Чтение онлайн

— Хочу увидеть себя настоящую, чтобы представить себя в будущем.

— Тебе это надо?

— Вообще-то не очень, — пожала она плечами. — В любом же случае, я стану лучше, чем сейчас, верно? Представляю, что у меня там под бинтами творится.

— Лучше не представляй, — посоветовал он, — говорю, что все терпимо. У тебя обожжено не все лицо, я говорил с врачом, успех, что все вернут в лучшем виде — девяносто процентов.

— Десять процентов на лице, — усмехнулась печально она, — это нос. Если эта деталь не выйдет, то можно вешаться.

— Нос у тебя в полном порядке, не переживай, — мужчина постарался успокоить несчастную, доктор про нос вообще ничего не говорил. Подправят немного лоб, щеку и все.

— Спасибо, утешил. И хотя я знаю, что ты врешь, но все равно спасибо, — Кэт хотела было добавить что-то еще, но две длинноногих девицы с намазанными глазами, проходившие мимо не дали ей этого сделать.

— Глянь, — воскликнула одна из них, — какое чучело в бинтах! Стоит и пялится, как будто первый раз в жизни рекламу видит.

— Сделала пластику, блин, вот и в бинтах, — вытаращила свои накрашенные глазки вторая, — а как снимет, фиг ты ее узнаешь. Теперь поняла, что такое Москва?

Дальше это восторженный бред Кэт слушать не стала. Вам бы, сучки, такую пластику, посмотрела бы она! Расстроившись окончательно, она потянула мужчину за руку в сторону оставленного автомобиля.

В машине женщина попыталась закурить, что вызвало лишь кашель. Настроения это тоже не прибавило.

— Дальше куда едем? — спросил водитель.

— В Дублин.

— Куда, блин?

Кэт улыбнулась.

— Без разницы, просто напомни мне еще разок свое имя, будь добр, я забыла.

— Альберт.

— И фамилию.

— Босяткины мы…

— Звучная фамилия, — кивнула она, — а почему ты меня в больнице Клавой Ивановой назвал?

— Шутка, не реагируй, сам не знаю.

— Ладно, поехали в клинику, до посольства я и завтра доберусь. И вот еще что, Альберт, мне нужна охрана и обязательные две машины сопровождения, чтобы спереди и сзади. Я больше не хочу зависеть ни от каких лихачей на дороге, деревьев и всех прочих ваших достопримечательностей.

— От случайностей, — поправил он ее.

— Плевать. Я немного требую?

— Вполне… — кивнул он, — сделаем.

После чего включил планшет и набрал в поисковике ее инициалы. Несколько секунд терпения и Кэт уже любовалась собой любимой в своей прошлой жизни, которая так была похожа на эту диву с рекламы, но только, конечно же, значительно лучше! Если бы не одна мелочь, на какую Кэт вообще не обратила внимания, не ускользнувшая при этом от внимательных глаз соседа, как раз сейчас и решающего какую-то головоломку в своей голове.

Уж лучше бы было, чтобы просто угнали его автомобиль и все, размышлял Погорел, направляясь к себе домой на юго-восток Москвы. Конечно, было бы плохо, но не до такой степени как сейчас, когда вслед за его автомобилем уже и его лучший друг лишился целого состояния. И кто его знает, быть может, не заявись он к нему в этот не самый лучший момент своей жизни, так никто бы того и не обокрал. И теперь он на полном серьезе уже начинал думать, что слышал щелчок закрывающейся двери на самом деле. И это наводило уже не другие мысли, что кого-то Иван в той комнате от него прятал, кто и стащил деньги, воспользовавшись моментом. Был и другой вариант, что он забыл закрыть за собой дверь и кто-то очень даже ловко воспользовался этой возможностью, проник в квартиру и стащил почти целый миллион баксов. Но для этого этот кто-то должен был обязательно знать место их нахождения и сумму, ведь деньги не просто стащили, их подменили на фантики из газетного киоска. Значит, знали, где надо порыться, сделал он вывод. Для чего просто установили видеонаблюдение за банкиром в его же собственной квартире, все остальное уже — дело техники. Подглядели, когда все уснули и… Или деньги были выкрадены еще раньше, предположил Погорел. А сегодня только обнаружилась пропажа. Выйдя из вагона метро на перрон и облокотившись на поручни, он набрал номер Ивана, тот не ответил, что и понятно, не каждый день из-под кровати миллионы тырят. Как бы снова в запой не свалился, вздохнул звонивший и принялся набирать номер недавнего своего коллеги по цеху:

