Чтение онлайн

— Зачмъ тутъ орудія ставить? Что за ерунда! Я прикажу полевой батаре, она лихо выдетъ на позицію Высокой горы и начнетъ громить штурмующихъ.

Генералъ Стессель наивно думалъ, что противникъ будетъ осаждать Артуръ безъ осадной артиллеріи и вести штурмъ, не подготовивъ его артиллерійской атакой.

Генералъ-адъютантъ Стессель въ своемъ приказ отъ 9 сентября, за № 637, отдалъ по крпости приказаніе, которое между прочимъ закончилъ слдующими словами:

"Слава и благодареніе Богу, слава войскамъ, героямъ. Слава Ирману, Сычеву, Подгурскому. Слава всмъ героямъ, начальникамъ и офицерамъ. Слава и благодарность героямъ охотникамъ, взорвавшимъ блиндажъ. Богъ далъ намъ возможность отбить врага. Молитесь Ему". (Читая этотъ приказъ, мы никакъ не могли понять, кому рекомендуетъ намъ генералъ-адъютантъ молиться, Богу или врагу?).

Въ приказ ни однимъ словомъ не упомянуто о генерал Смирнов, главномъ виновник отбитія штурма. Въ этомъ вид пошло донесеніе въ Петербургъ и попало во вс газеты. Съ момента своего назначенія, генералъ-адъютантъ, не стсняясь никмъ и ничмъ, прямо подтасовывалъ по своему усмотрнію вс факты.

Въ крпости началась опять невыразимая безтолковщина. Генералъ Смирновъ, ежедневно лично знакомясь съ положеніемъ оборонительной линіи, отдавалъ приказанія, генералъ-адъютантъ ихъ отмнялъ. — Смирновъ, видя, что т или другія работы должны быть безусловно производимы, посылалъ къ нему генераловъ Кондратенко и Благо, чтобы послдніе путемъ долгихъ убжденій настояли на крайней необходимости исполненія тхъ или иныхъ приказаній, отданныхъ Смирновымъ. Главная заслуга генерала Кондратенко во время осады, помимо его трудоспособности, поощренія изобртателей [19] въ цляхъ успха обороны, идеальной честности, присутствія по должности начальника обороны въ боевой линіи, заключалась еще въ томъ, что онъ умлъ обезвреживать Стесселя и доказывать ему, что совты Фока, которые были всегда діаметрально противоположны распоряженіямъ генерала Смирнова — безусловно несостоятельны и пагубны для крпости.

Генералъ-адъютантъ, помимо Фока, Никитина, выбралъ еще впослдствіи и Кондратенко, на котораго въ своихъ представленіяхъ, въ ущербъ Смирнову, валилъ все, такъ какъ прекрасно сознавалъ, что слава Кондратенко не можетъ затмить его славы по той простой причин, что между нимъ и Кондратенко была черезчуръ большая разница въ функціяхъ. Онъ — главный начальникъ, а Кондратенко — только начальникъ крпостной дивизіи, непосредственно подчиненный Смирнову, какъ глав крпости.

Комендантомъ былъ установленъ такой порядокъ: ежедневно утромъ и позднимъ вечеромъ къ нему собирались посл объзда боевой линіи генералъ Кондратенко, начальникъ артиллеріи генералъ Блый, начальникъ инженеровъ полковникъ Григоренко и начальникъ штаба полковникъ Хвостовъ, гд и ршались вс вопросы объ оборон крпости и вырабатывались программы работъ по дальнйшему вооруженію, укрпленію, расположенію войскъ и ихъ довольствію. Стессель же и его штабъ никогда не принимали въ этомъ абсолютно никакого участія. Каждый изъ совщавшихся получалъ вполн опредленныя указанія и на слдующій день докладывалъ о результатахъ. Генералъ-адъютантъ обыкновенно вмшивался посл того, какъ Смирновымъ были отданы приказы, и своими приказами отмнялъ ихъ. Несмотря на ихъ отмну, работы продолжались, такъ какъ каждый понималъ, что он необходимы; тмъ не мене все это вносило невыразимую путаницу, тормазило успшность работъ, деморализовало и растлвало гарнизонъ.

Гарнизонъ, читая этотъ приказъ, конечно, не могъ предположить, кто былъ главнымъ виновникомъ истребленія непріятельскаго резерва, кто спасъ намъ еще въ сентябр Высокую гору

Въ приказ имена генерала Смирнова и поручика Ерофева не упоминались.

А мн доподлинно теперь извстно, что вся японская армія, съ военными агентами всхъ государствъ во глав — была поражена этимъ блестящимъ дломъ нашей скорострльной артиллеріи.

Иниціативу, на основаніи донесенія поручика Ерофева, проявилъ Смирновъ; лихо выполнилъ эту трудную задачу поручикъ Ясенскій.

Да никто, кром Смирнова и Ерофева, и не зналъ о скопленіи резервовъ.

Поручилъ Ерофевъ, замтивъ притаившіеся резервы и сознавая, что каждая минута дорога, минуя всхъ начальниковъ, прямо донесъ коменданту. Онъ прекрасно понималъ, что выздъ батареи на совершенно открытое мсто, въ виду батарей противника, можетъ быть гибельнымъ, и, конечно, никто изъ начальниковъ, кром самого коменданта, не ршится взять на свою отвтственность это рискованное дло. Комендантъ, получивши это донесеніе на моихъ глазахъ, немедленно провривъ по карт и убдившись, что Ерофеву указываемое имъ мсто видно, сію же минуту отдалъ по телефону приказаніе о высылк взвода.

Такъ это дло было совершенно замято.

Защитники Артура, читая эти строки, а моряки въ особенности, только тенерь узнаютъ, что не кто иной, какъ Смирновъ и Ерофевъ, отдалили паденіе Высокой горы почти на два съ половиною мсяца.

Только посл большихъ трудовъ Смирнову удалось настоять на награжденіи Ерофева и Ясенскаго.

Насколько я помню, когда Смирновъ вошелъ съ представленіемъ о награжденіи этихъ офицеровъ крестами, Стессель разорвалъ рапортъ. Пришлось вести цлую переписку.

10-е сентября. Западный фронтъ.

Телефонограммы.

10 сентября.

Копіи.