Чтение онлайн

— А если нет? — выпалила я.

— Тогда ты сама себя накажешь, — Рейнар лениво прохаживался по кухне, рассматривая утварь, казалось он совершенно не взволнован.

Это пугало.

Он так уверен в себе?

— Я расскажу Аарону, — стиснула я зубы.

— Допускаю. — Он кивнул спокойно. — Возможно, он даже отстранит меня. Отменит отбор, женится на дочери тавернщика. Уличные бродяжки будут рукоплескать, а вот аристократия достанет шпаги. Тут же пойдет молва, что лучше бы на троне сидел кто-то другой, например брат короля, дядюшка Валериан, который много лет в опале.

Я поджала губы, вздыхая. Конечно я слышала о том, что есть и другие претенденты на престол, но не думала, что они такая уж угроза.

— Никто не посмеет свергнуть Грегори и Аарона!

— Сейчас? Когда их поддерживает знать, когда на их стороне сильнейшие маги мира? Не посмеет. А когда Аарон нарушит традиции, отменит отбор и женится на безродной?

Рейнар приблизился, и голос его стал почти ласковым:

— Что произойдёт, когда они решат поддержать дядю Валериана? Переворот. Гражданская война. Прольется кровь. Ты готова к этому?

Я молчала, стиснув кулаки. Он продолжил:

— Есть другой путь. Куда более радужный! Ты с дочкой живешь там, где пожелаешь. Под защитой, при средствах, титуле и, конечно же с Олейной! А Аарон успешно завершает отбор, женится и его сильный и законный наследник ставит точку на межвидовом споре о короне. Все счастливы!

— Значит, Олейна у вас? — прищурилась я, — Вы решили шантажировать меня ее жизнью?

— Это было бы пошло, я просто подчеркиваю, что лучшие маги королевства заняты важными вещами, но я всегда могу подсказать им задачу поважнее. Уверен, мы найдем служанку с целости и сохранности. А вот что будет через день-другой уже не знаю.

Я чувствовала себя загнанной в угол. Стоит ли мое счастье чьей-то жизни? Смогу ли я смотреть на себя в зеркало, если из-за меня пострадает невиновная. Я итак собиралась уехать! Только теперь уехать — значит сдаться.

— Это… — я сглотнула подступившие слёзы, — это шантаж.

— Это — реальность, — слабо улыбнулся он. — Или… хочешь, чтобы всё стало хуже?

— Почему бы вам не повторить все это в лицо Аарону? — я собралась с силами и распрямила спину, все еще держа нож наготове.

— Когда дракон хочет получить свое сокровище, его не остановить. Такова их природа. Против нее не пойдешь. Единственный человек на свете, которого он теперь послушает — ты. Только твое «нет» он примет. И это «нет» должно быть искренним. Вот я и думаю, насколько искренне ты желаешь добра близким. Олейне, Лукасу, Этьене, Тетушке Юмисе?

Услышав имена, которые он произносил так спокойно и даже ласково, во мне все похолодело. В голову закралась мысль, что если Рейнар сможет причинить им всем вред до того, как Аарон успеет его обезвредить? Стоит ли оно того?

— Я… я подумаю, — прошептала я, дрожа.

— Только не долго. Завтра должна быть объявлена победительница, если Аарон выйдет и объявит об отмене — случится катастрофа.

Рейнар смерил меня взглядом и покачал головой:

— Очень надеюсь, что ты разумная, практичная девушка и думаешь не только о себе, но и о дочери и государстве.

С этими словами Рейнар щелкнул пальцами, купол опал, а сам он вышел в дверь, которая тут же исчезла за ним.

Я устало привалилась к столу, сердце колотилось, как бешеное. Стучало уже где-то в горле, ноги подкашивались. Во мне бушевала смесь обиды, злости и страха.

Я вытерла слёзы рукавом, заметив, что все еще сжимаю нож в руке. На кухню вернулся отец. Я рефлекторно выставила перед собой нож.

— Предатель, — прошептала я. — Ты продажный. Жалкий. Трус.

К моему удивлению, в ответ он лишь сник. Но не ушёл.

— Я слышал ваш разговор.

— Если бы не ты, все бы было иначе! Мы с Аароном были бы семьей, растили бы дочь, твою внучку! Родную кровь, а ты нас предал. Снова!

— Он бы всё равно добрался до тебя, — хрипло сказал отец. — Я таких людей много повидал. Только так я мне хотя бы золотишко перепало. Подло? Может быть. Но послушай… в тебе течет моя кровь, какому-то плешивому магу-старикашке тебя не запугать.

К моему удивлению, отец полез за пазуху и достал небольшую шкатулку.

— Вот, это от матери. Я не хотел тебе отдавать, все искал, как продать подороже.

Я нахмурилась. Он же сделал несколько неуверенных шагов в мою сторону, я рассеяно посмотрела на нож и медленно опустила его.

Отец раскрыл шкатулку, которая явно была золотая и в настоящих драгоценных камнях. Внутри на кусочке белоснежного меха лежал старинный амулет с незнакомым мне гербом.

— Защитный амулет, старый. От бабки ей достался. Мать говорила, что с таким никакой сглаз, никакое заклинание не страшно. Вот, возьми и надери зад старикашке… Пусть не думает, что умнее.

Я неуверенно взяла амулет, покрутила его в руках. Пальцы все еще дрожали.

— Надень его и проваливай, пока я не передумал, — буркнул отец.

Я выпрямилась, надела амулет на шею, он отозвался на коже приятным теплом, словно касание матери. Удивительно, но это придало мне сил. Не оглядываясь на отца больше, я пошла на выход, и все же у двери он меня окликнул:

— Нож возьми, дура. На всякий случай…

Я быстрым шагом вышла из кухни, затем через весь зал к двери. Я не оборачивалась, я не собиралась возвращаться сюда.

Моя связь с этим местом оборвана навсегда.

На улице холодный осенний ветер тут же ударил в лицо, словно давал мне отрезвляющую пощечину. В руке все еще был зажат нож.

Дура! Как я могла попасться на такую глупую уловку?

Голова кружилась, сердце колотилось, я дышала полной грудью и никак не могла выдавить из легких удушающий запах таверни.

— С вами всё в порядке, госпожа? — спросил старший телохранитель, внимательно всматриваясь в моё лицо, будто пытаясь понять, ранена ли я.

Сказать ему, что случилось? Он мог бы уложить моего предателя-отца одним ударом, но нет. Конец это конец.

— Всё хорошо, — тихо ответила я, с трудом сдерживая дрожь в голосе. — Просто… неприятный разговор. Мне нужно подумать. Пожалуйста, просто прокатите меня по городу.

Охранник коротко кивнул и тут же распахнул дверцу экипажа. Я осторожно поднялась по ступенькам и опустилась на мягкое кожаное сиденье.

Запах полированного дерева, кожи и свежей соломы на полу слегка успокоил нервы. Карета мягко покачнулась и плавно тронулась с места, направляясь по узким улочкам прочь от таверны.