непосредственные участники отнимали у него очень много сил и все имеющееся время. Тратить ее на судьбу кого-то еще он не желал.
– Хорошо, – она вдруг поднялась и подошла к Реннету, а затем, нагнувшись, поцеловала.
При этом юноша не мог не увидеть белую и невообразимо привлекательную ложбинку грудей, такую же белую шею и ключицу. На несколько мгновений он потерял дар речи, а она воспользовалась моментом этой слабости.
– А ради меня ты можешь выслушать ее историю?
Реннет слишком поздно осознал, что его поймали в сети, прямо как паук ловит мух в свою паутину. Отказать он уже не мог, а если и мог бы, то не хотел. Однако, даже понимая, что ответ будет положительным, юноша не потерял способности рассуждать.
– Зачем тебе это? Обычно ни я, ни ты не лезем в чужие проблемы.
– Ты прав, но это ради тебя.
– В смысле?
Она улыбнулась по-хитрому и поцеловала его, а он в ответ притянул ее к себе и обнял. С ним такое нечасто происходило, однако сейчас Реннет просто хотел побыть рядом с ней. Тепло, исходящее от другого человека, стук ее сердца, успокаивали и развеивали всю накопившуюся усталость. Он чувствовал, как холодный и жестокий мир вокруг, ежедневно намеревающийся убить его, теплеет.
Просидев так, обнявшись, пару минут, юноша решился повторить вопрос:
– Ну и в чем дело?
– Узнаешь сам.
Катарина начала переодеваться, причем прямо на глазах у Реннета, даже не подумав стесняться. Тому пришлось напрячь волю, чтобы не перевозбудиться. Но отвести взгляд в сторону при виде ее полностью обнаженного тела не нашлось сил…
Вскоре вернулась Элен, накинувшая на себя плащ Катарины.
– Я подумала, что ей стоит выстирать одежду и одолжила свою накидку, – объяснила мистик, пристально наблюдая за реакцией юноши.
Но тот едва ли посмотрел в сторону попутчицы, оставаясь к ней безразличным. Просто кивнув, он побрел в умывальню, предварительно оставив верхнюю часть одежды в комнате.
«Он что, не воспринимает ее как женщину? – удивилась ему вслед мистик. – Раздражение, вызванное доставленными ею неудобствами здесь явно не при чем. К тому же, внешне Элен красивей меня будет, но он повел себя так, будто смотрел на мужчину».
Тем временем, Реннет поменял воду, а затем с головой погрузился в нее. Это действовало расслабляюще и успокаивающе. В конце концов, он выбросил из головы мысли насчет того, почему Катарине понадобилось возиться с гостьей. Сейчас требовалось сосредоточиться на Триссе и темных магах. Близился момент, от которого зависит его будущее и будущее войны.
Когда он закончил с водными процедурами, уже стемнело. Мистик зажгла масляной светильник и разделила оставшееся копченое мясо, сыр и хлеб на троих.
С ними было покончено очень быстро. Еда казалась на удивление вкусной. Видимо не так она им еще осточертела, как думалось. И пока уминал суровый ужин, Реннет повнимательнее присмотрелся к Элен. Умытая и причесанная она выглядела иначе. В ней появились неразличимое ранее благородство и изящество, хотя при встрече он сразу подметил, что одежда на женщине принадлежит к числу весьма дорогих.
– Итак, Элен. Можешь рассказать нам о том, что с тобой приключилось? – мягко попросила Катарина.
– Вы не против? – осторожно осведомилась та, хотя ее взгляд был обращен только на Реннета, ведь тот до сих пор не обмолвился с ней ни единым словом.
– Нет, – ответил юноша и, без намека на любезность, продолжил: – Ты из белых кровей, не так ли? Что заставило тебя явиться в такое захолустье? Только не говори, что оказалась здесь случайно, в жизни не поверю.
Женщина не ожидала такой грубости, но собравшись, поклонилась.
– Для начала, хочу вас поблагодарить за…
– Можешь пропустить, – оборвал ее на полуслове Реннет.
– Хорошо. Да, вы правы. Я из богатого рода Сундалсин, что владеет родовым замком и землями, граничащими с территориями Железного города. Формально я вступившая в права наследница, наряду с братом.
– На ваш замок напали? – на сей раз слово взяла мистик.
Если начистоту, нынче нападениями на частные владения и земли богачей никого не удивишь. Грядет зима, а с ним и голод. Некоторые, отчаявшись получить приемлемый урожай или заработок, начинают собираться в шайки и нападать на тех, у кого, по их мнению, слишком много добра. Реннет всегда испытывал отвращение к подобного рода суждениям. Вечные жалобы бедных и нищих на притеснения со стороны богачей – ничего из этого не заставило бы его испытать сострадание. Собственной мягкотелостью и терпимостью они рождают лишь новых ублюдков, еще жаднее и сумасброднее упомянутых богачей.
Элен мотнула головой и более дрожащим тоном произнесла:
– Нет, на нас не нападали. У замка хорошая охрана и даже один чародей на службе. Все дело в моем брате, а если быть точнее – в его неуправляемом характере. Раньше он таким не был. Все изменилось после смерти отца…
– Ваш брат любил отца настолько сильно? – спросила Катарина, удивившись ее словам.
– Не сказала бы…
– Получается, он изначально был таким, просто существование вашего отца сдерживало его буйство, – четко возразил ренегат. – Люди не способны меняться так просто, при обычных условиях.
Его реплика создала неуютную паузу, однако пересилив себя, Элен продолжила. Впрочем, надо сказать, ничего нового и неожиданного Реннет от нее не услышал. Его вряд ли можно было так просто удивить, после всего, что произошло.
Если коротко, то после смерти отца в Право Наследования имущества вступили Элен и ее старший брат. За последним и раньше наблюдалась суровость, если не сказать жестокость по отношению к прислуге, но за последние месяцы он превратился в по-настоящему ужасного человека. Слуги в замке притеснялись всеми возможными способами, порой слишком изощренными, а налоги для окрестных фермеров выросли многократно, невзирая на скудный урожай. Как понял юноша, он опустился до банальных унижений и физического насилия по отношению к работающим в замке женщинам и девушкам. Элен же не могла просто стоять и смотреть на это, за что сама подверглась наказанию. Ее заперли в подвале. Оттуда женщине удалось сбежать, благодаря помощи престарелого ключника, но возвращаться в замок без поддержки она уже боялась.