Чтение онлайн

Мой сын глядел в Небо!

Это он увидел журавлей.

А я, давно уж не поднимавший взора ввысь — нет.

* * *

«И скрываются до срока

Даже рыцари в лесах:

Кто без страха и упрёка,

Тот всегда не при деньгах».

Миша! Плевать я на тебя хотел! А деньги — деньги свои я восстановлю!..

* * *

Она не отрывала взора от глаз моих…

— Раз, два, три!.. Раз, два, три!..

Увлекаемы водоворотом вальса, мы легко, шагая с правой, вливались друг в друга. Как в потаённую бухту корабли. Почти идеально — Любу изредка глазомер подводил. Может оттого, что глядели мы только друг другу в глаза.

Удивительное было занятие!

— Так! — досадливо остановил круженье пар Артём. — Теперь про взгляд. В отличие от латинской программы, здесь, в вальсе, наш взгляд направлен не в глаза, а чуть выше плеча партнёра. Любоваться друг другом вы будете там где-нибудь — на улице, где угодно, только не в вальсе!

Высмотрел, зоркий сокол! Углядел. Мог бы и «попустить» счастье моё мимолётное — жалко, что ли, ему было?

В конце занятия, когда готовы мы были уже, дружно похлопавши себе в ладоши, разбежаться, минутку внимания взяла Татьяна. Вышла на первый план.

— Двадцать седьмого декабря — это будет воскресенье — в Доме культуры моряков состоится турнир. Областной. На кубок области по бальным танцам. И там, наряду со спортсменами и хобби-классом, будет программа и для любителей. Обычно это три-четыре танца. Пока мы знаем, что обязательно будет медленный вальс, скорее всего, ча- ча-ча, и ещё что-то: чуть позже оповестят. Что?.. Да, я тоже надеюсь, что румбы не будет. Так что готовьтесь — мы тоже будем принимать участие, заявки можно подавать мне хоть сейчас.

Не было печали! Нужен он мне сейчас — турнир этот?!

Уже одевшись и переобувшись на лестничной площадке, я вернулся в зал: настал миг мести. Я сегодняшнего маэстро так не оставлю — всё по латине!

— Скажите, Артём, вот вы нам объясняли, что румба — это любовь и ревность. А ча-ча-ча — это что? Я просто потому спрашиваю, что мне важно дух танца постичь.

Глаза маэстро вмиг оживились.

— Ча - ча- ча, — встав из-за стойки, он обвил колонну кистью руки, — это флирт.

Предшествующий румбе танец: сначала, как водится, флирт, а за ним идёт любовь.

Понятно.

Знай наших!

А тут и Любовь, походкой своей летящей, пришла — из раздевалки. Надо было подсуетиться, чтоб успеть дверь перед ней распахнуть — сама же не замедлит.

— Спасибо, Артём! — только и успел выкликнуть я, исчезая вслед за ней в дверном проёме.

На улице довелось открыть свой замечательный зонт — с тёмного неба сеялась лёгкая морось. Люба, шагнув под него, просто взяла меня под руку.

— Чего с турниром будем думать?

Она задумчиво повела бровью.

— Не знаю… Чтобы на него идти, надо хоть какую-то хореографию иметь. Допустим, в школе даже у нас, когда я с выпускниками вальс репетирую, мы какие-то фигуры ключаем, повороты, кружения. А так — большой и малый квадрат с поворотом пройти — стоит ли и участвовать?

— Да, — искренне посетовал я, безотчётно завидуя в душе её ученикам, — и времени мало совсем — на какую-либо путёвую, более-менее серьёзную подготовку. Да и одёжу какую-то особую на турнир надо будет…

— Я лично ничего покупать не собираюсь, — категорично заявила Люба, — у меня есть платье вечернее, туфли на каблуке — вот в этом и пойду.

Ну и мне, значит, «париться» не надо будет: отделаемся, если что, свадебными брюками, рубашкой белой — «богатой», с коротким рукавом, да и туфлями теми, в которых танцую сейчас, — они с блёсточками! Эконом-класс!

— Пить хочу. — Она кивнула на громоздкую «Викторию» через дорогу: — Зайду, куплю.

— Я тебя подожду?

— Если ты не спешишь, конечно.

— Да куда мне спешить?

— Ну, мало ли! — довольно улыбнулась она.

А на прощание, угостив леденцом с мятой, ещё и живот под расстёгнутой курткой, пощипала.

Эх, Гаврила, ловелас! Как стремительно и бурно роман-то развивал!

* * *

Гаврила счастлив был по уши,

И от души благодарил он

За вечер дивный, самый лучший —

Тот, что партнёрша подарила.

Гармония дождём стекала

Под зонт, где верною рукою

Его, блаженного, держала

Та, что меняла мир собою.

А мир вокруг был полон счастья —

Они его теперь творили сами.

И та рука, что у Гаврилы на запястье —

Владыка ох как многого под Небесами!

* * *

Последняя суббота ноября была тиха и солнечна, с небольшим даже, вырвавшимся из ночных заморозков, температурным плюсом. Я взял, да и пошёл запросто на субботнюю практику — а ну как надо к турниру готовиться. Ангажировал, ясно, партнёршу по телефону ещё в пятницу: «Я не смогу — у меня в половине второго только уроки заканчиваются». — «Если всё-таки надумаешь — буду ждать: ну и запоздаешь чуть-чуть — ничего страшного». Ещё как раз в эту субботу должны были прийти мастера — вторые двери устанавливать. Но я отпросился у Марии Семёновны: чем, особенно-то, помогу? Мешаться тут, под ногами у них путаться да колкости её (о чём промолчал,