Право на мир
Шрифт:
Брайли присвистнул:
— Да, это настоящий форт!
Прямоугольник высокого частокола отгораживал от степи площадь, способную разместить маленькую армию. В целом форт напоминал крошечный городок, окруженный крепостной стеной.
Левую половину занимал огромный каменный дом. На крыше, над серой черепицей, торчала потемневшая от дождей сторожевая вышка. Правая часть представляла скопление хозяйственных служб.
На противоположной от дома стороне форта вздымался бастион надвратной башни с крытой галереей. Степь убегала к горизонту, теряясь в дымке — на ее фоне крепость выглядела еще внушительнее.
— Старое баронство Дортнор, — сообщил рыжебородый воин, перехватив взгляд Найджела. — Когда мы лет пять назад на него наткнулись, совершенно никуда не годилось — ни окон, ни дверей. Теперь же — чистая крепость! Особенно после того, как частокол возвели. Правда, лес пришлось издалека возить. Хлопотно это и опасно. Через это с схалками поссорились, — хохотнул он.
Пологая возвышенность, спускаясь к югу, постепенно сливалась со степью.
— А чего ж баронство-то запустело? — поинтересовался Найджел у словоохотливого бородача.
— Да кто ж его знает? — пожал тот плечами. — Говорят, люди барона с какими-то чудами страхолюдными с болот столкнулись. А может, и враки все это.
— Конечно, враки, — уверенно заявил Брайли. — Степняки разорили Дортнор, у нас об этом все говорят. Шутка ли! Баронство было последним оплотом людей в этих краях.
— Может, и степняки, — согласился рыжебородый воин. — Только теперь что чудам, что степнякам такие стены не одолеть.
Отряд приближался к форту. Вблизи высоченный частокол оказался еще неприступней, чем выглядел издалека. Почерневшие от непогоды бревна в обхват толщиной, заостренные кверху, вздымались на добрых тридцать футов.
«Где они только лес такой нашли? — подумал Найджел. — Неужели и правда осмелились тревожить угодья схалков?»
Возможно, людям Утварта стоило немалых трудов возвести это укрепление. Но нависший над частоколом дом баронов Дортнор — массивный и древний — казался горой, способной раздавить саму степь. На его потрескавшемся фронтоне темнели следы от помпезного герба, сбитого охотниками за бронзой.
Оторвавшись от созерцания каменной громады, Найджел обратил взгляд на стены форта, где среди пик частокола блестели на солнце шлемы стражников.
«Чем не крепость?», — подумал он.
Когда до форта осталось ярдов тридцать, створки ворот распахнулись. Пыля по истертой копытами дороге, кавалькада втягивалась в крепость. Когда последний всадник оказался внутри, тяжелые ворота со скрежетом затворились.
За ними располагалась площадка с коновязями по обе стороны. Здесь кавалькаду уже встречали конюхи и стража.
— Добро пожаловать! — с издевкой крикнул Утвард.
Всадники отвечали на сыпавшиеся со стен вопросы часовых и, гремя оружием, спешивались. Найджел решил не испытывать судьбу и последовал их примеру, то же сделали и его бойцы. Конюхи увели лошадей в длинную конюшню у левой стены форта.
Утвард оставался в седле, свысока наблюдая за суетой.
— Что прикажете делать с… аорнцами? — спросил подскочивший к стремени тана стражник в чине сержанта, немного запнувшись при определении статуса «гостей».
— Отведи их в замок, Бода! — приказал тан стражу. — Пускай отдохнут с дороги. А завтра решим, что делать.
Тот молча кивнул и махнул рукой, подзывая шестерых стражников, вооруженных пиками.
— Пошли! — коротко бросил он, смерив Найджела взглядом, признав в нем главного.
Гости, сопровождаемые стражей, двинулись к темной громаде.
Почти все пространство хозяйственного двора занимали различные постройки. Тут были кузни и сенные сараи, навесы для сушки трав, склады и хлева, откуда выглядывали чумазые работники. Бросив украдкой на незнакомцев настороженный взгляд, они тут же возвращались к работе.
Под ногами путались куры, в лужах хрюкая рылись свиньи, а тощие облезлые собаки недобро ворчали на чужаков. Чтобы они не мешались под ногами, стражники, не церемонясь, награждали их увесистыми пинками, и барбосы, поджав хвост, с визгом убегали.
Однако перед самым домом была оставлена чистая круглая площадка, посыпанная крупным песком. Окруженная штабелями бочек, ящиков и загонами для скота, она напоминала ристалище.
«Наверное, здесь тренируются стражники, — подумал Найджел. — А может, проводят турниры, разыгрывая в качестве призов серебро или выпивку».
Он думал, их поведут в дом, но Бода подвел их к небольшой полукруглой двери в фундаменте справа от крыльца. Сержант достал железный ключ и вставил его в скважину. Щелкнул замок, дверь распахнулась. Бода шагнул в темноту и, повозившись с огнивом, зажег факел.
— Идите за мной, — приказал он. — Пользуйтесь гостеприимством тана Утварта.
Дабы «гости» не вздумали задерживаться, стражники не очень вежливо подтолкнули их. Пришлось спускаться по узким выщербленным ступеням длинной лестницы.
Сержант шел первым, по пути зажигая факелы в скобах; пламя трепетало на сквозняке, порождая причудливые тени. Снизу повеяло холодом, лестница привела в бывший баронский погреб со сводчатым потолком. У левой стены стоял длинный деревянный стол, напротив него располагалась прямоугольная камера-ниша, забранная железной решеткой. В дальней стене погреба чернела арка, ведущая еще дальше в подземелье.
— Сдать оружие! — приказал Бода.
Противиться было бесполезно, пришлось подчиниться.
Стражники изымали мечи, кинжалы и с громким стуком складывали на стол. Фрейнур чуть ли не со слезами на глазах расстался со своим топором.
Сержант отомкнул замок и распахнул решетку камеры.
— Входите! — сказал он.
— Спасибо за гостеприимство, — криво усмехнулся Найджел, и пленники один за другим вошли в камеру.
Решетка захлопнулась у них за спиной, лязгнул замок…
Собрав со стола оружие, стражники затопали вверх по лестнице.
— Херберт, останешься в караулке у входа, — донесся до пленников приказ сержанта. — Слуга принесет тебе хлеб с грудинкой и разбавленное вино.
В ответ кто-то пробурчал что-то невнятное.
Спустя какое-то время дверь наверху с грохотом захлопнулась, и стало тихо. Лишь факел на стене у лестницы, шипя и потрескивая, ронял капли смолы на каменные плиты.
Глава 74
Их толком не обыскали — лишь отобрали оружие да проверили — нет ли у кого на поясе кошеля. До футляра с «Правом» тюремщики не добрались. Найджел увидел в этом добрый знак: