Чтение онлайн

–  И до меня дошла весть о том, что Лив собирается за него замуж, что она уже дала согласие.

–  Да, это была невероятно удачная партия для маленькой Лив, - не понимая, куда клонит сын, ответила Шарлотта. Увидев глубокую печаль на лице Дага, она забеспокоилась:

–  Лив вышла замуж за женомучителя, мама! Это настоящий домашний тиран!

Шарлотта замерла от ужаса. Он же снова принялся шагать по комнате, потом остановился и стукнул кулаком по подоконнику.

–  Ах, мама, Вы бы взглянули теперь на нее! Она превратилась в маленькую, дрожащую тень! Свекровь с утра до вечера понукает ею. Ей не разрешают навещать свою семью, а муж наказывает ее за все то, чему она научилась дома. Он высек ее плетью только за то, что она нечаянно выдала сама себя, показав ему, что умнее его.

–  Неужели это в самом деле так, мой мальчик?
– растерянно воскликнула Шарлотта.
– Что же нам делать? О, Боже, что нам делать? Тенгель...

–  Нет, не надо говорить об этом Тенгелю! Он убьет Лаурентса, а этого допускать нельзя. Ради самого Тенгеля! Мы должны обсудить это: Силье, Суль и мы с тобой. Что-нибудь да придумаем. Суль просила меня подождать, но я не мог молчать.

–  Да, конечно. О, Господи, что я наделала! Но я и не подозревала... О, бедная девочка... Никто на земле не способен любить так, как Лив!

–  Я согласен с тобой, мама! Но не рассказывай ничего в Линде-аллее пока. Дай время нам с Суль найти выход. Лив очень боится скандала.

–  Обещаю тебе.

Они долго сидели, думая каждый о своем.

–  Как дела у Суль в Копенгагене?
– наконец спросила Шарлотта.

–  У Суль? Она как кошка - всегда падает на четыре лапы.

–  Значит, был скандал?

–  Уж это она умеет делать, даже очаровывая окружающих.

–  Не ругай ее, мой мальчик.

–  Ха! Вы бы послушали Суль, когда она в ярости!

–  Могу себе представить, - утомленно произнесла Шарлотта.

На Линде-аллее Суль встретили с распростертыми объятиями.

–  Нет, Силье, тебе пора кончать есть медовые пирожные!

Тенгель обнял Силье за талию.

–  Это ей к лицу!

–  На время. Я уже насмотрелась на упитанных матрон, и мне что-то не хочется видеть такую у себя дома!

–  Это не так легко, - сконфуженно улыбнулась Силье.
– Но ты совершенно права, я слишком раздобрела. Тенгель, если ты увидишь, что я беру медовое пирожное, отними его у меня и отдай беднякам! Но что это за девочка с тобой, Суль?

Силье тяжело было выслушивать недипломатичную критику Суль, и она пообещала самой себе, что больше не даст для этого повод. Так что Суль сделала полезное дело.

Суль представила смертельно смущенную Мету своей семье и вкратце рассказала о ее судьбе. Наиболее драматичные места она опустила, щадя Мету.

Силье и Тенгель сразу прониклись сочувствием к бездомной девочке и обещали, что возьмут ее в прислуги.

Мета осторожно спросила, не позволят ли ей работать на скотном дворе. По ее мнению, дом был слишком роскошен для нее.

–  Что же ты делала в Сконе, Суль?
– подозрительно спросил Тенгель.

–  Навещала знакомых, - непринужденно ответила она.

–  Вот как? Уж не в Бресарпс Бакар ли? "Проклятие, - подумала Суль, - и он знает о ведьмах тоже!"

–  Нет, как ты мог подумать! Если быть совершенно точной, то это недалеко от Тулларпа.

–  Тебе было там трудно, Суль?

–  Трудно? Почему?

–  Я получил... послание от тебя. Мы с Силье пытались тебе помочь.

Суль опустила голову и принялась смущенно рыться в своем узелке.

–  Вам удалось это, - пробормотала она.
– Спасибо, тысячу раз спасибо!

Тенгель и Силье переглянулись.

–  Ты ничего не хочешь рассказать?
– спросил Тенгель.

–  Ничего, - ответила Суль.
– Я сделала глупость. Этого больше не повториться. Можете быть уверены.

–  Ты когда-нибудь расскажешь мне об этом!
– тихо попросил Тенгель. Мне это интересно! Ты понимаешь! Мне показалось... что я видел фигуру... которую мне бы не хотелось называть по имени.

Суль пристально посмотрела ему в глаза. И оба почувствовали, как близки друг другу. Она кивнула.

–  Когда-нибудь я расскажу тебе, обещаю. Сейчас еще слишком свежи воспоминания.

–  А вот и Аре, - сказала Силье.
– Аре! Посмотри, кто приехал! А это Мета, она будет у нас жить. Мета, если тебя интересует работа на скотном дворе, обратись к Аре, это его хозяйство.

Мета застенчиво взглянула на высокого, сильного юношу, очень похожего на Тенгеля - только без его демонических черт.

–  Спасибо, когда я могу начать?
– спросила она.
– Я буду много работать...

Аре с недоумением уставился на нее.

–  Что она говорит? Я не понимаю ни слова!

–  Вы не понимаете меня, господин...
– огорченно прошептала она.

–  Господин!! Мне только четырнадцать лет! А вот ты до сих пор не умеешь правильно говорить!

–  Все дело в том, Аре, - сказала Суль, - что она говорит по-сконски, на диалекте, напоминающем одновременно датский и шведский. Ты быстро научишь ее...

–  Я? Никогда в жизни! Сама научится!

–  Возьми ее на скотный двор и покажи свои владенья, - сказала Силье. И веди себя прилично! А мы поговорил с Суль наедине.

–  Почему я не могу остаться с вами?

–  Ты пока еще не взрослый.

–  Вы делаете из меня ребенка!

–  А как же к тебе еще относиться!
– мягко улыбнулась Силье.
– Ты не хочешь быть господином и не хочешь быть ребенком. Возьми с собой девочку.

Аре ушел, что-то недовольно бормоча себе под нос, Мета неуклюже потащилась за ним.

–  Это совсем не похоже на Аре, - озабоченно произнесла Суль.
– Обычно он сама вежливость.

Силье тихо рассмеялась.

–  А не помнишь, какая ты сама была в этом возрасте? Одна нога - в детстве, другая - в мире взрослых. Я, во всяком случае, помню, как мне бывало трудно. И ты, конечно, тоже была не ангелом!

Четырнадцать лет... Клаус, церковный служка, господин Йохан...

–  Да, я никогда не была ангелом, - согласилась Суль.
– И у него это пройдет. Ну, мне пора, у меня поручение в Тенсберге для одной датской дворянской семьи - рано утром я поскачу туда.

–  Но ведь ты не можешь скакать туда одна!
– возразила Силье.

–  Милая Силье! Я же не буду скакать целый день. Я переночую у них, а на следующий день буду дома. Что со мной станется, если я сижу верхом на коне?

–  Пусть едет, - сказал Тенгель.
– Она справится одна.