Чтение онлайн

— Давайте все с самого нацяла? — наконец предложила она, когда больше тянуть паузу было уже невозможно.

— Давайте, — кивнул он.

Сотрудница поднялась, подошла к большому окну и открыла форточку, чтобы увеличить приток воздуха. Портьера сдвинулась, на журнальный столик скользнул солнечный луч, коснулся бутылки и заиграл всеми цветами коньячной радости. Посетителю же было не до радости, он вообще уже еле сдерживался, еле переваривая это чужое спокойствие. Волнуется она! Он поймал на себе ее долгий взгляд и только сейчас почувствовал что-то неладное.

— Вася фамилия? — склеротичка уселась за стол и снова уставилась в монитор своего компа.

— Поголел, брин, тьфу…

— Все велно, — отозвалась она, внимательно следя за экраном. — Какая у вас плолоческая фамилия. Есть такой в наших списках, что вы улетели. Фамилия васей спутницы?

Он назвал, еле уже сдерживаясь, чтобы не заехать этой издевающейся…

— Да не тяните же, что с ней? — взмолился он.

Прежде, чем ответить, работница офиса некоторое время еще сосредоточенно пялилась в монитор компьютера, прикидывая, видимо, вероятность своего собственного исчезновения после неправильного ответа:

— От насых тулистов, сто мы офолмляли, вестей никаких, как никаких и плетензий, вы первый. Пло остальных не знаю, узнавайте в аэлополту. Огонь повледил электлонику, котолая и замкнула все двели в лайнере. Удивительно, сто эта инфолмация плосла мимо вас. СМИ, плавда, умалцивают про зелтвы, говолят, сто лайнел сголел пустым, но в цястном полядке вы как лодственник мозете узнать всю плавду о слуцивсемся и дазе плетендовать на компенсацию.

— О чем вы болтаете, какую еще компенсацию? — вскипел Погорел, до которого наконец начало доходить, что все услышанное из уст этой китайской идиотки, что все это вовсе не бред.

— Кукурузник сгорел прямо в аэропорту?

— Типа этого, — кивнула она, — поздлавляю, сто вам самому удалось выблаться зивым?

— Говорю же, черт, сняли меня! — закашлялся Погорел, хватаясь за сердце.

— А-а, — протянула она, — понимаю. В лубаске лодились, поздлавляю! Сказите, а посему вы «Боинг» называете кукулу…

— Нас в ваш «Боинг» даже не впустили, — проскрипел зубами Погорел, — вы меня слышите, даже не впустили. Ваши билеты оказались недействительными, вы нам продали уже проданные места. И мы улетели на кукурузнике, должны были улететь, — поправился он, — если бы меня не сняли.

— Да, — кивнула она с улыбкой, — лайнер сгорел.

— Кукурузник, а не лайнер!

— Поясните, — попросила она, — мозет я и в самом деле сего не понимаю.

После чего ему с карандашом в руке пришлось еще объяснять этой тупице, чем русский Ан-2 отличается от…

— Как вам повезло, — улыбнулась восточная красавица, включая зачем-то плоский экран на стенке, — что высла такая накладка. А спутнице васей, знацит, место все зе досталось, и вот вы здесь, а она пропала. Мои соболезнования. Заль, сто сголел есе и вас самолет.

— Откуда такая информация? — уставился на нее Погорел, — еще недавно вы мне говорили, что понятия не имеете, где она…

— Но лаз вы ее лазыскиваете…

— Я ее разыскиваю, потому что меня сняли с рейса, а ее нет.

— Ну-у, — протянула китаянка, — тогда я вообсе ницего не понимаю. То вас сняли, то вам места не хватило, вы уз опледелитесь со своими плиолитетами. Сказу одно, сто на Каналах ее тозе нет, я только сто туда звонила.

— Вот я и хочу у вас узнать, почему ее там нет, отвечайте!

— Да потому что кукулузник тозе сголел, вы зе сами сказали. Плавда, ни один из наших клиентов к нам еще не обласялся с плетензией, вы пелвый. Отдохните, успокойтесь, а завтла плиходите, а мы постараемся сто-нибудь выяснить за это влемя, что с стляслось с васей плопазей.

По телевизору передавали про пожар в аэропорту, только теперь уже дымило Домодедово. Сотни задержанных вылетов, но хоть без жертв. Воспламенились стройматериалы на цокольном этаже, все более чем реально.

— Сказыте, а билетов на рейс у вас не сохранилось? У вас нет билетов, потому сто они сголели в самолете?

— Вы издеваетесь?

