Повелительница с клеймом рабыни
Шрифт:
Демон выразительно замолчал.
– Думаешь, она предпочтёт убить свою дочь, чем оставить её без своей опеки? – спросил дракон так, словно сама Милена не говорила ему о том же.
– Уверен. Она не захочет оставлять девчонку Преисподней, мне и всем, кто ею заинтересуется. А сегодня ею уже заинтересовались. Ты это видел.
– Видел, – кивнул Ферокс и замолчал, думая о том, что нет ничего удивительного в том, что Люцифер смог так точно просчитать намерения Милены.
В конце концов, несмотря на внешнюю холодность и отстранённость владыки Ада, он всегда был внимателен к поведению тех, кто его окружает. Он знал о Верховных демонах намного больше, чем те предполагали, а Высшие, что попадали в зону его внимания, были вообще открытой книгой.
– Тебя так волнует судьба Аккэлии Кавэлли? – спросил Люцифер.
– Мне плевать на судьбу Аккэлии Кавэлли, – искренне ответил Ферокс. – Меня волнует судьба моей жены.
Демон усмехнулся. Ферокс молча поднялся с кресла, и направился к выходу – больше ему спрашивать было не о чем.
Люцифер окликнул его, когда дракон был у самых дверей:
– Ферокс! Она всё же стала для тебя чем-то большим, чем просто игрушкой?
Дракон обернулся:
– Разумеется. Она – мать моих детей…
– Это понятно, – лицо Люцифера стало непроницаемым. – Но я не об этом. Я не лез в твои дела, пока они касались только тебя. Но сейчас ситуация поменялась – так уж вышло, что вопрос выживания наших миров касается напрямую твоей жены. И я хочу знать, что ты сделаешь, если я решу казнить её? Если у нас не останется другого выхода?
Ферокс помолчал, всего несколько секунд, потом ответил:
– Если это действительно будет необходимо, я сам убью её.
Дракон вдруг устремил решительный, почти яростный взгляд на демона:
– Ты понял, Люцифер? Если Милене придётся умереть, то я сам сделаю это. Ни ты, ни другие Верховные демоны к ней не прикоснутся!
Ферокс говорил непреклонно, непримиримо. Он ставил условия. Люцифер не терпел, когда ему ставят условия, и всё же… Повелитель демонов смерил повелителя драконов задумчивым взглядом, и, наконец, произнёс:
– Кровь, всё-таки взяла своё, да, Ферокс? Ты влюбился в эту девчонку…
– Не влюбился, – спокойно отозвался дракон. – Полюбил.
– Не вижу разницы…
– Не сомневаюсь… – эти слова прозвучали очень желчно.
На несколько мгновений в зале повисла звенящая, оглушительная тишина. Потом Ферокс снова заговорил:
– Если Милена умрёт – она умрёт от моей руки, и никак иначе.
– Хорошо, – наконец отозвался Люцифер. – Пусть будет так. В конце концов – я отдал Милену тебе…
– Не забывай об этом, – тяжело обронил дракон, и вышел из зала.
Глава 36
Глава 36
Комнату освещали несколько канделябров по восемь свечей. По стенам подрагивали тени. Тихо потрескивал огонь в большом камине. Перед камином на ковре из нескольких, накиданных друг на друга звериных шкур, сидела девочка. Спиной она опиралась на бок изящного серебристо-серого зверя, устроившегося рядом с ней. Рядом лежал открытый толстый фолиант. Девочка рассеянно поглаживала зверя по холке, а её тёмные глаза были устремлены на пламя.
