Чтение онлайн

— Тьма… Что нам делать?

— У меня есть один план, но он слишком сумбурный и ненадежный. Однако иных вариантов нет. Ты доверишься мне, Лантея? — Ашарх протянул девушке раскрытую ладонь.

— Доверюсь, — она помедлила всего пару секунд, прежде чем ответить и вложить свою кисть в руку мужчины.

Пара почти четверть часа шепотом продумывала легенду, которую они собирались поведать утром коменданту. Аш практически ничего не рассказал хетай-ра о своем плане, но попросил ее верить ему безоговорочно. Он также достал из кармана металлический значок преподавателя и вновь прикрепил его к кафтану.

Ближе к полуночи один из тюремщиков, несмотря на приказ, все же отлучился на кухню. Этим и воспользовался профессор, который давно уже ожидал чего-то подобного.

— Эфенди, — он вплотную подошел к решетке, привлекая внимание оставшегося в одиночестве стража, который взглядом гипнотизировал свечи на столе. — Эфенди! Мне так неловко просить…

— Не болтай и сиди смирно, — грубо ответил воин. — Не велено с вами беседы вести.

— Я все понимаю! Но верующему не должно ложиться спать без чтения священной книги!

— Верующему да. А к тебе это как относится, пес Пророка?

— Залмар — мой единственный истинный бог. Я почитаю его Заветы выше своей жизни и всего лишь хочу провести вечер как подобает смиренному божьему человеку — за чтением книги.

— Ну сиди и читай тогда. Что тебе от меня-то надо? — тюремщик явно не поверил услышанному и все ждал обмана.

— Видите ли, эфенди, мой экземпляр Заветов остался где-то в горах, выпал в темноте, — Ашарх не заискивал, но его голос обволакивал собеседника. — Можно ли одолжить вашу книгу? Всего на один вечер. Я же не прошу ничего запретного.

Общинник замялся, он переводил взгляд с карманного экземпляра Заветов, лежащего на столе, на робко улыбающегося пленника.

— Ну ладно. Ничего же дурного в этом нет, правда, — негромко проговорил себе под нос страж, передавая книгу профессору.

Ашарх внутренне ликовал. На вопросительный взгляд Лантеи он лишь лукаво улыбнулся, а после углубился в чтение. Девушка так и не дождалась, когда же ее спутник прервется, и легла спать одна.

Капитан Карлай пришел будить заключенных очень рано. Двое тюремщиков бодрствовали, но вид у них был измотанным из-за бессонной ночи. Как, впрочем, и у Аша, который несколько часов провел в обнимку с Заветами и совершенно не выспался.

Пленникам опять связали руки. Капитан был молчалив и насторожен. Он вместе с Исандиром и Колидом повел заключенных на верхние этажи крепости. В узких каменных коридорах процессия иногда сталкивалась с солдатами или хозяйничающими женщинами. Все были в заботах.

Наконец Карлай остановился рядом с высокой стрельчатой аркой, ведущей в соседнее помещение, откуда доносились рассерженные голоса. Капитан приказал двоим сопровождающим остаться в коридоре, а сам вместе с пленниками зашел в комнату. Это оказался большой, но совершенно пустой зал, где рядом с одиноким узким окном стоял единственный предмет мебели — заваленный бумагами стол. За ним восседал немолодой мужчина, чей рассерженный голос было слышно по всему этажу, а рядом толпились смущенные люди в белых одеждах.

— Я не позволю вам испортить этот божий день! — брызгал слюной, очевидно, комендант крепости. — Меня не интересуют ваши оправдания! До полудня стена храма должна быть восстановлена!

— Но старейшина Саркоз! Мы не справимся за шесть часов, — жалобно проговорил один из общинников.

— Тогда вспомните о том, что тысяча людей окажется лишена священного праздника исключительно из-за вашей нерасторопности! Прочь с моих глаз, иначе я прикажу вас выпороть!