— Привет, дружище, спишь?

— Работаю, — отозвался недовольно Очкарин. — Как у тебя дела, свет в конце тоннеля уже виден?

— Если бы… — усмехнулся Погорел, закуривая, причем, впервые с мыслью, что пора уже завязывать с этой пагубной привычкой, отправляющей миллионы по всему миру на тот свет раньше времени, — мой отпуск в самом еще начале, так что спешить некуда. Такое дело, ботаник, — начал он издалека, — ты у нас все знаешь, много читаешь и имеешь свое обоснованное мнение по любой животрепещущей проблеме, за что тебя начальство и любит, верно?

— Не пошли, пожалуйста.

— Не буду, — улыбнулся Погорел. — Дела идут, справляетесь?

Коллега ответил, что справляются с трудом и ждут его скорейшего возвращения. Рассказал, что он лично ходил к шефу замолвить за него словечко, тот обещал подумать, как вернуть бедолагу. Конечно уже не в старое кресло коммерческого, а всего лишь руководителем филиала в области.

— Так что если тебя устроит подобное предложение, — продолжал он бубнить в трубку, — то после отпуска сразу же можешь и приступать.

— Я в Минск не поеду, — тут же заявил Погорел, не согласный на ссылку.

— Тебя туда никто и не отправляет. Твой проект положил на полку по открытию филиала компании в Белоруссии. Сказал, что швырять деньги на ветер в такое нелегкое для компании время, когда ее лихорадит, а его топ-менеджеры в это время развлекаются на дорогах в свое удовольствие, угоняя чужие тачки, он не намерен.

— Он и про это уже знает?

— Слово в слово передал, что сам услышал, — подтвердил собеседник. — Поедешь в ближайшее Подмосковье, а через годик, смотришь, шеф подобреет и вернет тебя обратно.

— Хорошо стелешь, заслушаешься.

Очкарин отвлекся и около минуты отдавал какие-то распоряжения по работе, кого-то там распекая, поэтому последнее замечание Погорела не услышал или специально пропустил мимо ушей, в голову ведь не заглянешь.

— Извини, я теперь за тебя, за себя и за того парня, — вздохнул он, — хоть вешайся. Ни на что не хватает времени, вкалываю уже и ночью, жена косо смотрит.

— Вешайся, хоть раз классно кончишь.

— Да иди ты, — обиделся Очкарин.

— Не бесплатно же вкалываешь, — усмехнулся Погорел. — Береги себя, труженик, больные люди нужны только больницам. Так говоришь, мой филиал прикрыли, а чей открыли, только не говори, что твой, чтобы в мою голову подозрения не забрались.

— Мой проект тоже под сукно до определенного распоряжения. Начальство решило пока оставить только Смоленск.

— А в Смоленске, значит, все надежно? — заметил со злостью Погорел.

— Не в этом дело, там Россия, а не Белоруссия. Все же одни законы, вот и решили обойтись меньшими рисками. — Теперь про деньги, ты же ради этого звонишь, — сменил он тему разговора. — Мое предложение в силе, сколько смогу, столько и соберу. Но только я на твоем месте не спешил бы отдавать сразу все бабки этим вымогателям. У тебя ведь алиби, что ты был в аэропорту в это время, когда произошла авария.