Чтение онлайн

– Это кто?

– Это мои боевой товарищ, в подполье вместе работали, - сказал Сергеев.
– С руководством вопрос согласован, поезжай в Москву.

– Думаете, я здесь самый умный?
– спросил Коля.

Сергеев внимательно посмотрел на него:

– Шутку не принимаю. Но если ты хочешь знать мое мнение, - скажу: тобой лично раскрыто несколько крупных преступлений… два бандитских налета, два убийства с ограблением…

– А всего тринадцать, - сказал Коля.
– Несчастливое число, между прочим.

– Ты не все сосчитал, - Сергеев тепло улыбнулся.
– Ты лично задержал шесть особо опасных рецидивистов. В скобках замечу - вооруженных.

– Троих, - упрямо сказал Коля.
– Остальных мы задерживали вместе с Василием и Никитой.

– Ну, хорошо, хорошо, - сдался Сергеев.
– В общем, так: тебе объявляется благодарность в приказе. А это - от меня. Владей, - Сергеев протянул Коле кобуру с кольтом и две коробки патронов.

– А вы?
– растерялся Коля.

– А я с сегодняшнего дня окончательно перехожу в губком партии. Мне теперь дамского браунинга вполне хватит… - Сергеев улыбнулся.

– Ну что ж, - от волнения Коля не мог говорить.
– Спасибо.

Вечером Маруська, Витька, Вася и Никита едва впихнули Колю в переполненный вагон московского поезда.

В конце этого же дня начальнику Московского уголовного розыска Трепанову позвонили из валютного отдела Госбанка. Срочно требовалась охрана для сопровождения спецгруза, который прибыл из бывшего зарубежного посольства царской России.

– Что за груз?
– спросил Трепанов.

– Два банковских мешка с валютой, - объяснил заведующий отделом.
– Около трех миллионов франков, долларов и фунтов стерлингов в крупных купюрах. Прошу выделить самых надежных товарищей…

– Ненадежных не держим, - спокойно объяснил Трепанов.
– А где ваша охрана?

– Все в разгоне. Груз прибыл неожиданно.

– А почему к чекистам не обращаетесь?

– Обращался… У Петерса ни одного свободного человека.

– А у нас, значит, дел меньше, - ревниво буркнул Трепанов.
– Ладно, все понял, ждите.

Он снял трубку внутреннего телефона, позвонил дежурному, спросил, кто свободен. Дежурный ответил, что свободных нет, но вот после операции собираются идти отдыхать Аникин, Гриценко и Денисов.

– Пусть зайдут ко мне.

В ожидании сотрудников Трепанов еще раз перечитал телеграмму из Петрограда: "Ваше распоряжение выехал Кондратьев".

"Могли бы и поподробнее написать… - подумал Трепанов.
– Да и побольше людей прислать. Тоже мне фигура - Кондратьев… Ладно, поглядим…"

Вошли оперативники: худощавый Гриценко, нескладный Аникин - человек огромной физической силы, и Денисов - бывший преподаватель реального училища. Трепанов вспомнил, что у Денисова шестеро детей, и спросил:

– Ну как жизнь? Как пацанва твоя?

– Ничего, - застенчиво улыбнулся Денисов.
– Прыгают…

– Вот что, братки. На Брестский вокзал привезли около трех миллионов валюты. Будете сопровождать спецавтомобиль Госбанка. Какое у вас оружие?

У Гриценко был малый маузер, у Аникина и Денисова - наганы.

– Возьмете у дежурного раскладные маузеры. Надежнее для такого дела, да и солиднее, - решил Трепанов.
– Запомните: ваше дело - охрана. Все остальное сделает шофер Госбанка, он же - экспедитор, Его фамилия - Бахарев.

Гриценко, Аникин и Денисов вышли из подъезда МУРа. И тут же рядом притормозил большой черный "кадиллак" с ярко начищенным медным фонарем на капоте. За рулем сидел плотный, тщательно упакованный в кожу человек с маленькими щегольскими усиками. Заметив оперативников, спросил:

– Аникин?

– Денисов и Гриценко, - добавил Аникин.
– А вы?

– Бахарев. Попрошу документы.

Он внимательно прочитал удостоверения и улыбнулся:

– Один - рядом со мной. Двое - на заднее сиденье. На обратном пути мешки с валютой - рядом со мной. Вы все - на заднем сиденье. Останавливаться, выходить из автомобиля - запрещено. Нас могут задерживать для проверки только патрули ВЧК. Опознавательный знак патруля - сигнал красным фонариком.

– Чего-то я про такой сигнал не слышал, - заметил Гриценко.

– Вы многого не слыхали, товарищ, - жестко сказал Бахарев.
– Я объясняю вам, чтобы не было неожиданностей и промахов, вот и все.

– А что, разве так не видно - патруль это или кто?
– удивился Аникин.

– Ну, положим, наденут бандиты нечто вроде нашей формы - поди узнай, - сказал Денисов.
– Видимо, есть договоренность о спецсигнализаций в таких случаях.

– Совершенно верно, - подтвердил Бахарев.
– Готовы? Тогда поехали.

…Почтовый вагон стоял далеко от здания вокзала, в тупике. Начальник вагона заглянул в кабину автомобиля, спросил:

– Охрана на месте?

Убедившись, что все в порядке, разрешил грузить.

Аникин с уважением посмотрел на два тощих мешка, спросил:

– И вот здесь целых три миллиона?

– Представьте себе, - сказал Бахарев.
– Двинулись, товарищи. Прошу быть внимательными.

…Выехали на 2-ю Брестскую, пересекли Садовую. В лобовое стекло бил мокрый снег, и Бахарев все время притормаживал: слепило. На пересечении Большой и Малой Бронных путь автомобилю преградили вооруженные люди.

Мигнул красный фонарик.

– Патруль ВЧК, - обернулся к своим пассажирам Бахарев.

– Вижу, - Гриценко щелкнул крышкой кобуры.
– Тормози…

Старший патруля - среднего роста, в традиционной кожаной куртке, фуражке со звездочкой, с большими, немигающими глазами и огромным, как у лягушки ртом (это почему-то сразу же отметил Гриценко) поднял руку:

– Стой! Документы!

– Сначала - вы, - потребовал Гриценко.

Остальные чекисты окружили автомобиль и молча ждали окончания проверки.

Старший улыбнулся и протянул красную книжечку.

– Плавский Борис Емельянович является сотрудником Чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, - прочитал Гриценко.
– А мы из МУРа, товарищ… Сопровождаем валюту в банк.

– Много?
– снова улыбнулся Плавский, пряча удостоверение в карман.

– Сколько надо, столько и везем, - хмуро отозвался Бахарев.

– Серьезный товарищ, - усмехнулся второй чекист - усатый, в низко надвинутой на лоб фуражке. И снова Гриценко машинально про себя отметил, что у этого чекиста на фуражке нет звездочки…