Чтение онлайн

Может, деду нужна была шкатулка? Или её содержимое? Может, он так надеялся найти деньги на лечение… Хотя Тае он говорил иное. Впрочем, он ей лгал, чуть ли не всю её жизнь он ей лгал. Представить, что таит в себе шкатулка от такой нечисти или природной силы, как холод, не получалось. Это точно не те бриллианты, которые можно легко отдать Нике или Жене. Тогда о чем вообще говорится в «Морозко»? Что спряталось за занятным сюжетом, что потерялось, когда страшный ритуал превратили в сказку для детей? Снегурочку привозили в лес в качестве откупа страшным холодам. Только в сказке одна девушка погибла, вторая получила драгоценности и даже вышла замуж. Дед и парни, интересно, думали об этом варианте развития событий? Впрочем, Илья умыл руки, оставляя её Гордею. Как-то странно пояснять, что Тая с Гордеем только дружит, потому что тогда это автоматически прозвучит, как разрешение Илье ухаживать. Тая пока к такому не готова. Она еще не готова жить.

Она помнила, как в самый сумасшедший момент её жизни, когда объявили, что война закончилась, Гордей кинулся к ней обниматься. Он подхватил её на руки, подбросил в небеса от избытка молодецкой удали, а потом… Поцеловал. Тогда все кричали, плакали, радовались, обнимались и целовались. Война закончилась! Отныне мир! Их ждал дом, семья и новая жизнь. Только то ли Тая случайно дернулась, то ли Гордей неудачно поймал её в объятья — поцеловались они в губы. Это был самый странный и нелепый поцелуй. Гордей тогда опешил — все веселье с него слетело… Тая словно брата поцеловала. Они оба тогда испугались, что испортят дружбу.

Глядя, как за окном внедорожника Ильи проносятся последние улочки вечернего города, притушившего праздничную иллюминацию из-за объявленного траура, а впереди черной громадой поднимается лес, Тая снова и снова напоминала себе, что её враг — холод.

Гордей знал, что Тая убивает именно им. Мог бы понятнее написать тогда в записке! Ей было бы проще — знать, что на поле убила полицейских не она. Впрочем, он вообще отказался ей тогда все рассказывать, решив, что её это не касается. Он её так оберегал. Он её защищал. И Илья туда же!

Он тоже это понял — то-то просил своего Владимира «оберегать и не волновать» Таю, чтобы та не сорвалась. И снова хотелось ругаться — ей-то почему не сказали. Она раньше начала бы понимать, что вокруг неё происходит, и не давала бы напрасных обещаний. Все же, что хранится в шкатулке? И за что её вручают… Придется искать ответ самой. В лесу. Хотя, наверное, место и не принципиально в данном случае. Если история с шантажом — паранойя Ильи, то отдавать Нике бриллианты столь странного происхождения крайне опасно. Ника же беременна. И можно ли вообще отдать шкатулку шантажистам. Тая снова и снова добавляла про себя: «Если факт шантажа подтвердится…» С Дашей бы поговорить, но пока это невозможно. Еще две недели… Возможно, Тая столкнется с шантажистами раньше — уже в лесу или сразу после него.

Представить, что это все спланировал дед, не получалось. Ему восемьдесят пять было. Он физически не мог подловить на пустыре Илью, лишить его сознания, затащить его в круг… Он умирал, ему бы на это не хватило сил. Он не успел бы разобраться с Ильей и вернуться домой, чтобы умереть на глазах у Глаши. Значит, с шантажистом имели дело Зимовские-Подгорные, о которых Илья не в курсе — вряд ли Гордей говорил об этом ему. Коту — да, но не Илье.

Зимовские… А им зачем? Им полиция мешала на поле, но подставлять Таю им не было резона. Нанимать кого-то, чтобы подставить Таю, как-то слишком. Нанимать, чтобы мстить Белкиным, тоже как-то странно… Зачем плодить лишние сущности, когда…

Тая нахмурилась, осененная странной мыслью. Дед всегда бил в ответ. Дед всегда мстил. Он мог?…

— Илья?

