Чтение онлайн

Граф фон Крафт опустился на стул, где ещё недавно восседал коллега, с прозрачным удовольствием оглядев моё скромное декольте. На рукаве ярко-синего фрака виднелись прожженные дырочки — последствия серии экспериментов, проводимых инженерной лабораторией. Обычно сотрудники заботятся о своей безопасности, но иногда магия вырывается из-под контроля, причиняя травмы и нанося ущерб.

— Ужинал. Ты подала на апелляцию?

Да, сразу после разговора с Леопольдом, не откладывая совет в долгий ящик. Как и предсказывал юнец, назначили повторный экзамен, поставив надзирателем сурового неизвестного мага. Девочки в приемной ежились, отказываясь называть его имя по регламенту, но искренне сочувствовали мне в обеденное время.

— Я поговорил с членами комиссии, оценивающей результаты экзамена. Все понимают, что старик Хазар перегнул, откровенно заваливая перспективного специалиста.

— А вы перегнули, откровенно меня пестуя.

— Разве моя помощь лишняя? — удивился мужчина.

— Я благодарна за поддержку, но подозреваю, ваша доля вины тоже присутствует — мастер мог закусить удила, видя столь неприкрытую протекцию. Без которой я бы вполне справилась сама.

Не сочтите жестокостью, но забота мужчин бывает очень липкая, как банный лист, навязчивая. С каждым актом покровительства я чувствую себя внезапно беспомощной, хотя ещё вчера могла свернуть горы. Будь мне двадцать — растаяла бы от заступничества на каждом шагу, а сейчас хочется отдалиться и поглубже вдохнуть привычный запах самостоятельности.

— Вот как? Хорошо же, — в графском голосе засквозила прохлада. — Тогда извините, что помешал. Доброй ночи.

Итоги сумрачные: один ускакал, второй разобиделся. И-эх, умом миранцев не изведать, пойду готовиться к пересдаче.

Ночное посещение библиотеки входит в рейтинг самых интересных развлечений летнего дворца по версии студентов. Во-первых, атмосфера легкой истерики аккумулирует худо-бедно приобретенные знания, заставляя проглатывать учебник за учебником. Во-вторых, попадаешь на вечеринку таких же разгильдяев, где тебе по-братски наливают теплый кофе из термоса, делятся конспектами и дают прикурить в вопросах шпаргалок. И, в-третьих, вместо учебы ты расслабляешься, чувствуя себя снова молодой.

— Здорово, народ.

— ТатьянМихална! — заорали тунеядцы, маша руками на манер вертолета. — А мы вам козырный диван отполировали!

Порядка двенадцати оболтусов разгоняли ладонями безвредный кумар от артефакта вроде кальяна, тайком пронесенного в святыню. В первую ночь я испугалась, идя в библиотеку, а попав в притон, но товарищи по экзаменам объяснили — не табак, а трава.

«Вы обалдели? Какая ещё трава?!». Тунеядцы почесали уши, освобождая раковины от криков, и восхищенно зааплодировали — так на них никто не орал. Травой оказалось многолетнее растение с мелкими коричневыми цветочками, используемое в зельеварении для притупления голода. Глотаешь дым до утра, не заботясь извечной студенческой потребностью — жрать, как не в себя. Только утром сожрешь соседа, если забудешь припасти несколько бутербродов.

— Строго по одной штуке, — рука сняла крышку с коробки, обещанной прошлой ночью. В искусственном освещении отразилась шероховатая поверхность.

— Кайф, — мсье зельевар блаженно прокомментировал добычу. — ТатьянМихална, моё почтение.

— И чё, вреда не будет? — манерная шатенка боязливо потыкала пальцем.

— Обижаешь, девочка. Ювелирно по рецепту, пять граммов на душу.

— Балдеж, — вторила юная мадемуазель, покачивая оттянутыми мочками с широченными тоннелями. — Я же говорила, отвал башки.

— Виконтесса, следите за базаром. Угодила?

— Хочу сдохнуть от передоза этой дури! — двадцатилетний мсье технолог восторженно облизал пальцы.

