Чтение онлайн

Никто не знаетъ, не увренъ, пощадитъ ли его смерть.

Невидимый, неумолимый ангелъ смерти уже витаетъ въ солнцемъ озаренной синев неба.

Ангелъ этотъ, символъ небытія, раскрылъ уже свои холодныя, вчныя объятія.

Многіе въ незримомъ облак его дыханія. Для многихъ лучи вчнаго солнца уже догорали.

Но каждый изъ уже обреченныхъ и вс, вс, кому жить еще было суждено, кто далекъ еще отъ бездны могилы, страстно, мучительно хотли жить.

Жить хотли, жить!

Только обликъ блой, какъ снгъ, „Монголіи“, ярко выдляющійся среди стаи несущихся сзади черныхъ волковъ-миноносцевъ даетъ тнь надежды на жизнь.

Жить хотли!

Тамъ, далеко, въ родной Россіи остались близкіе, дорогіе, о благополучіи которыхъ тревожно билось не одно преданное, любящее сердце.

Жить и любить хотли!

А о возможности жить, о надежд на жизнь и самой жизни говорила лишь одна „Монголія“.

Уже четыре часа пополудни. Эскадры продолжаютъ мчаться.

5 часовъ. Правая колонна японцевъ начала выдвигаться впередъ. Флагманское судно противника, броненосецъ „Миказа“, уже на траверс „Пересвта“.

5 1 /2 вечера. Уменьшили ходъ.

Эскадры сблизились на 40 кабельтовыхъ. Еще нсколько минутъ, еще, еще — взвились облачки, засверкали огни, загремли орудія…

Начался бой.

Участь эскадры, участь Артура, судьба многаго и многихъ ршалась.

Суда быстро подвигаются впередъ. Орудійный огонь усиливается съ каждой минутой.

На неб свтло и тихо. Солнце склоняется къ западу. На ничтожной площади необъятнаго словно дремлющаго океана десятки тысячъ людей, какъ разъяренные зври, истребляютъ другъ друга.

Седьмой часъ. Бой во всей своей сил. Голубое небо покойно и прозрачно. Золотой дискъ солнца низко спускался къ горизонту. На восток забродили едва уловимыя тни — предвстники вечера, на запад океанъ горлъ — переливался яркимъ словно растопленнымъ золотомъ.

А на груди теперь царственно-покойной стихіи грохочетъ громъ, точно хохотъ торжествовавшаго діавола.

7 1 /2 ч. вечера. На „Цесаревич"подняли сигналъ о передач командованія. На "Пересвт"(флагъ контръ-адмирала князя Ухтомскаго), на которомъ все перебито, мачты сбиты — нельзя поднять сигнала (сигналы были поданы по борту).

На эскадр переполохъ и смятеніе…

Некому управлять.

"Ретвизанъ", предполагая, что младшій флагманъ князь Ухтомскій тоже убитъ, вышелъ изъ строя кильватера и бросился на "Кассугу" съ цлью его таранить и этимъ защитить "Цесаревича", который началъ болтаться (у него былъ испорченъ рулевой приводъ), и, выйдя изъ строя, повернулъ.

За "Ретвизаномъ" послдовали "Побда" и "Пересвтъ".

Каждый изъ командировъ дйствуетъ на свой рискъ и страхъ.

Все смшалось. Эскадры, какъ боевого, стройнаго цлаго, не существовало.

Самый ужасный, критическій въ морскомъ бою моментъ.

Произошло нчто внушительно-грозное, страшное, величественное и нелпое.

"Ретвизанъ", эта стальная громада, очутился словно въ кипящемъ гигантскомъ котл. Вокругъ него непрерывно вздымались огромные столбы воды меньшей и большей высоты. Противникъ всю силу орудійнаго огня направилъ на него, буквально засыпая его снарядами всхъ калибровъ.

Наконецъ "Ретвизанъ", не выдержавъ этого кипнія, вынырнулъ изъ клокочущей воды и повернулъ за "Цесаревичемъ". Шелъ онъ медленно, съ сильнымъ дифферентомъ на носъ.

Теперь все, вся сила чугуна и стали обрушилась на "Пересвтъ". Его мгновеніями совсмъ не было видно изъ-за вздымавшихся гигантскихъ фонтановъ.

Показался "Пересвтъ". Но во что онъ превратился? Мачты сбиты, трубы разворочены. Кренъ на правый бортъ, дифферентъ на носъ.

Истерзанный, едва узнаваемый "Пересвтъ" двинулся за "Ретвизаномъ". За нимъ шли изуродованныя "Побда" и "Полтава", съ подведенными пластырями въ подводныхъ пробоинахъ.

Снарядовъ на броненосцахъ едва хватило бы на двухчасовой бой.

Когда "Ретвизанъ" и "Пересвтъ" повернули — броненосцы противника сразу прекратили огонь и отошли на разстояніе вн выстрла, а вмсто нихъ стали приближаться крейсера съ видимымъ намреніемъ атаковать наши броненосцы.

Навстрчу имъ бросились "Аскодьдъ", "Новикъ" и "Діана". Японцы отъ боя уклонились.

Наступали сзгмерки, начало быстро темнть.

Бой совершенно прекратился.

Приближались минныя атаки.

О какомъ бы то ни было стро не было и помину. Вс корабли разбрелись.

Ясно было одно: вс суда повернули къ Артуру.

Японцы, сомкнувшись, образовали стальной непроницаемый полукругъ.

"Монголія" очутилась отрзанной и шла за эскадрами.

Общія очертанія судовъ еще различаются. Въ разныхъ направленіяхъ раздаются выстрлы. Но различить своихъ и чужихъ трудно.

Иногда съ душу леденящимъ воемъ перелетаетъ снарядъ и разрывается въ сторон. Гулъ взрыва, всплескъ воды — и опять тихо.

Спускалась ночь. Небо облачно, мстами, какъ бы прорвавшись, сверкаютъ звзды. "Монголія" идетъ то среднимъ, то малымъ ходомъ, сообразуясь съ паденіемъ снарядовъ.

Ночь. Судовъ не видно.

Видны лишь то багрово-красныя, то фосфорическія вспышки, за ними громъ и грохотъ выстрловъ и взрывовъ.

Бой возобновился. Временами "Монголія" совсмъ останавливается, отходитъ назадъ.

Судовъ совсмъ уже не видно.

Полная неизвстность. Куда итти? Гд свои, гд враги? Оріентируются по вспышкамъ.

Минутами на мор наступаетъ полная тишина.

Океанъ притаился — темный и холодный.

Небо молчитъ.

На земл идетъ кровавая борьба.

Около 10-ти вечера, посл наступившей полной тишины показались вспышки въ 2-хъ мстахъ. Раньше "Монголія" ихъ держала по носу. Вдругъ он раздлились: вспышки идутъ по носу и слва.

Такъ какъ по направленію вспышекъ слышались залпы малокалиберной артиллеріи, покрывавшіеся гуломъ большихъ орудій, явилось предположеніе, что началось самое ужасное — минныя атаки.

"Монголія", опасаясь плавающихъ минъ, отошла вправо.

Кругомъ, кром вспышекъ и гула орудій — вода и сумрачный небосводъ. Снаряды то и дло перелетаютъ и ложатся то вправо, то влво. Иногда ложатся близко, очень близко. Вода, поднятая снарядомъ, съ шумомъ рушится.