Чтение онлайн

Ролик начинается, и, как ни старается Иван держать лицо, ему не удается скрыть свои эмоции - они прорываются сквозь его броню.

– Хорошая заявка, - протягивает он, досмотрев до конца.
– И ты хочешь компромат на Каурова в обмен на это ретро с трагичным концом?

И такой ответ на миг заставляет меня даже почувствовать странное уважение к нему. Он даже не пытается обесценить опасность этой записи, как мы с Маратом обрисовывали Алине. Он не юлит, не отнекивается, сразу признавая вину. Это… достойно, как минимум.

– Не обмен, - качаю головой.
– В век технологий у любого видео может быть миллион копий, и обмен одной из них становится пустой формальностью.

– Тогда что?
– он реально заинтригован, что же я предлагаю.

– Заключим соглашение о ненападении. То есть неиспользовании того, что у нас есть.

Он кладет планшет на журнальный столик между нами и поднимается с дивана.

– Типа договора о нераспространении ядерного оружия?
– вновь усмехается Безруков, и я начинаю думать, что эти усмешки - это что-то на нервном.

– Именно, - подтверждаю кивком.
– Твой компромат на Каурова - это твоя красная кнопка, это видео - наша. Кто первый нажмет, потопит сразу всех.

– И тебя?
– вскидывается он.

– Меня тоже заденет, - мне неожиданно тоже не хочется юлить.

Но если он задаст еще один вопрос, я не отвечу - откровенничать с ним не собираюсь. Но ему это и не нужно.

– Через Алину… - догадывается он.

Я не реагирую.

– Договор о ненападении и все?

– Расшифруй, - бросаю, не поняв вопроса.

– В сделку больше ничего не входит?

Наступает моя очередь усмехаться:

– Если ты имеешь в виду компанию Кауровых, то я задам тебе один вопрос: без угроз нажать на "красную кнопку" у тебя есть шансы получить ее?

Он не отвечает, за него это делает потухший взгляд.

– Рад, что и это мы прояснили, - улыбаюсь я.
– И дружеский совет - постарайся покинуть город до конца недели. Кроме нас троих, о договоре никто не знает, а вот о твоих подвигах знают немало людей Марата. Кто-нибудь из них может перестараться в своем желании ему услужить.

Делаю паузу, давая ему возможность ответить, но он традиционно молчит. Я считываю его капитуляцию по признакам, которые успел предупредить за наше короткое знакомство.

– Надеюсь, мы больше не встретимся, - я делаю шаг в сторону входной двери, чтобы уйти, но останавливаюсь и, резко развернувшись, наношу удар в живот, в район солнечного сплетения, как учил добряк Вагит Валиев.

Безруков с глухим стоном складывается пополам и, качнувшись назад, падает на диван. Мудро - на стеклянный столик падать не так безопасно.

– Это за Алину, - чеканю я и топаю к выходу.

– Поланский, - окликает он меня хрипло, едва слышно.

Я оборачиваюсь.

– Алина знает, что ты играешь в защитника и освободителя не бескорыстно?

Не знаю, чего он добивался этим, но его слова достигают цели.

– Узнает.

Алина

– Приехали, - говорит мне водитель, останавливая такси у тротуара.

– Спасибо, - ответив, выхожу из машины.

Первое, что я вижу - здание Павелецкого вокзала. Выбор места становится понятным - отсюда идут аэроэкспрессы в аэропорт. Значит, он уезжает уже сегодня?

Смотрю на вывеску над головой - название незнакомое. Достав телефон, проверяю, как называлось кафе, в которое меня просил приехать Иван.

Открываю чат с ним и сразу попадаю на сообщение, которое прочитала больше сотни раз с тех пор, как получила его. Это и понятно - оно последнее в переписке, я не ответила ему.

"Надо встретиться. Буду ждать тебя завтра в четыре".

Первой моей эмоцией было удивление, потом возмущение, что он имел наглость предложить мне это. Да еще в такой форме - буду ждать. Не спрашивает, согласна ли я, а сразу пишет время и место, как будто не сомневается, что я приду.

Но потом я остываю и понимаю, что в его сообщении ничего такого нет, я сама себе это напридумала. Выбор, идти или нет, по-прежнему остается за мной. В какой бы форме Иван меня ни позвал - сначала спросив моего согласия и потом назвав место встречи, или сделав так, как сделал. Для меня формат ничего не меняет.

Решать мне.

И я не знаю, какое решение принять. Потому что не знаю, что ему от меня нужно. Зачем нам встречаться? О чем говорить?

Адвокат Верховцев уже отчитался передо мной, что документы на развод и соглашение о досудебном разделе имущества Иван подписал, и уже скоро я буду полностью свободна от брака, в который угодила по наивной глупости.

Так что еще?

Я думала о его предложении, генерируя все новые вопросы без ответов почти беспрестанно весь остаток вчерашнего дня, полночи, пока не могла уснуть от обилия мыслей, и сегодня с утра. И все же я здесь.

Сообщать ему, что приду, я не стала. Если его не будет в указанном месте, я вряд ли расстроюсь.

Я не ошиблась - название кафе другое, и я иду вдоль длинного дома в другой его конец, где вижу нужную вывеску, и захожу внутрь.

Сразу замечаю его за столиком в глубине зала, говорю хостесс, что меня ждут, иду к нему. Он поднимается резко, едва увидев меня. Как будто это имеет какое-то значение.

Выражение его лица почти непроницаемо, но кое-что в нем изменилось. В нем нет той вызывающей уверенности и самоощущения собственной непобедимости, что проявилась в нем уже после несостоявшейся свадьбы. Или, скорее, она всегда была, но раньше он ее тщательно скрывал.

А, может, и сейчас скрывает…

Подхожу ближе. Иван смотрит на меня прямо и смело, без малейших признаков неловкости или смущения. Он не чувствует себя виноватым передо мной. Ему не стыдно за все, что случилось.

Или и это он умело скрывает.

– Привет, - говорит, и в его голосе все же слышится легкая напряжённость.

– Привет, - коротко отзываюсь без тени улыбки, садясь напротив.

Он опускается обратно на мягкий диван с высокой спинкой, пальцы его опускаются на пустую кружку, стоящую перед ним. Потом он перемещает их на ручку чайника, но лишь касается ее, не обхватывает, чтобы поднять - словно забыл, что должен делать с этим чайником, с этим столом и со мной.