Чтение онлайн

Серхио усмехнулся, чувствуя это.

— Вот ты упрямый. — Он качнул головой, словно слегка разочарованный. — Драконы вообще удивительные создания, не так ли? Разум можно стереть, но зверь останется. Он не мыслит, не помнит, не горюет. Просто живет.

Он поднялся, мягко стягивая перчатки, и прошелся вдоль стены, разминая пальцы.

— Не переживай. Ты не останешься в цепях навечно.

Голос его был ровным, почти успокаивающим.

— Рано или поздно в тебе будет столько эранитового сока, что разум просто… растворится.

Он сделал паузу, будто давая Дрейку переварить сказанное.

— И тогда дракон возьмет верх.

Он обернулся, вперив в пленника внимательный взгляд.

— Произойдет оборот, и вот тогда ты будешь свободен.

Серхио сказал это с таким искренним добродушием, что у любого постороннего могло бы сложиться впечатление, будто он дарит Дрейку спасение, а не проклятье.

Из груди Дрейка вырвался слабый, почти неслышный рык. Серхио довольно кивнул, будто ждал именно этого.

— Вот и хорошо. Ты пока отдыхай. Думай о предстоящей долгой и счастливой жизни… В облике зверя.

Эланира

Я никогда не думала, что могу так ненавидеть тишину.

Она не успокаивала и не приносила покоя. Она давила, сжимала виски невидимыми пальцами, растекалась липкой паутиной по стенам чуждого для меня замка. Даже воздух здесь был густым, тяжелым, точно смола, просочившаяся в легкие.

По спине пробежал холодок. Или это был сквозняк?

Я сжала ладони в кулаки, чувствуя шероховатость ткани рукавов. Распахнула окно — пусть хоть немного свежее станет. Но в лицо ударил влажный, затхлый воздух драконьих земель, насквозь пропитанный дымом, серой и чем-то неуловимо металлическим.

Запертая территория. Ни тебе улиц, ни людской суеты, ни даже возможности случайно столкнуться с прохожим и обменяться парой слов. Точнее, запертая она только для нас с Шоном. Все остальные студенты в нашей группе все же аристократы, и их хотя бы берут на какие-то местные светские рауты. Дипломатия и политика, чтоб ее!

Эрик же… Я все никак не могла утрясти в голове, что он в самом деле теперь император. И даже не могла сказать, почему меня это вообще волнует. Мы ведь никогда и не были близки. Намечавшиеся было дружеские отношения давно растаяли, а новым и взяться неоткуда.

Теперь с ним так просто не заговорить. Нужно упоминать титул, кланяться, наверное, или что там еще… К счастью, я этого не знала, ибо я всего лишь безродная человечка, которую непонятно за какие заслуги взяли обучаться вместе со всеми. За пределы нашего крыла мне было не выйти, Эрик здесь практически не бывал — жил в отдельном крыле, там же его обучали своим каким-то императорским наворотам. Я видела его только на практических занятиях, которые у нас так и вел Серхио. Но в наших с ним отношениях все оставалось по-прежнему — открытый игнор друг друга.

Однако на самом деле меня волновало и тревожило совсем не это. Я цеплялась за мысли об Эрике, чтобы не поддаваться панике. Но помогало слабо.

— Подумай о плюсах, — ворвался в мои рассуждения голос Шона.

Я обернулась.

Друг сидел на подоконнике, перебирая в руках монету, лениво, бездумно. Она падала на костяшки пальцев, крутилась, скользила вниз и снова ловко подхватывалась.

— Нас здесь кормят, поят, одежду даже дорогую выдали, не то тряпье, что было в нашей академии, — пробормотал он, не поднимая глаз. — Еще и бесплатно пичкают знаниями. Поднаберемся полезных умений, усыпим бдительность и сбежим. Кому нужны двое безродных сирот? Нас и прихватили-то чисто за компанию.

Я молча смотрела на него.

Он говорил это с такой уверенностью, будто мы не были заперты среди драконов, а просто зашли в неприятное заведение и раздумываем, через какую дверь удобнее уйти.

— Вернемся на человеческие земли и вот где заживем, — продолжал он. — Нас с руками оторвут в любой криминальной гильдии.

— И Марику потащим в криминал? — отстраненно заметила я.

— Нет, ты чего? Где она, а где криминал? — аж задохнулся от возмущения Шон. — Она добрая, честная, справедливая! А магия у нее какая сильная! Нет, ей нельзя касаться этой всей грязи, она достойна большего…

Я не ответила. Мне не давала покоя другая мысль.

Я снова провела пальцами по бедру, сквозь тонкую ткань платья нащупывая привычную татуировку. Она была здесь, все еще ощущалась, но…

Словно потускнела. Может, мне кажется? Может, это просто освещение? Я бросила быстрый взгляд на Шона. Тот понятливо отвернулся всем корпусом к окну.

Я быстро скомкала ткань подола, осматривая татуировку, провела подушечкой пальца, ощущая чуть шершавую кожу. Не показалось. Она определенно стала более блеклой.

Дыхание сбилось, по позвоночнику пробежал холодок.

— Шон, взгляни… — дрогнувшим голосом позвала я.

Он рефлекторно обернулся, но, заметив, куда я указываю, тут же вскинул руки и отшатнулся с преувеличенно возмущенным видом:

— Что? О, Эли, у нас с тобой не те отношения! Да и если не один, так другой дракон мне за такое голову снимет…

— На татуировку! — От нетерпения я резко мотнула головой, гневно сжав губы. — Вот здесь, где у дракона хвост, будто слегка выцвела, да? Сравни с цветом линий на крыльях.

Рыжий наконец перестал кривляться и шагнул ближе.

Нахмурившись, он внимательно вгляделся в рисунок, его взгляд чуть сузился в сосредоточенности.

— Не уверен… — пробормотал он после паузы. — Ну, на пару тонов разве что. А она прям вся была равномерная? Может, ты просто не обращала внимания?

Звон тревоги в моей груди перерос в пронзительный набат.

— Тогда почему Дрейк меня ни разу не навестил?! — Голос срывался, но я уже не пыталась сдерживаться. — Я же на его землях! Почему астральной проекцией не могу пробиться к нему? Почему столько недель стучусь будто о каменную стену, Шон?!

Слова клокотали внутри, вырывались, как пар из перегретого котла.

— Я ничего не знаю об этой драккаровой связи! Может, именно так все и происходит, когда теряешь своего истинного?! Мне… — Я сжала кулак, ударив себя в грудь, попыталась сбить эту боль, но от нее только сильнее свело сердце. Судорожно вдохнула, а по щекам уже скатывались горячие слезы. — Мне больно здесь, Шон!

Шон в долю секунды изменился в лице. Сжал губы, нахмурился, а потом в один шаг оказался рядом и притянул меня в крепкие дружеские объятия.