Чтение онлайн

Тут он увидел посторонних. На секунду он нахмурился, скользя взглядом по странной группе, вопросительно посмотрел на Грача, потом на Нагру. Когда его взгляд наконец остановился на Алазариане, юноша почувствовал, что у него сжимается сердце. Хмурый взгляд Пракстин-Тара был похож на мощную дрель и проникал в самое сердце. Военачальник с трудом захромал к ним и, протянув раненую руку, прорычал по трийски:

– Ниншаса кис?

– Ишэй, Пракстин-Тар, - ответил Грач. Раб поспешно упал перед военачальником на колени, отвешивая ему униженный поклон.
– Инэй нуалака.

Тут разговор взял на себя Награ. Заслонив Грача, он встал перед военачальником. Искусник говорил быстро и без страха, прибегнув к такому же презрительному тону, каким он обращался к воинам. К глубокому изумлению Алазариана, Пракстин-Тар выслушал дрола. При этом лицо военачальника ясно показало, насколько он потрясен, и он снова устремил взгляд на Алазариана и Джала.

– Что он говорит?
– прошептал Джал и подтолкнул Грача носком сапога. Можешь перевести?

– Ш-ш!
– испуганно прошипел раб. Алазариан ничего не понимал. Слушая объяснения Нагры, Пракстин-Тар продолжал пристально смотреть на юношу.

– Они говорят обо мне!
– догадался он.
– Грач, что они говорят? Пожалуйста, скажи мне!

Грач помедлил было, но Джал снова пнул его, заставив послушаться.

– Искусник говорит, что вы путешественники, - тихо начал переводить Грач.
– Он говорит, что вы приехали из Нара и что у вас дело к...
– тут Грач резко повернулся к ним.
– К' Шакалу?

– Продолжай!
– попросил Алазариан.
– О чем еще они говорят?

Грач внимательно вслушался.

– Э-э... Этот жрец здесь уже бывал. Пракстин-Тар его знает, но он разгневан.
– Нарец снова замялся.
– Я не понимаю. Они говорят о тебе, юноша. По-моему, это какие-то религиозные бредни. Я не могу понять.

– Продолжай!
– прошептал Алазариан.

Пракстин-Тар изумленно взирал на него. Пока Награ продолжал говорить, взгляд военачальника скользил по Алазариану. Тот старался не шевелиться.

– Пракстин-Тар ему не верит, - добавил Грач.
– Все это какая-то бессмыслица!

– Да, конечно, - согласился Алазариан.
– Грач, говори мне все, слово в слово. Ты можешь это сделать?

– Но это же чушь...

– Сделай, как я тебя прошу.

Грач вздохнул. Награ все говорил. Нарец с трудом подыскивал слова для перевода.

– Он утверждает, что это правда, - сказал Награ, указывая на Алазариана.
– Ты искал связующее звено с небесами, Пракстин-Тар. Ну так вот оно, перед тобой!

Пракстин-Тар расхохотался.

– А ты видел эти чудеса?

– Не видел, - ответил Награ.
– Но юноша говорит честно. Я верю его словам.

Тут Грач резко повернулся к Алазариану:

– Каким словам?

– Переводи дальше, - попросил Алазариан вместо ответа.
– Пожалуйста!

Раб снова начал передавать разговор.

– Ха!
– презрительно бросил Пракстин-Тар.
– Как ты смеешь отнимать у меня время на такие глупости? Если бы ты не был искусником, я бы тебя убил.

– Дай ему доказать свою правдивость, - потребовал Награ.
– Юноша целитель. Вот почему я привел его сюда.

Пракстин-Тар недоуменно перевел взгляд на свою окровавленную руку.

– Ради этого?
– спросил он.
– Эти раны пустяк. И эти царапины мне перевяжет мой собственный лекарь.

– Не ради тебя, заносчивый ты дурень! Кринион все еще при смерти, так ведь?

Лицо Пракстин-Тара стало страшным.

– При чем тут он?

– Мальчик может его исцелить. Он владеет магией Тарна. Он говорит, что может вернуть Криниону жизнь.

Пракстин-Тар что-то прорычал, а потом оттолкнул Грача с такой силой, что раб рухнул на землю. Военачальник схватил Алазариана за шиворот и притянул к себе, так что их носы почти соприкоснулись.