— Да? — тот оторвался на миг от дороги, бросив быстрый взгляд на Таю. Кажется, он до сих пор злился, что она отказалась от его теплых вещей, накинув поверх топа только осеннюю куртку. Чем быстрее Тая замерзнет, тем скорее получит свою шкатулку с драгоценностями. Мерзнуть в теплой шубе можно до отвращения долго. В конце концов она старикова дочь… Точнее внучка, ей положено приходить плохо одетой.

Снегопад прекратился, и сейчас в разрывах низких, ржавых из-за городской засветки облаков то и дело виднелась луна. В лесу будет не так темно — фонарик Тая все же решила не брать.

— Я поняла, почему на поле у цеха так странно убили твоих людей. Все просто. Дед. Он всегда мстил — лишь Белкин избежал его мести, дико разбогатев на магмодах.

Тая поджала нижнюю губу. Не было на поле Зимовских, не было там змей, кроме Ильи — Гордей ошибся, принимая старые следы, оставленные днем Ильей, за свежие. Он сам говорил, что змеиные следы для него ничем не пахнут. Гордей ошибся. И она тоже. В ритуале с веретеном не принимали участие Зимовские. Они, быть может, только предъявили деду претензии, попросив объясниться.

Это все дед. Он кого-то нанял, возможно того же Динамита, чтобы тот избавился от полиции, подставляя Таю. Это дед кого-то нанял, чтобы поймать и затащить в круг лишенного сознания Илью. Это он спланировал шантажировать Белкина, мстя за себя. Зимовские в этом деле лишние. И как Гордей этого не понял?

— Даша, действительно, могла согласиться ради меня на все. Она заплатила бы деньги, если бы её шантажировали моим попаданием в патологию магмодификаций, а именно там бы я и оказалась. Это было в духе деда — так мстить шантажируя и разоряя Дашу, бывшую Белкину. А вот Разумовская и амулет ложной беременности — это уже чей-то экспромт. Амулет вообще может быть никак не связан со мной.

Илья коротко согласился с ней, даже не отвлекаясь от дороги и не смотря на Таю:

— Вариант.

Тая добавила:

— Если в данном случае шантаж вообще рассматривался.

Она не стала напоминать, что перед этим Илья подозревал Сумарокова в попытках избавиться от жены. Да, Илья оказался прав — Даша все же попала в аварию и именно из-за походника. Но не из-за Сумарокова — из-за Дашиной безалаберности и звонка как раз Ильи — это же он тогда позвонил ей, отвлекая от дороги. Тая слышала его голос тогда в походнике. Это звонил он. Понять бы еще: промелькнувшая на дороге тень — это был магмод или простой пес? Илья сказал, что записи с камеры на повороте забрала охрана Сумароковой.

Лесок за окном закончился и перешел в громаду магкластера — Илья как раз свернул к нему. На миг стало легче. Умом Тая понимала, что дело не в лесе, но лес для нее, как и для предков, был символом холода.

Илья помрачнел, а потом выдавил:

— Ладно, признаю. Я часто выдвигаю странные теории и вижу заговоры там, где их нет. Издержки профессии — маниакальна подозрительность. Особенно когда дело касается тебя. Ничего не могу поделать. Мне хочется тебя защитить и…

Внезапно походник в кармане Ильи запел, пробуждаясь от сна. Кто-то звонил. И как не вовремя! Илья как раз поворачивал к поселку магмодов. Да, поворот другой, не тот, где Тая и Даша попали в аварию, но это было так недавно, что Таю бросило в холодный пот. Стекла моментально заиндевели. Слова Ильи пропали — их заглушал грохот сердца в Таиной голове.

Снова снег.

Снова темень.

Снова звонок.

И снова поворот.

Еще чуть-чуть, и опять завизжат шины, и внедорожник Ильи полетит куда-то в кювет.

Тая вцепилась руками в кресло, с трудом пропихивая в горло ледяной воздух.

Илья аккуратно вписался в поворот, сбросил скорость, припарковался у тротуара и только тогда достал вопящий телефон. Таину истеричную реакцию он никак комментировать не стал, только включил печку в салоне.

— Добрый вечер, Варвара Ильинична.