Расстроенная толпа мужчин и женщин быстро покинула зал. В помещении остались лишь несколько воинов, которые молчаливыми статуями замерли около стен.

— Карлай! Благостен Залмар! Кто это с тобой? — спросил комендант, поднимаясь из-за стола. Это был высокий мужчина с военной выправкой, из-за которой его плечи казались слишком широкими по сравнению с остальным телом. Он обладал волевым лицом, испещренным множеством глубоких морщин. Первая седина уже прочертила белесые борозды в хвосте смоляных волос.

— Благостен Залмар! Старейшина, вчера на ночном обходе мы задержали этих незнакомцев. Они стояли лагерем почти под стенами крепости. Больше рядом никого не было — мои ребята половину ночи прочесывали округу.

Капитан подтолкнул в спину пленников, вынуждая их сделать несколько шагов вперед и предстать перед комендантом. Саркоз обошел стол и приблизился к паре. На его лице отражалось недовольство, которое он даже не собирался скрывать. Мужчина достал из широкого рукава белой мантии платок и привычным жестом промокнул высокий, с залысинами лоб.

— Все это так невовремя, Карлай. Как будто мне сейчас не хватает других проблем, — негромко посетовал комендант, складывая платок и убирая обратно.

Ашарх успел заметить на ткани несколько темно-зеленых пятен. Профессор осторожно посмотрел на стол, и его взгляд зацепился за блюдце, где горкой лежали мясистые листья. Похоже, Саркоз баловался растительным наркотиком — зохом. Аш знал о нем не понаслышке: во времена его обучения в академии многие студенты пробовали эту отраву, постепенно лишающую разума.

История возникновения самого популярного дурмана на материке насчитывала чуть больше трех столетий. Когда-то лекари гоблинов открыли чудесное растение, которое помогало на время не чувствовать боль. Но при частом использовании листья зоха вызывали серьезное привыкание, даруя вместе с тем ощущение полной непобедимости. И тогда растение стали повсеместно употреблять: особенно оно ценилось ифритами, которые на время сражений впадали в наркотическую ярость, не чувствуя боли от ран, пока не умирали от кровопотери. Зох разошелся по всему миру подпольными путями — его покупали всегда, несмотря на официальные запреты и казни. В Залмар-Афи за один лист растения могли повесить, но некоторые верующие все равно жевали зох, потому что в Заветах о нем не было сказано ни слова, а запретное лекарство даровало ощущение божьей милости.

— Старейшина, я опасаюсь, что эти чужаки разнюхивали тут информацию для Сынов Залмара. Насколько мне известно, недавно в Зинагар прибыл крупный отряд карателей Пророка. Они вполне могли напасть на наш след.

— Даже так? — комендант крепости тяжело вздохнул и вернулся за стол, окидывая пленников подозрительным взглядом из-под кустистых бровей. — Отвечайте мне по существу. Кто вы, откуда, что здесь делали? И не дай Залмар я поймаю вас на вранье!

— Эфенди, уверяю вас, это все ошибка, — первым начал говорить Аш, держа в уме придуманную легенду. — Мое имя Сои Ашарх, я профессор археологии и истории древнего мира из столичной академии. Я весьма уважаемый человек. И все происходящее здесь — просто недоразумение.

— Вооот как! — протянул Саркоз, барабаня пальцами по столу. — Профессор! Ха! Это даже не смешно. Неужели нельзя было выдумать что-нибудь позанятнее? Я дам тебе последнюю попытку, парень. Скажи правду или я разозлюсь. И тогда оправдываться ты будешь уже перед каменными привратниками Башни после смерти!

— Ваше недоверие оскорбительно, эфенди, — процедил Ашарх, расправляя плечи и выпячивая грудь, где на одежде тускло блеснул металлический значок.

— Ну-ка, — комендант перегнулся через горы бумаг, сложенных на столе, и внимательно вгляделся в нагрудный знак. — Хм. Даже номер есть. Чудеса в решете! И что понадобилось столичному учителю в диких горах, позвольте поинтересоваться?