Чтение онлайн

Причём разными голосами. Со стороны мне показалось, будто бы она отыгрывает какую-то пьесу за всех своих котов разом.

— Штош…

У барышни явно течёт чердачок, но это не повод её не обслуживать. Ведь если она так же щедра, как человек по наводке которого она зашла в «Марину», то это ещё сильнее поправит мои дела.

— Прошу, — через несколько минут я возвратился с чайником и чашкой.

Затем выслушал о том, что вообще-то должен был принести пять чашек, ведь котики тоже не дураки побаловаться, и ещё раз сходил на кухню.

— Присядь, — велела мне Франческа и указала на свободный стул.

Ну а я и присел. В абсурдной тишине, сеньора Глованни разлила целый чайник по кружкам и сразу же начала пить. Горячий, обжигающий, только что кипевший чай. Маленькими глотками, и не отрывая кружку от губ.

Так прошла минута.

— Кхм-кхм, — прокашлялся я и уже хотел было задать какой-то досужий, ни к чему не обязывающий вопрос, но:

— Ап-ап-ап! — Франческа подняла палец кверху. — Не мешай! — и продолжила свою странную церемонию.

Меня же тем временем начали окружать её коты. Меховые зашли со всех сторон, а наглая рыжая морда пристально пялилась на меня из-под стола. Честно говоря, я уж хотел было на всякий случай врубить ауру, но тут…

Со стороны барной стойки что-то загремело. Кошаки тут же позабыли про меня, разом повернулись на шум и зашипели в унисон.

— Вот как? — спросила непонятно у кого сеньора Франческа. — Ну ладно, — отставила кружку и спешно засобиралась на выход. — Запишите на мой счёт, Артуро! — крикнула она уже в дверях. — Я не взяла с собой кошелёк! — а затем в полный голос начала петь что-то наподобие баркаролы.

Тут я не удержался, чтобы выйти на улицу и не проводить её взглядом. Интересная всё-таки барышня. А что до оплаты, так чёрт с ней. Ссориться с сумасшедшими — это последнее, чем я сегодня собирался заниматься.

Итак, проследив за тем, как госпожа Франческа при сопровождении блохастых телохранителей свернула за угол, я вернулся обратно в ресторан. Выгнал с кухни на улицу небольшую тележку, которую заприметил ещё вчера, закрыл дверь на ключ и достал карту.

Надо бы узнать, где находится ближайший рынок. И да, самое время втарить старушку «Марину» продуктами! Кажется, сегодня вечером я дам свой первый ужин!

В целом я уже достаточно познакомился с районом, чтобы понять — искать здесь рынок слишком наивно. Может быть, и есть где-то что-то такое, но карте оно не отмечено. Да и местные в ответ на мой вопрос в основном задорно хохотали и качали головой.

Наконец одна из прохожих дам подсказала мне, где находится местный магазинчик.

— Для своих, — небрежно сказала она. — Товаров там немного, цены кусаются, но всё самое основное у старика Карло есть. Тут ведь в чём дело? Местные уже наловчились закупаться впрок, так что это место только на самый крайний случай.

И в целом как нельзя лучше описала лавку.

«У Карло» — гласила вывеска. Звоночек над входной дверью брякнул, и я вошёл в полупустой магазин. Точнее… полки-то ломились. Вот только вместо привычного разнообразия брендов, здесь целый стеллаж с первой и до последней полки могли занимать одни и те же банки с пелатти.

К слову, их наличие это уже победа. Красная база считай, что есть. Проварить, добавить специй, догнать по вкусу и в меню «Марины» можно смело записывать пасту, пиццу и мидии в томатном соусе.

— День добрый, сеньор! — а вот и Карло.

Старик выглядел так же, как и все местные обитатели, то есть максимально странно. Зелёный котелок на голове, зелёный фартук поверх зелёной рубахи и ярко-зелёные штаны. И счесть бы его лепреконом, да только разница всё-таки была. Во-первых, высоченный рост. Во-вторых, волосы не рыжие, а седые. Седые и чудовищно спутанные, особенно в бороде.

И да, старик скорее удивился мне, чем обрадовался.

— Здравствуйте, — Карло снял котелок, положил его на прилавок и выглянул через моё плечо на улицу. — Это ваша тележка?

— Да.

— О, — сказал торговец, как будто бы опасаясь спугнуть удачу. — А зачем она вам?

— Артуро Маринари, — вместо ответа я протянул лепрекону-переростку руку. — Новый владелец местного ресторана. Пришёл познакомиться с местными поставщиками.

Руку мне Карло пожал, но смеялся долго. Под конец аж слезу смахнул.

— Боюсь, я не смогу закрыть потребности вашего ресторана.

— Боюсь, я пока что и сам не знаю своих потребностей…

Слово за слово, мы со стариком Карло всё-таки разговорились. И всё постепенно начало вставать на свои места.

— … в этом районе остались либо старики вроде меня, которым уже нечего терять, либо люди с отбитым чувством самосохранения. Но даже те, кто остался, стараются находить силы на то, чтобы ходить в нормальные магазины…

Я сделал вид, что пропустил мимо ушей слово «нормальные».

— … здесь же у меня так. Можно сказать, набор на крайний случай.

К этому моменту я уже достаточно осмотрелся, чтобы прийти к тому же самому выводу. На полках лавки «У Карло» в основном стояли консервы и крупы, то есть товары с максимальным сроком годности. Мёд, высохшие чуть дольше положенного сырокопчёные колбасы, чипсы, сухарики, химозные газировки и вина.

А в самом-самом дальнем углу я заприметил одинокую пачку подгузников. И что-то мне подсказывает, что ребёнок, лицо которого изображено на упаковке, уже давным-давно сам обзавёлся и детьми, и внуками. Ну из фруктов и овощей тут были только лимоны. Подсохшие, цвета раннего цирроза. А если не ошибаюсь, то такими можно и голову разбить в случае чего.

— А… зачем вам это всё? — спросил я в какой-то момент.

Не из невежливости, а из жгучего любопытства. Впрочем, старик Карло не обиделся, и отнёсся к вопросу совершенно адекватно. И даже ответил:

— Место такое, — пожал он плечами. — Здесь всегда была, есть и будет продуктовая лавка. Так хочет город.

Но что самое безумное, я его понял. Примерно то же самое мне рассказывали в городской управе, только без налёта мистики. Господа чиновники напирали на сохранение культурного наследия, а оказывается что дело в другом. Оказывается, что «так хочет город».

— А хлеб? — спросил я, лишь бы не развивать эту тему и осмотрелся вокруг. — Я думал хлеб входит в список «самого необходимо».