Чтение онлайн

Последнее, чем я занялся перед сном, так это попытался вскрыть сундук. Но теперь, по всей видимости, сама «Марина» решила притормозить развитие событий и наше с ней знакомство, ведь нужного ключа на связке не оказалось.

— У-у-ууу, — завыли на улице.

Однако сей раз спокойно как-то, буднично. Просто для того, чтобы завыть.

— И вам спокойной ночи, — согласно кивнул я и начал устраиваться на ночлег…

Проснулся я от крика петуха. Ну или думаю, что проснулся от крика петуха, ведь откуда бы взяться петуху в условиях плотной городской застройки — ума не приложу.

И только раскрыв глаза, я первым же делом вышел на балкон. Пощурился солнцу и оглядел район с высоты третьего этажа. Примерно ту же самую картину я видел ещё вчера, и ничего особенно не изменилось. Однако вчера я был всего лишь робким соискателем, а сегодня уже владельцем ресторана и это не могло не радовать.

— Ы-ыы-ыкх! — я сладко потянулся и даже слегка перевесился через парапет. — Ой…

Снизу на меня смотрели две барышни. По всей видимости мать и дочь пубертатного возраста, обе в старинных пышных платьях. При этом мать судя по круглым глазам и раскрытому рту пыталась изобразить из себя страдающую насморком сову, а дочь меня вообще не видела — родительница прикрыла ей лицо раскрытым веером.

И тут же я понял, что корчусь на балконе в одних трусах. Сказал:

— Мискузи! — и быстренько убрался обратно в комнату.

Водные процедуры заняли у меня следующие несколько часов. Следуя за трубами, которые в старинном венецианском здании очень тщательно скрывали, я добрался до подсобного помещения на первом этаже, где перекрывалась вода. Сперва повернул один вентиль и пошёл обратно по журчанию в трубах. Понял что именно включил, затем вернулся в подсобку и повторил процедуру ещё четыре раза.

Наконец принял холодный душ, чтобы взбодриться, оделся как полагается и снова вышел на балкон, на сей раз никого не шокируя. Размялся, потянулся, проделал дыхательную гимнастику и тут понял, что не прощу себя, если сейчас же не вытащу на этот балкон стул со столиком и не попью здесь чай.

Ну а тем более, что ничего кроме чая в «Марине» до сих пор нет. Удивительно, но это дело далось мне без внезапностей и вот-это-поворотов. То есть сделал я ровно то, что и задумывал. Посидел, почаёвничал и помахал рукой редким прохожим. Однако после второй кружки почувствовал, что меня мутит…

Нет, с драгоценным китайским чаем всё было более чем нормально. Просто даже самая малая его щепотка заваривалась так крепко, что натощак это было, мягко говоря, неприятно.

— Бр-р-ру! — опять завёлся желудок.

А мне не оставалось ничего иного, кроме как пообещать ему найти пищу и направиться искать пищу. Новый день, новые открытия, так что мой путь лежал в подвал.

— Ох-ре-неть, — выдохнул я.

Причём выдохнул паром. Тут же стало понятно, почему сыпучка и прочие складские помещения занимают второй этаж, хотя по логике вещей их стоило бы разместить внизу. Всё просто: весь подвал был морозильником.

Да-да, именно что минусовым, тут и гадать не надо, ведь стены сплошь покрыты инеем. А ещё не надо гадать насчёт того, что дело тут не обошлось без артефакторики. За закрытой дверью в соседнем помещении были комфортные для продуктов четыре градуса, и этого добиться несложно, но вот чтобы минус…

Слышал о таком, но вижу впервые.

— И надо бы пригласить спеца, — пробубнил я, глядя как волосы на руке от мороза встают дыбом.

Как только разживусь деньгами, обязательно загоню в «Марину» толкового артефактора. Пускай посмотрит, какие ещё сюрпризы таит в себе здание.

— Э-э-эй! — раздался крик сверху. — Тут кто-нибудь есть?!

— А, чёрт! — выругался я, вспомнив что зачем-то отпер входную дверь, и пошёл наверх.

И тут же…

— Э! — тут же нарвался на жирного рыжего кота, который «раскапывал» дорогущий старинный ковёр с явным намерением пристроиться поссать. — Шу! Шу!

Кот кинул на меня презрительный взгляд… клянусь, это скотина как будто бы бровь подняла! А затем всё-таки оставил ковёр в покое и неспеша двинулся в зал. Я, конечно же, за ним.

— Да ладно?! — а в зале тем временем разбил стоянку целый грёбаный кошачий прайд.

Один белый, другой серый… но ни один ни капельки не весёлый! Итого четверо пушных рассредоточились по залу с явным намерение изгадить мне только-только вымытый зал. И так меня это возмутило, что я даже сперва не заметил женщину, что расположилась за столиком в углу.

— Здравствуйте, — исправился я и слегка поклонился.

А женщина была, мягко говоря, экстравагантна. Первое что бросалось в глаза, так это… глаза. Из-за круглых очков с очень-очень-очень минусовыми диоптриями казалось, что они занимают половину лица барышни. Но на этом странности лишь начинаются. В кудрявых волосах барышни была настоящая инсталляция из перьев, сухих листьев и каких-то веточек. Тонкие губы накрашены под сердечко, один глаз густо подведён зелёным, а другой синим. Одежда не просто заштопана, а чуть ли полностью состоит из заплаток. Юбка на штаны, туфли на носки, ну и как вишенка на торте — перчатки без пальцев, как у бомжа.

— Меня зовут Артуро Маринари, — представился я. — А вы-ы-ы…

— Глованни, — улыбнулась женщина. — Франческа Глованни.

И по улыбке стало понятно, что в молодости сеньора Франческа была настоящей красавицей. Причём старела она тоже весьма красиво, вот только за гримом это так сразу не разглядишь.

— Прошу прощения, сеньора, — я взялся за веник. — Сперва выгоню котов…

— Зачем?! — закричала Франческа. — Коты со мной?!

— Э-э-э… с вами? — не понял я.

— Со мной! — повторила женщина. — Это мои телохранители!

Ну… заявление, скажем прямо, спорное. Таких телохранителей при желании можно тапком уработать. Да или тем же веником. Однако кто я такой, чтобы запрещать людям сходить с ума так, как они хотят?

После фразы о «телохранителях» кошаки расселись вокруг сеньоры Франчески. Трое запрыгнули на соседние стулья, а тот рыжий и наглый залез ей на колени.

— Ла-а-а-адно, — протянул я по-русски, прокашлялся и принялся отыгрывать роль гостеприимного хозяина закрытого ресторана. — Прошу прощения, но ресторан «Марина» пока что не готов к приёму гостей. К моему великому сожалению, мне нечего вам приготовить…

— А чай? — скинув бровь спросила Франческа. — Мне говорили, что у вас наливают прекрасный китайский чай.

Оп-па… это что же получается? Итого за всё время у меня был всего лишь один гость, а сарафанка уже вовсю заработала.

— Прошу простить мою забывчивость, — улыбнулся я. — Чай, конечно же, есть.

— Неси! — Франческа выдала эдакое царственное па и отвернулась в сторону мутного окна, затем пару секунд попыталась удержать этот суровый надменный образ, но в конечном итоге прыснула в кулак. Заулыбалась и как давай бормотать что-то невнятное.