Чтение онлайн

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, о чём он говорит.

– Неужели, всё так серьезно? – я повернулась лицом к Фероксу.

– Не думаю, что настолько, – после недолгой паузы ответил муж. – Но если бы речь шла не о тебе, я бы сам настаивал на уничтожении ключа.

Я помрачнела, прекрасно понимая, что он имеет в виду. Если бы Келл осталась ключом от Врат Бездны, у меня бы сейчас не было младшей дочери. И я ничего не смогла бы с этим поделать.

– А как же предупреждение Шеллатар? – тихо спросила я.

– Люцифер не знает, насколько ей можно верить. Да и я, если честно, тоже. Но пока он колеблется, я не хочу рисковать тобой.

Колебался Люцифер ещё два дня. Потом Ферокс получил от него гарантии, что вопрос о моей казни подниматься не будет, и я смогла вернуться в Преисподнюю.

Ферокс оказался прав – Зиграден практически не пострадал. Пока меня не было, власть там держала Деланей, и под её управлением маги быстро восстановили то, что было разрушено Хаосом. Поэтому, мне оставалось только ожидать, пока Люцифер назначит мне аудиенцию. И он не заставил ждать долго.

Я почему-то думала, что отчитываться мне придётся не только перед Люцифером, но и перед Верховными демонами. Но я ошиблась. Встретившая меня у дверей дворца Альма, провела меня в кабинет Люцифера, где я осталась один на один с повелителем.

Я опустилась на одно колено:

– Приветствую вас, повелитель. Да падёт Тьма на ваших врагов и да будут ангелы ползать у ваших ног.

– Да услышит Тьма твои слова, – отозвался Люцифер.

Он сидел не за своим рабочим столом, а в кресле, пододвинутом ближе к распахнутому окну. Напротив него стояло ещё одно кресло.

– Встань, Милена. И подойди.

Я подчинилась, и демон указал мне на пустое кресло. Я села и внимательно посмотрела на Люцифера – его одежда и волосы были в идеальном порядке, лицо, как обычно не выражало эмоций, тёмные глаза были холодны, но мне почему-то показалось, что повелитель демонов выглядит уставшим. Похоже, у него было не меньше забот, чем у Ферокса.

– А теперь – рассказывай, – велел он. – С того момента, как покинула мой дворец, после Верховного совета.

Я немного помолчала, приводя мысли в порядок, вспоминая последовательность событий. И начала говорить. Я рассказывала обо всём, ничего не утаивая. Я уточняла любые подробности, какие хотел знать Люцифер. Чаще всего он спрашивал об Адалиссе. Я отвечала. Единственное, о чём я умолчала, это воспоминания Черной богини – то, насколько глубоко мне удалось проникнуть в них.

Мой рассказ занял около двух часов. Когда я закончила, Люцифер не смотрел на меня. Он отвел взгляд, и смотрел в чёрное небо за окном, о чём-то размышляя. Я откинулась на спинку кресла. Рассказывая, я, почему-то вспомнила одно из своих видений, то, что подкинула мне память Адалиссы. То самое, где Люцифер, только получивший власть над Преисподней, спрашивал Адалиссу, что случилось с её первыми детьми – Древними богами. Я вспоминала взгляд, каким демон смотрел на богиню.

«А ведь он любил её, – подумала я. – Действительно любил. Наверное, Чёрная богиня была единственной женщиной, которая смогла затронуть его сердце. А потом оставила, по какой-то своей прихоти сочинив небылицу, что без памяти влюбилась в другого. И после этого, Люцифер заковал себя в лёд. Каким был бы повелитель Преисподней, если бы Чёрная богиня не поступила с ним так – как с надоевшей игрушкой?».

Я отвлеклась от своих мыслей, взглянула на Люцифера, и вздрогнула. Он больше не смотрел в окно, он смотрел на меня. Каким-то очень пронзительным взглядом, под которым я невольно вжалась в спинку кресла. Я подумала, что он услышал мои мысли, и они ему не понравились.

– Повелитель? – неуверенно произнесла я.

Он резко поднялся, сделал шаг ко мне, и, схватив за руку, буквально выдернул из кресла. Я не успела ничего сказать – демон сжал пальцами мои скулы, наклонился и поцеловал в губы. Я замерла, ошарашенная столь резкой переменой его настроения. Поцелуй Люцифера был яростным, почти болезненным.

– Повелитель, – выдохнула я, когда его губы скользнули по моей шее.

