Чтение онлайн

— Ну что, раненые есть? — спросил Найджел, оглядывая бойцов. — Похоже, в этот раз, мы легко отделались…

В горячке боя мысль о том, что кто-то может быть ранен, не приходила в голову — и то сказать, было не до того.

Оказалось, Фрейнуру прокололи заточкой плечо. У барона были изрезаны руки, у самого Найджела ощутимо саднил неглубокий, но длинный порез на правом предплечье. Эльф не получил в бою ни царапины. Магистр же, орудуя пращой, растянул плечо.

В этой ситуации весьма кстати пригодилась сумка с мазями и растираниями, которую он не снял даже во время боя. И теперь Алкуин без лишних разговоров приступил к обязанностям отрядного лекаря.

— Как там наши лошади? — спросил Фрейнур, встревоженно наблюдая за приготовлениями магистра. Он страх как боялся докторов, хотя и не признавался в этом никому. — Пойду посмотрю!

— Я схожу, — остановил его эльф. — Пусть магистр занимается вашими ранами, а я приведу лошадей.

— Спасибо, Арминас, — поблагодарил его Найджел. — Кстати, захвати арбалет, я оставил его на гребне.

Эльф направился в балку, старательно обходя валяющиеся на траве тела разбойников.

Тем временем Алкуин, морщась от боли в плече, ловко перевязывал раны, пообещав друзьям основательнее заняться ими в Лансвале — до города оставалось совсем ничего…

Глава 24

— Что скажете, магистр? — спросил Найджел, когда они продолжили путь. — Правду нам сказал разбойник? Мне все же думается, он не солгал. Может, совсем чуток…

— Что ж, это и впрямь похоже на правду, — согласился Алкуин. — Несомненно, это как-то связано с нашим заданием.

Найджел был горд. В первом настоящем бою его бойцы показали себя с лучшей стороны и с честью вышли из непростой ситуации. Значит, он сделал правильный выбор. Вот только не пришлось бы слишком часто проверять отряд на прочность.

Вскоре холмы отступили, их плавные очертания теперь скрывались за густым лесом. Дорога стала шире, вдоль обочин были вырублены кусты.

Навстречу прогрохотал обоз, спешащий в Аорн. Следом еще один, торопливый и шумный — никак не меньше полусотни возов, груженных древесным углем и строевым лесом — растянувшийся по дороге длинной скрипучей лентой.

Пропуская его, отряд вытянулся вдоль обочины. Глядя на ползущие мимо возы, магистр с эльфом завели ученую беседу на предмет торговли: где что в королевстве производится, добывается и где имеет наибольший спрос.

Гном внимательно слушал и время от времени задавал вопросы, на которые всегда получал ответы. Собеседники были рады найти в его лице благодарного слушателя.

Найджел и Брайли ехали во главе отряда. Скоро они на два корпуса опередили оживленно беседующую группу.

— Так чем же вы так прогневали государя, барон? — спросил командир. — Что заслужили почетную ссылку…

— Дуэль! — коротко бросил тот в ответ.

— О! Дуэль! — Найджел усмехнулся. — Тогда понятно! — Арноранский не терпел такого варварского выяснения отношений, и дуэли были строжайше запрещены.

— А что мне оставалось делать? — вздохнул здоровяк. — Ведь речь шла о чести женщины. Пришлось проучить троих молодых нахалов, распускавших грязные сплетни. Поверьте, Найджел — я даже клинка не обнажил. Просто надавал соплякам по шеям, как простолюдинам. А они, вместо того чтобы разобраться со мной как подобает мужчинам, подняли шум и, утерев сопли, бросились жаловаться Роберту. Ну, куда это годится?

— Никуда не годится, — согласился Найджел.

Дорога тем временем вышла из лесистой лощины, и впереди показались крыши Лансваля.

Город окружали дымящие трубы кузниц и фабрик. При въезде у речушки визжала пилами лесопилка. Пахло смолой, рядом со штабелями досок желтели горы золотистых опилок.

Главный город герцогства Алембар был напрочь лишен столичного лоска. Дома были старые, добротные и выглядели просто. Попадались и вполне респектабельные особняки за каменными заборами, из-за которых заливались лаем сытые барбосы.

Вместе с тем город был весьма основательным. «Купеческий» — как оценил его Фрейнур.

Почти все первые этажи и подвалы домов занимали магазины и конторы, лавочки, харчевни и кабачки. На крохотных уличных рынках было полно продавцов и покупателей.

Вдали, на северо-западе, виднелся замок герцога, стоящий на высокой скале в окружении леса. Он как вечно бодрствующий страж наблюдал за городом, напоминая подданным, кому они обязаны своим благополучием и потому не забывали платить налоги.

— Может доложить куда следует про то, что на дороге на нас напали? — спросил Фрейнур, не спуская взгляда с замка.

— Не думаю, что это хорошая мысль, — покачал головой Брайли. — Конечно, нам это ничем не грозит, но времени потеряем уйму. Верно, командир?

— Я тоже так считаю, — кивнул Найджел. — Пусть кому надо сами разбираются.

Спросив у торговца стеклянной посудой, как найти гостиницу, направились в северную часть города. Там, у подножия замковой скалы, располагалось заведение «Простая Радость». Лучше в городе ничего не было, поэтому остановились здесь.

В номере магистр занялся врачеванием. Слуга согрел воду и принес в комнату медный котелок, Алкуин заварил в кипятке травы, дал настояться и промыл этим настоем раны и ушибы пострадавших. Затем наложил травяные мази и завязал новыми бинтами.

Вскоре друзья отправились в ближайшую лавку прикупить запасов: круп, солонины, твердого сыра, ведь за Лансвалем перегоны становились длиннее и постоялые дворы вдоль дороги встречались редко.

В бакалейном отделе Найджел купил фунт отборного чайного сбора в полотняном мешочке. Удовольствие было не из дешевых, однако он по опыту знал, как важен в походе бодрящий напиток для поднятия сил и придания бодрости.

Впрочем, нагружаться не стали — пока еще было довольно иметь в седельных сумах трехдневный запас провизии. Вернувшись в гостиницу, оставшееся до вечера время занимались чисткой оружия. Желающим даже удалось вздремнуть.

Вечером спустились на ужин в зал. Отъезд был назначен на утро, а значит, сейчас было самое время пропустить по стаканчику.

Рядом со столом, который заняли Найджел со спутниками, трапезничала компания бородатых мужичков, молодых и постарше, принадлежащих к торговому сословию. Неторопливо осушались кружки, звучали степенные речи…

— А вы слышали, говорят, какие-то молодчики разогнали шайку Рябы, — понизив голос, сказал долговязый детина с пшеничными усами. — А его самого порешили.