Чтение онлайн

Показались первые деревеньки. Высокие дома, настоящие коттеджи из дерева и камня, простой архитектуры, приспособленной к местным условиям.

— Еще долго? — нарушила тишину Илинка.

— Нет, — ответил Думитру коротко, он был погружен в свои мысли.

— Я не ожидала, что здесь такая красота, — шепотом призналась Кристиана, как будто пробуждаясь от сна.

Для Думитру ее слова прозвучали как сладостное утешение.

Синении тянулся по обеим сторонам от дороги. Дома стояли на пологих склонах, высокие, светлые. Видно было, что люди здесь и живут не бедно, и работу любят. В ухоженных чистеньких двориках цвели розы, далии и все виды горных цветов. В воздухе плыл запах хвои и свежескошенного сена.

— Если такая погода продержится еще два-три дня, — сказал Думитру, остановив машину перед домом и выходя, чтобы раскрыть ворота и въехать во двор, — у меня вся трава посохнет. А план у нас солидный…

Кристиана подумала, что, попав в Синешти, он стал каким-то другим, что здесь какая-то особая жизнь.

Думитру снова сел за руль, загнал машину во двор и поставил ее у подножия склона, на котором стоял его дом. Кристиана и Илинка вышли из машины и сразу же занялись чемоданами.

— Ничего себе курорт, правда, мамочка? — Илинка осматривалась вокруг, ступая по траве, мокрой от росы.

— Я тебя просила следить за своим лексиконом, — напомнила Кристиана.

— Я просто хотела сказать, что мне здесь нравится, — быстро поправилась девочка, улыбнувшись.

Дом стоял на вершине холма, к нему поднимались три каменные террасы, по бокам которых росли величественные ели. Кристиана именно так все это и представляла по описаниям Думитру. Она зашла в дом сзади, через огромную террасу, весь день освещенную солнцем. «А зимой здесь все насквозь продувается ветром», — пронеслось у нее в голове, пока она слушала объяснения Думитру.

Нетерпеливая Илинка бросилась бежать прямо по склону, по траве, не обращая внимания на лестницу, чтобы первой оказаться наверху и войти в дом раньше родителей. Она была вся во власти неукротимого любопытства, присущего только женщинам и детям. Она хотела скорее увидеть, как выглядит внутри этот дом, такой огромный снаружи. Все здесь ее восхищало, потому что все было незнакомо. Она взбежала на верх склона, спеша к входу, и вдруг остановилась в удивлении. На столе посреди террасы стояла огромная ваза, полная роз и далий, — это, несомненно, были те цветы, что обещал отец. Но на террасе возле стола сидел симпатичный старичок, в домотканых крестьянских штанах, овчинном тулупе, в старой черной шапчонке. Он сидел, положив на стол узловатые руки, и разговаривал с белочкой, которая перескакивала с одного конца террасы на другой.

Присутствие старичка было таким неожиданным, что в первый момент Илинка отскочила назад. Но тут же вернулась и спросила, набравшись храбрости:

— А вы здесь живете?

— Не-ет, девочка, — протянул старичок. Этот вопрос его почему-то рассмешил. — Здесь живет товарищ командир, — объяснил он, по-прежнему растягивая слова.

— Добрый день, — поздоровалась Кристиана, подошедшая тем временем вслед за Илинкой. — Какая приятная неожиданность! — обрадовалась она тому, что в доме кто-то есть. — А я как раз думала, как грустно войти в дом, где тебя никто не ждет… Сидите, сидите, я тоже с вами присяду, пока муж не подошел с чемоданами, — остановила она старичка, увидев, что он собирается подняться, чтобы ее поприветствовать. Она села на стул, предложенный старичком, и заинтересовалась: — Я слышала, как вы ответили, что живете не здесь. А где же? Где-то поблизости? Может быть, мы соседи?

Старичок смешался и смотрел на них растерянно, не зная, как бы получше ответить.

— Я дед Мирон. Я местный, меня тут все знают. Живу тоже здесь, повыше… Пришел вот по делу к товарищу командиру… Вы уж извиняйте, что его ищу. Нужен он мне. Простите сердечно, думал я, что он один тут.

Если бы знал, что он с семьей приедет, я бы не пришел…

В это время он увидел Думитру, который как раз подходил к террасе, неся два туго набитых чемодана. Старик сдернул с головы шапчонку, вскочил на ноги, вытянувшись в струнку, насколько ему это позволяли старость и ревматизм.

— Здравия желаю, товарищ полковник! С. докладом обращается бывший сержант Мирон Василе, известный на деревне как дед Мирон! Извините за беспокойство, — обратился он к нему уважительно. — Я пришел сюда часа за два до вас. Да, думаю, что кости-то старые утомлять без толку, посижу-ка я лучше здесь, подожду, пока вернетесь, — попытался объяснить он свое присутствие.

— Садись, дед Мирон, — пригласил его Думитру, — правильно сделал, что остался. — Он поставил на землю чемоданы и протянул старику руку.

Старик стиснул ее своими загрубевшими от работы руками, но не сел.

— Э, не знаю, правильно или нет, только незваных гостей вам сегодня и не хватает.

— А вот как раз и не хватало, верно сказал. Уж месяц я здесь, а в мою дверь никто не стучался, кроме тебя. Давай сядем поговорим, — снова пригласил он старика. — А вы пока устраивайтесь, — обратился он к Кристиане и Илинке.

Кристиана поняла, что они хотели бы остаться одни, и ушла, а за ней и Илинка. После их ухода старик почувствовал себя свободнее и разговорился.

— Люди мне сказали, — начал старик, потирая руки от волнения, — иди к товарищу полковнику, он человек душевный, он тебя поймет и поможет. Так мне люди сказали…

— А в чем дело, дед Мирон? — попытался Думитру ускорить его рассказ.

— Я, товарищ полковник, старый человек, — говорил старик медленно, тщательно подбирая слова, желая, по-видимому, чтобы его правильно поняли. — Мне трудно двигаться. Дети все разъехались кто куда, кто в Сучаве, а кто аж в Тимишоаре и Орадеа. Вот так оно и бывает, вроде и дети есть, а под старость человек один остается, как будто и нет их вовсе. Ну да не велика беда…

— А в чем же все-таки дело? — снова прервал его Думитру, ободряюще улыбаясь.

Он вытащил из кармана пачку сигарет «Карпац» и коробку спичек, предложил старику закурить. Тот вытянул одну сигарету, и теперь оба курили, внимательно глядя друг на друга.

— Люди мне присоветовали, — вздохнув, снова начал старик, — иди, мол, к товарищу полковнику, он человек душевный… Как он тогда, на пожаре в Траяне… Если б они не примчались, солдаты то есть, с машинами своими, сгорели бы мы все! — заверил он Думитру.

— Мы сделали все, что могли, — просто ответил тот. — Не могли же мы допустить, чтобы огонь распространился дальше, и оставить вас один на один с пламенем. Ведь мы соседи!

— Да, мы бы со своими ведерками не справились бы, — согласился старик. — Много делаете, видим, знаем, — продолжал он уверенно. — С тех пор как ваша часть сюда приехала, будто светлее стало. Мы все примечаем! — Он шутливо погрозил указательным пальцем. — Когда можете, подвозите нас до города на своих машинах, — начал перечислять он, — в том месяце не было у нас грузовика, так вы на своем муку перевезли на фабрику. — Он дружелюбно подмигнул.