– Молчи, – прорычал он, прижимая меня к себе.

«А ведь эта страсть предназначена не мне, – вдруг поняла я. – Он хочет Адалиссу. Женщину, которую уже никогда не сможет получить…».

Это странное, но я была уверенна, что верное, осознание, не повлияло на то, как моё тело отреагировало на прикосновения горячих рук мужчины. Мне оставалось только послушно поддаваться желанию Люцифера.

Уже намного позже, в спальне, лёжа на развороченной постели, он спросил меня:

– У тебя была возможность стать обладательницей величайшей силы, которую только можно представить. Силой демиургов. Почему же ты отказалась от неё, Милена?

– Я от неё и не отказывалась, повелитель, – я приподняла голову с подушки. – Я воспользовалась ею.

– Ты знаешь, о чём я говорю, – демон нахмурился. – Ты могла использовать её по-другому. Или, вообще, оставить себе. В последнем случае, ты могла бы стать самым могущественным существом в этих мирах. Ты могла бы править ими. Если бы ты не сделала богинь людьми, у тебя бы хватило силы победить Роалда, и сделать свою дочь полноценным демоном… И много ещё на что… А ты потратила всё, что тебе было дано, на то, чтобы наделить богинь бессмертными душами. Кроме того, ты теперь, навсегда, связана с Вратами Бездны и Древними. Оставшись демиургом, ты могла бы избежать этого. А теперь… Я сомневаюсь, что последнее доставит тебе удовольствие. По крайней мере, я на твоём месте быть бы не хотел. Как и любой бессмертный. Так, почему?

Я, в этот момент, мысленно представила себе весь тот ворох проблем, счастливой обладательницей которого стала бы, управляй я всеми мирами и расами, и содрогнулась.

– Тогда я ещё не знала, что буду связана с Вратами. Хотя… даже если бы и знала, то вряд ли бы это что-то изменило, – я села на кровати. – Сперва, для меня было важно только избавить Аккэлию от силы ключа. А потом… да, я тогда чувствовала, что могу абсолютно всё… что любое моё желание, тут же исполнится… У меня была в руках такая сила… Но, передо мной стояли две богини, пусть уже бесплотные, но это не меняло их сути. И я думала о том: «Как избавиться от угрозы, в лице Дайоны и Адалиссы?».

– Но они сами хотели уйти, – возразил Люцифер. – Тел у них не было, а свою силу отдали тебе. От них практически ничего не осталось.

Я усмехнулась, покачала головой:

– Это не так. Понимаете, повелитель, с силой демиургов я получила… – я на миг задумалась, как лучше сформулировать, – некое знание, в чистом виде. Оно позволило мне забрать суть ключа у дочери, и создать две души для богинь. Но… оно же мне дало понимание – чтобы ни случилось с их телами или с их силой, их суть навсегда осталась в этой Вселенной. Если бы я оставила их силу себе… то, в таком случае, всегда существовала бы возможность возвращения богинь. Рано или поздно, но это бы произошло. Кроме того, уйти хотела только Адалисса, Дайоне просто пришлось подчиниться сестре. А это только подтверждает то, что однажды Дайона захочет вернуться, и найдёт способ это сделать. И история, вполне, могла бы повториться, только уже с иным финалом – с победой Белой богини.

Чуть помолчав, я продолжила:

– Я не могла уничтожить суть богинь. Ведь они были урождёнными демиургами, а я лишь получила их силу. Магия в моих руках не обернулась бы против своих создателей. Но я могла изменить эту суть… Сделать её… конечной.

– И твой выбор пал на людей?

– Да, – я кивнула. – Пусть у них и не осталось бы той силы, что у них была, при перерождении, но я понимала, что делать их демонами или драконами – ошибка. В бессмертной жизни, рано или поздно, к ним могла вернуться память. И тогда… неизвестно, к чему бы это привело. А люди… Срок их жизни составляет всего восемьдесят-девяносто лет. За столь короткую жизнь сёстры даже ничего не вспомнят. И никто не сможет их найти, даже если сильно захочет. Этот вариант показался мне самым приемлемым. Конечно, если бы после этого, у меня бы что-то осталось из магии Дайоны и Адалиссы, я бы не оставила свою дочь… такой, какая она сейчас. Но этот проклятый ангел нарушил мои планы, – я снова испытала прилив ярости, и мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы успокоится. – Я ответила на ваш вопрос, повелитель?