— И тут нас навещает инспектор, — последняя штучка осталась мне, канув за щеку. По языку разлилась сладость сливочного крема и кокосовой стружки, скрывающей твердую миндалевую сердцевинку.

Библиотека взорвалась смехом, молодости только дай повод пошутить. У кого-то завтра зачеты, у кого-то коллоквиумы и контрольные, но все стеклись в книгохранилище за обещанным земным «балдежом». Узнав, откуда прибыла их новая знакомая преподавательница, разномастная компашка студентов принялась вспоминать, а гостил ли кто-нибудь из них на Земле. Неожиданно вперед подалась виконтесса фон Ите-младшая, дочь преподавательницы культурологии, обучающаяся на травницу. Она-то и вспомнила, от чего балдеют землянки.

— Давайте мы вам шпоры по трансформации, а вы нам ещё партию?

— Нет, зайчики, мне сдаваться уже завтра, а потом хоть трава не расти.

— У-у-у-у, — студенты разочарованно загудели. — Больше не будете приходить?

— И без меня за жизнь полялякаете. Гоните шпоры по общей теории магии, троглодиты.

Студенты — недооцененный кладезь знаний, навыков виртуозного списывания и отмазок на все случаи жизни. Вместе со стопкой шпаргалок на стол поставили кружку крепкого кофе, заряженного пачкой ментоловых леденцов. Ух, кофейно-мятным перегарищем смогу сшибать двери, поразив экзаменатора по самые тапочки.

— А вы слышали о призраке препода, который ходит в полночь по библиотеке? — виконтесса Ите таинственным шепотом просвещала собратьев.

— Воет от голода на учительскую зарплату и гремит оковами образования?

— Ловит нарушителей, — настольная лампа жутковато моргнула. — И…

— Ест? — остальные предвкушающе затаили дыхание. — Ест, да?

— Да тьфу на вас, обжоры! Наказывает отработками, пока не вернешься во дворец весь избитый и в крови.

«Изучите график расширения пространства комнаты N за последние пять лет. Отметьте наиболее уязвимые точки в планировке помещения. Рассчитайте оставшуюся износостойкость бетонных стен при учете, что маги-технологи допустят не более двух ошибок, выполняя пиковый элемент…».

Святое заливное, я погибла.

— Ша, юнцы, хватит давить на тетю взглядом, затылок пробуравите.

Сверлящий взгляд, линчующий черепную коробку, ослаб. Взбалмошная молодежь на секунду притихла, что-то проблеяв про отсутствие интереса к моей персоне. А то я не чувствую этого клинка, воткнутого между лопаток!

— Мы на вас не смотрели, — виконтесса сдавленно огляделась на друзей. — Обсуждали тонизирующие зелья.

— Хорош пугать, — чуть нервно хохотнул великовозрастный лоботряс из технологов.

По затылку пробежали мурашки, рассыпанным бисером скатившись в брюки. В грянувшей тишине отчетливо послышалось чье-то дыхание, будоражащее нервную систему. Я повернулась к перепуганным тусовщикам:

— Чьих рук шуточки?

— Это не мы!

— Ай! — шатенка тоненько взвизгнула. — Кто-то пнул мою туфлю!

С каждой секундой лица окружающих перекашивались все больше. Синхронный стук множества сердец сливался в одно слово: «Страшно», выгравированное на лбах полуночных библиотечных мышей. У кого первого сдадут нервы?

— Это призрак! — девчонка из группы Ите вскочила с подлокотника, подобрав юбку. — Приведение! Сматываемся!

Шурх! Бум! Топот десятка ног, ломанувшихся на выход, сравнился с побегом слонов из зоопарка. Криворукий зельевар толкнул артефакт-кальян, не потрудившись подобрать его, — пришлось спасать библиотеку от пожара, загасив тлеющие угольки. Только одинокий романтичный скрип двери выдавал, что ещё полминуты назад библиотека полнилась народом.

— Выходите, мсье, — я со смехом прикрыла за студентами дверь.