Чтение онлайн

– В таком случае, задам тебе тот же вопрос, что и твоему брату, – презрительно произнесла я. – Объясни, что за особенный угол, под которым ведьмаки смотрят на верность?

– Верность – весьма условное понятие. – Пожал плечами тот. – Ты же не считаешь, будто изменила Филу?

– Даже не смей вспоминать! – От намека на нелепый поцелуй в подъезде я помрачнела.

– Что ты! Собственные фиаско ввергают меня в депрессию. – Зак с фальшивым сожалением покачал головой. – Птичка, а если я извинюсь, то ты перестанешь так сердито хмуриться? Мне хотелось позлить нашего Хозяина. В результате, я лишился нового БМВ, а ты парня. Ты явно потеряла больше, потому как машину мне возместили с лихвой.

– У меня слуховая галлюцинация?

– Вообще‑то, это один из тех случаев, когда я пытаюсь быть милым. – Подсказал визави.

– И дело не в том, что ты стараешься режиссировать воспоминание? – усомнилась я, таращась на блондина, как баран на новые ворота.

– В смысле? – Ведьмак опешил.

– С ума сойти, так и есть! – Разгадав дерзкий план врага, я захлебнулась восторгом. – Тебе нужно идеальное воспоминание, чтобы помириться с Хозяином! Филипп увидит, что ты его выгораживаешь, и поменяет гнев на милость. Таков расчет?

После блестящего разоблачения последовала ошарашенная пауза. Неожиданно Заккари расхохотался. Он давился смехом, прикрыв глаза ладонью, и хватал ртом воздух.

Я неловко огляделась, надеясь, что никто не заметит несанкционированного веселья. Куда там! Посетители кинотеатра, и даже бармен, проявляли преступную халатность и занимались своими делами.

– Для умной девушки, – наконец, переведя дыхание, выдавил Зак, – ты поразительно наивна!

Чувствуя себя последней дурой, я сердито уставилась ему в глаза с неестественно расширенным зрачком. Осторожно, словно боялся меня напугать, блондин соскользнул со стула.

– Ты даже не представляешь, с каким удовольствием я подпортил бы свое идеальное воспоминание. А ты? – Баритон ведьмака звучал глубоко и чувственно. – Вот и стены растаяли.

Из ослабевших рук выпала бутылка с минералкой и закатилась под прилавок. Тело охватила сладкая истома, внизу живота разливалось жидкое пламя. Никаких колебаний или сомнений, мне до смерти захотелось поцеловать Заккари! И разделяла нас лишь узкая воздушная прослойка…

– Антонова, я что‑то не пойму, ты боишься к кассе подойти? – раздался рассерженный возглас Кати.

Я недоуменно заморгала, и окутавший мысли туман моментально рассеялся. Голова затрещала, как похмельная, а во рту появился неприятный металлический вкус.

Подбоченись, со свирепым видом она застыла в шаге от нас. Тут она обнаружила на расстоянии вытянутой руки Зака, предмет многолетнего воздыхания, и на румяной щечке нервно задергался мускул.

– Сеанс закончился? – уточнил ведьмак с обаятельной улыбкой и по‑мальчишески засунул руки в карманы джинсов.

В личном рейтинге лучшей подруги блондин Вестич находился где‑то между ее любимой поп‑группой и Президентом Российской Федерации, а потому у Катюши, в кои веки, отнялся язык. Она лишь заторможено кивнула и вдобавок громко сглотнула.

– Мы разговаривали с Александрой, – бодро соврал ведьмак, словно не замечая замешательства собеседницы.

Я недоуменно хмурилась. Совершенно точно, нашу пикировку милой болтовней назвал бы только глухой. Мы огрызались, спорили, а потом случилось затмение, и мне приспичило поцеловать заклятого врага.

– Зак, ты же не пытался…? – резко произнесла я и примолкла, покосившись на насторожившуюся подругу. Чтобы не вызывать града вопросов, слово «зачаровать» пришлось проглотить. Ведьмак состроил покаянный вид и, не упираясь, чистосердечно признался:

– Виновен.

– Катя, поехали домой! – наконец, процедила я и, не дожидаясь толстушку, решительно направилась к выходу.

– Ты как ребенок! – уже мне в спину донесся возглас блондина. Не оборачиваясь, я подняла руку и продемонстрировала вражине средний палец.

По периметру зала стояли удобные, обитые искусственным плюшем диванчики. В уютных гнездышках ворковали влюбленные парочки, дожидались поздних сеансов полусонные и давно протрезвевшие компании.

На самом видном месте сидел Филипп, крутил в руках мобильный телефон и с холодной яростью следил за развернувшимся спектаклем. От неприятного открытия мое лицо стало похоже на красный сигнальный фонарь. Даже странно, как я не заметила бывшего парня раньше! На мгновение наши взгляды скрестились, и мы одновременно отвернулись друг от друга, сделав вид, что не знакомы.

Катерина догнала меня в ярко освещенной торговой зоне. Маленькие магазинчики давно закрылись, и в блестящих витринах дремали наряженные манекены. Над запертыми дверьми горели разноцветные вывески. Мы торопливо направлялись к сбегающему на нижний этаж эскалатору. Подруга шумно сопела, определенно, умирая от желания выведать подробности.

– Да, я собиралась наброситься на Зака! – предвосхищая расспросы, со злостью выпалила я.

Безусловно, ведьмак не пытался инсценировать воспоминание! Зачем, в сущности, если главный зритель все время сидел в первом ряду?

– У вас теперь, типа, триумвирата – ты и два брата? – подруга осеклась, перехватив мой гневный взгляд, и покаянно пробубнила: – Прости, даже прозвучало пошло.

– Поверь, я – ни с кем, – бесцветно ответила я. – И все мы – по отдельности.

Сон не шел. Подлый розыгрыш Зака не давал покоя. Какой уж тут отдых, когда в голове один за другим выстраивались упоительные планы мести! Мне повезло, что родители накануне улетели во Францию на предварительную защиту диссертации, иначе бы устроили допрос с пристрастием, почему у их любимой дочери началась бессонница.

Застонав от досады на собственную глупость, я повернулась на спину и широко раскинула руки. Вдруг в носу странно засвербело, а во рту появился неприятный металлический привкус. Резко сев на кровати, я дотронулась до лица и посмотрела на пальцы. На кончиках темнела влага. Кровь! Сердце оборвалось.

В следующий момент я уже зажигала верхний свет, и вместе со вспыхнувшей лампочкой меня ослепило видение.

… Темный холл Гнезда. На мраморном полу растягиваются длинные тени от решетчатых окон. Испуганно оглядываюсь, все еще не осознавая, как очутилась в колдовском особняке. На меня надвигается Филипп. Парень не видит то, что вижу я. За его спиной из пустоты выныривает демон, до жути похожий на человека. Я пытаюсь вскинуть руку, чтобы указать на существо, но тело не слушается – здесь мне отведена роль стороннего наблюдателя, безвольного свидетеля. Демон исчезает, и вместо него из мрака проявляется Заккари Вестич в белом шарфе, обмотанном вокруг шеи…