— Я издеваюсь?! — воскликнула, вскакивая, китаянка. — Это вы издеваетесь. На васем кукулузнике мозно доблаться до Каналских остловов только в одном случае, если это космический колабль. Вот и показите мне на него билеты?

— Вроде как самолет, — пожал он плечами, чувствуя, что скоро сам станет самолетом, выбросившись из окна, но только вместе с этой китайской дрянью, которую специально и наняли, чтобы она здесь всяких лохов разводила своим якобы непониманием. — Вы же сами нам его и предоставили на замену, белый самолетик с кожаным салоном, когда-то принадлежал банкиру. С нами еще летело несколько человек, они подтвердят.

И тут она рассмеялась, не выдержав больше этого издевательства.

— Вы сами себя слысыте, сто несете, с каких это пол у нас банкилы стали летать на куку.., на подобных этазелках?

— Вы хотите сказать…

— Именно это я и хоцу вам сказать, увазаемый, сто наса солидная компания своих клиентов на всяких там кукулу… зах на Каналы не катает. Уж извините, всю остальную инфолмацию исите в аэлополту, сто они вам там пледлагали, смех в зале. Сказите, а вы вцела многа пила?

И конечно же он бы ей ответил, если бы только успел. Неожиданно в переговорной появились двое в черном и тут уж ему пришлось отвечать на их вопросы. Пока он здесь выяснял причину исчезновения одной особы, эти из органов явились, чтобы выяснить появление в этих стенах уже его самого. Дамочка пальчиком нажала на тревожную кнопку, и процесс пошел — двое в сером против одного в черном. Как все в этой жизни относительно, несколько минут назад правду выяснял он, теперь же ее хорошо поставленными вопросами пытались уже выбить из него самого. Пришлось все рассказывать с самого начала: как ждали, как садились в самолет, как его сняли и все такое прочее, отвечая и на все вопросы, включая и такие, кто еще входил в группу поджигателей кроме него самого и его сообщницы; кто минировал, где устанавливалась бомба. Пытались запутать и вывести террориста на чистую воду. Где познакомился с сообщницей, почему именно этот рейс был выбран для полета, принимал ли участие в боевых действиях, воевал ли в Чечне? Была ли его сообщница в горячих точках и какие вообще у него связи с террористами мира сего? Другими словами, радуйся тем гадостям, что уже есть, остальным — порадуешься позже.

Несчастный взглянул в окно, за которым, словно ничего в его жизни ужасного пока еще и не происходило: гудели машины, спешили куда-то люди по своим вечным делам, светило ясное солнце, обнадеживая каждого, что уж с ним точно никакой гадости в этой жизни не случится, кроме смерти, конечно. Каждый знает, что умрет, но при этом свято верит, что именно с ним этого никогда не случится. Собственно, как и все те «сгоревшие», улетевшие без него в неизвестность на том проклятом «Боинге», с которого его, спасибо «добрым» людям, якобы так вовремя сняли. Сколько продолжался допрос, он не помнил, где-то около двух часов по его прикидкам. Нет, за ноги его к люстре не подвешивали, просто вкололи сыворотку правды чтобы выбить из головы признание в террористической деятельности и все. И к концу экзекуции он сам уже почти верил в то, что именно он и являлся непосредственным поджигателем сгоревшего лайнера, пытавшийся скрыться на куку… тьфу. И в тот самый момент, когда он почти был уже готов во всем сознаться или даже сознался, его взяли и отпустили, выпотрошенного и опустошенного до последней светлой мысли, что именно он и является тем самым злыднем, от которого все зло на свете.

Йо-о, ну где ты, Барбара, блин…

Долбило по ушам музыкальное в фойе… В тумане он пересек на ватных ногах зал с рыбками, миновал охранника, спустился по ступенькам на первый этаж и покинул злополучное заведение. Ребята из конторы могут работать с подозрительными типами, этого не отнимешь, быстро переделывая их из подозреваемых в обвиняемых, так что ему еще повезло, что не заподозрили окончательно, иначе, увидел бы он сейчас эту улицу, как же. Здесь было все так же шумно и замечательно как и прежде, так замечательно, что волком выть захотелось от всей этой замечательности, от всего этого, гудящего вокруг него уличного безразличия. Красненькая «Хонда» со спящей внутри девицей дожидалась там же, где он и оставил ее более двух часов назад. Он заглянул в окно, девчонка спала. Еще недавно и он был вполне счастлив и даже почти всем доволен. Не так уж много времени отделяло его от того чудного момента, когда они с Кирой валялись в аэропорту под деревом и мечтали об отпуске. И вот сегодня она была уже неизвестно где, а его самого почти обвиняли уже в терроризме. Маятник только качни, даже не заметишь как окажешься в центре всех гадостей мира.