Аккэлия уже некоторое время, как забыла про лежащую рядом книгу, её взгляд приковывал огонь, а мысли… мысли сковывал… да, наверное, это был страх. Раз за разом её разум возвращался к тому моменту, когда она переступила порог зала Собраний Верховного Совета. Никогда маленькой демонессе не доводилось испытывать того, что она чувствовала, когда шла от высоких створчатых дверей к разомкнутому кругу стола. Зал клубился силой, тяжёлой подавляющей силой Верховных демонов. И взгляды… Множество взглядов направленных на неё, заинтересованных, изучающих. То, что испытывала Келл в тот момент, даже нельзя было назвать страхом – это было какое-то мертвящее ощущение безысходности.
Множество взглядов, множество глаз, но маленькая демонесса смотрела только перед собой, собрав в кулак всю свою волю и все те невеликие силы, что у неё были. Она чувствовала нервозность Шии и, улучив момент, приказала ему остаться на месте, и ни во что не лезть. Что бы ни случилось, от тех, кто здесь, сумеречный шакал её защитить не сможет. А терять своего зверя из-за какой-нибудь нелепой случайности, её не хотелось.
Аккэлия вступила в круг разомкнутого стола, боковым зрением увидев лицо матери, как всегда холодно-спокойное, каким оно бывало при посторонних. Но взгляд маленькой демонессы был направлен вперёд, на одного единственного демона, на которого уместно смотреть в данной ситуации. Разумеется, Келл никогда не видела его раньше, но узнала сразу же. Во первых – из-за центрального места, которое он занимал, а во-вторых… Даже она, с её нулевым магическим потенциалом, чувствовала исходящую от него силу, ту самую, что связывала его с миром Преисподней и делала повелителем.
Приклоняя колено, и произнося ритуальную фразу, Келл боялась, что ей изменит голос, и она сорвётся на писк, и это было только начало испытания. Выполняя приказ Люцифера, и приближаясь к столу, девочке казалось, что ей вот-вот откажут ноги – сила в глазах повелителя демонов давила на неё, как толща воды на дне глубочайшей океанской пропасти. Взгляды, обращённые на неё, когда она переступила порог Зала, казались ничем, по сравнению с этим тёмным холодным взглядом.
Дальнейшие события память Келл сохранила урывками…
Огромный Верховный демон с чёрной кожей и красными волосами… Его большие руки, и мерцающие свело-синие глаза… Его сила, ищущая, злая, как свора голодных диких псов, готовых разорвать её изнутри… Настойчивое тяжёлое внимание Вельзевула – его сила, навязчивая, педантичная, как тонкие щупальца чудовищного спрута, исследовала её и не давала дышать… И снова голос Люцифера… Его приказ. Его горячая ладонь, сжимающая маленькую руку Аккэлии, и как контраст – его ледяной взгляд, впивающийся в её глаза. В тот момент Келл знала только одно – это прикосновение, и этот взгляд она запомнит навсегда…
Следующее, что Аккэлия могла осознавать, более-менее чётко – это объятия матери, и голоса, звучащие, словно слой ваты. И дальше, всё как в дурном сне – незнакомые комнаты, Верховный демон Похоти, в качестве надзирателя, и слова мамы, что ей надо уйти, а Аккэлии – остаться.
Когда за мамой закрылась дверь, Аккэлия растерянно посмотрела на Асмодея. Что теперь делать, она не представляла – ей не приходилось оказываться в подобной компании. Мужчина смерил девочку взглядом, и прошёл к креслу, стоящему в дальнем углу комнаты, ногой пододвинул к нему низкий пуфик, сел и поманил Аккэлию.
– Иди сюда, маленькая принцесса, – демон указал на пуфик.
Аккэлия послушно подошла, и села, с тревогой глядя на Асмодея. Он взял её за подбородок, чуть приподнимая лицо.
– Держи голову вот так. И смотри на меня, – чуть подумал и добавил. – И не бойся, это не больно.
Келл нервно сцепила руки на коленях. Умом она понимала, что Асмодею поручено охранять её, и он не станет причинять ей вред. Но… он же – Верховный демон. И откуда ей знать, что может прийти ему в голову.
Шии сел чуть поодаль, настороженно следя за происходящим.