– Что он говорит?
– встревожено спросил Алазариан.
– Награ? Чего он хочет?

Пракстин-Тар злобно оскалился и, выкрикивая что-то непонятное, начал трясти юношу. Награ схватил Пракстин-Тара за плечо, резко заставил повернуться и отвесил ему звонкую пощечину. Изумленные зрители ахнули. Пракстин-Тар побагровел от ярости, занес руку над головой Нагры - и замер неподвижно. Рука его дрожала от напряжения. Награ стоял, не шевелясь. Грач поспешно поднялся из грязи. Его хозяин и искусник снова обменивались какими-то словесными ударами. Поспешно встав рядом с Алазарианом, нарец начал переводить.

– Пракстин-Тар намерен тебя убить, юноша, - объявил Грач.
– Я же говорил вам, чтобы вы сюда не ходили! И тут в груди Алазариана что-то оборвалось.

– Но я же целитель!
– заявил он. Он шагнул вперед, отбросив руку Джала, пытавшегося его задержать. Ткнув военачальника пальцем в грудь, он сказал: - Хочешь меня убить? Действуй. Мой собственный отец тоже хочет меня убить! Почему бы тебе не оказать ему услугу?

– Алазариан, - воскликнул Джал, - отойди от него!

– Но если ты убьешь меня, Пракстин-Тар, ты убьешь и собственного сына. Потому что, хочешь - верь, а хочешь - нет, но я действительно целитель. Я не хотел им гать, я не могу это объяснить, но так уж это получилось. Ну, так что ты решаешь?

С окровавленного лица на него смотрели пылающие глаза. Пракстин-Тар тяжело дышал, и на секунду Алазариану показалось, что он действительно сейчас умрет. Но тут снова раздался голос Нагры, успокаивавшего военачальника.

– Искусник просит Пракстин-Тара тебе поверить, - объяснил Грач.
– Он говорит, что если у тебя есть сила, как ты утверждаешь, ты исцелишь Криниона. И тогда военачальник должен пропустить тебя к Шакалу.

– А если он не исцелит Криниона?
– спросил Джал.

– Тогда он прикажет всех вас убить. Даже Harpy. Награ требовал от Пракстин-Тара решения.

– Он спрашивает, согласен ли военачальник на эти условия, - перевел Грач.

Пракстин-Тар продолжал изучающе смотреть на Алазариана. На его лице читалась искренняя боль и зажглась робкая искра надежды. Наконец военачальник дал свой ответ. Награ широко улыбнулся.

– Он согласен, - объявил Награ. А потом его лицо снова стало серьезным.
– Надеюсь, ты не лгал, юный Алазариан.

Алазариан прошел за Пракстин-Таром и рабом в глубину лагеря, к шатру, который оказался больше других, - к желтой палатке, растянутой толстыми веревками и украшенной гербом Рийна - вороном. Джал и Награ шли следом. Тысячи любопытных глаз следили за Алазарианом, но никто не заговорил с ним и не пошевелился. Казалось, даже ветер стих. Алазариан сжал пальцы, пытаясь представить себе, что ждет его внутри. Он уже очень давно не пользовался своими странными способностями и не исключал возможность неудачи. Умирать ему не хотелось, и он не сомневался, что военачальник исполнит свою угрозу и убьет его. А он, Алазариан, даже не знает, насколько сильно болен Кринион.

Ответ на этот вопрос он получил почти сразу же. Как только Пракстин-Тар провел их в палатку, Алазариан ощутил запах болезни. Это была чудовищная, неопрятная вонь: от мочи, пота и сладковатой крови. На постели из подушек он увидел молодого человека, обернутого бинтами и компрессами. Даже Джал, которому, как сознавал Алазариан, нередко приходилось видеть смерть, ахнул от вони и ужасающего зрелища. Тонкая струйка дыма поднималась от благовоний, курившихся на маленьком алтаре. Запах их не помогал очистить воздух. Над Кринионом сидел какой-то триец. Изумленный неожиданным вторжением, он сразу же встал. Увидев Пракстин-Тара, триец поспешно бросился к своему господину и принялся хлопотать вокруг него. . Пракстин-Тар его бесцеремонно оттолкнул.