Чтение онлайн

Однако его одиночество было недолгим. Вскоре он услышал знакомый голос, громко зовущий его по имени, потом раздался шум шагов... Джал Роб его нашел. Алазариан с трудом сел и увидел, что Джал стоит всего в нескольких шагах от него и встревожено на него смотрит.

– Алазариан, - спросил священник, - почему ты убежал?

Алазариан был не в состоянии ответить. Он попытался заговорить, но чувства душили его. Джал подошел ближе, дожидаясь, чтобы он рассказал ему, в чем дело. Когда Алазариан был маленьким, он часто заикался. И теперь ему показалось, что заикание может вернуться.

– Ты видел, что я сделал. Я его спас!

– Да, это было чудо, - подтвердил Джал.
– Ты был прав, мальчик. И Награ тоже был прав. У тебя "дар небес". Ты целитель. Как наш Господь.

– Я вовсе не похож на Господа! Джал, моя мать умерла из-за меня. Я мог ее спасти - и не помог ей!

– Нет, - не согласился с ним Джал.
– У твоей матери был рак.

– Рак!
– презрительно фыркнул Алазариан.
– Ну и что? У Криниона было что-то пострашнее, и видишь, что я для него сделал!

– Но ты же сам говорил мне, что она не хотела жить. Она умоляла тебя, чтобы ты ей не помогал. Разве не так?
– Не дождавшись от Алазариана ответа, Джал сжал ему плечо.
– Ну? Это было так?

– Да. Но какое это имеет значение? Мне не следовало ее слушать.

– Ошибаешься, - возразил Джал.
– Все люди умирают. Даже ты в конце концов умрешь, как умер и Тарн. Никакая магия не может освободить тебя от Божественного предопределения.

Алазариан поднял голову и посмотрел на него.

– Предопределения?

– Все в этой жизни предопределено, Алазариан. Бог не ошибается. И случайностей не бывает. Твоя мать умерла потому, что пришло ее время, и она умерла, дав тебе наказ разобраться в себе. Ну и вот ты оказался здесь.

– Ох, если бы только это было так!
– вздохнул Алазариан. Он по-детски хлюпнул носом.
– Но я больше не понимаю, почему я здесь. Мне не следовало ехать. Я...

Из-за сосен показалась какая-то фигура, и Алазариан замолчал. В следующую секунду он уже смотрел в лицо Пракстин-Тара. Военачальник стоял перед ним в своих окровавленных лохмотьях, и лицо у него было необычайно серьезным. Казалось, что и он недавно плакал. Джал вскочил, готовый защищать Алазариана, однако в военачальнике не ощущалось никакой угрозы. Пракстин-Тар просто наблюдал за ними, и по его лицу скользнула непонятная улыбка. А потом он заговорил.

– Что он говорит?
– прошептал Джал. Алазариан пожал плечами: Пракстин-Тар? В чем дело? Что ты говоришь?

Пракстин-Тар досадливо поморщился. А потом его, похоже, осенило: он упал перед Алазарианом на колени, схватил юношу за руку, сжал его пальцы и заглянул ему в глаза.

– Нет!
– воскликнул Алазариан, пытаясь вырвать руку.

Пракстин-Тар крепко держал его пальцы, решительно качая головой. И Алазариан уступил, позволив мыслям Пракстин-Тара слиться со своими и почувствовав ослепительную молнию его страстности. Когда военачальник заговорил снова, Алазариан понимал каждое его слово.

– Да!
– выдохнул Алазариан.
– Да, я тебя понимаю. Понимаю!

Безграничная благодарность Пракстин-Тара затопила сознание Алазариана. Юноша исцелил Криниона и смирил военачальника. Божественное удовлетворение ощущалось в душе Пракстин-Тара, мистическое озарение. Алазариан был немного озадачен: он не понял, из-за чего военачальник так ликует. Между ними зазвучало имя, многократно повторяясь в их объединившемся сознании.

– Тарн!
– тихо произнес Алазариан.
– Нет, Пракстин-Тар, я - не он.

Но Пракстин-Тар рассмеялся.

– Тарн!
– воскликнул он.
– Ты такой, как он. Ты - дверь на небеса, которая снова открыта!

– Я всего лишь мальчишка.

– Это не так, - не согласился военачальник.

– Нет. Я - ничто.

– Ты отмечен небом!

– Я...
– Алазариан замолчал.
– Я боюсь. Пракстин-Тар сжал ему руку.

– Я буду тебя оберегать.

– Алазариан!
– тревожно окликнул его Джал.
– Что с тобой? Что происходит? Алазариан засмеялся.

– Я его чувствую, Джал! Я его слышу. Он со мной разговаривает!

– Разговаривает? И что же он говорит?

Слова Пракстин-Тара содержали так много смысла, что это было больше похоже на чтение целой библиотеки, а не одной книги. Как сжать все это настолько, чтобы Джал смог понять? Но среди томов души Пракстин-Тара оказалось одно совершенно ясное послание.

– Шакал!
– прошептал Алазариан, все еще не выпуская руки военачальника. Заглядывая в глаза Пракстин-Тара, он знал, что в нем нет никакой лжи.
– Он отведет нас к Шакалу, Джал. Он поможет нам встретиться с Вэнтраном.

32

Касрин стоял на палубе своего разбитого корабля. Тень новой грот-мачты "Владыки" косо падала ему на лицо: лисские кораблестроители пытались установить ее на место. На изготовление новой мачты ушло больше недели. Ее сделали, пока баржи буксировали "Владыку" к Каралону, и теперь оказалось, что мачта слишком велика и не подходит к существующему гнезду. Пока ремонтные работы двигались мучительно медленно, и каждый день приносил новые трудности и разочарования. Несмотря на свою репутацию превосходных корабелов, лисские мастера сильно отставали от графика.

Когда "Владыку" вытащили на берег, вокруг корабля воздвигли сложные строительные леса. Из-за болотистых берегов Каралона почти невозможно было создать для дредноута сухой док, но изобретательность лисских корабелов преодолела все трудности. Когда баржи подтянули поврежденный корабль к берегу, люди Джелены не стали терять времени. Они соорудили леса и окружили "Владыку" бревнами, подъемными блоками и каркасами, пытаясь его отремонтировать. Однако корабль был практически инвалидом, с виду годным только на слом. Огонь "Бесстрашного" сделал в корпусе и палубе огромные пробоины, обеспечив плотникам работу в три смены, а разбитая грот-мачта восстановлению не подлежала. Почти не осталось оснастки и парусов, а пожар на корме уничтожил верхнюю палубу, оставив в настиле зияющую дыру, открывающую вид в трюм. Мягко говоря, "Владыка" превратился в развалину, и Блэр Касрин не думал, что его корабль сможет когда-нибудь выйти в море.

После приезда на Каралон Касрин заметил, что погода поменялась. Стало тепло. Дни удлинялись, трава уже стала высокой. До первого дня лета оставалось всего три недели, а утром того дня он должен быть у Талистана и начать обстрел берегов королевства, подавая Бьяджио сигнал к началу вторжения. И туда должен будет подойти Шакал - если тот парнишка, Алазариан, выполнит свою задачу. Этот план Бьяджио походил на треножник, однако этот треножник уже грозил завалиться, поскольку одной опоры у него не хватало. Наблюдая, как лиссцы медленно заводят на место грот-мачту, Касрин безнадежно покачал головой.