Чтение онлайн

Внезапно кто-то схватил его за плечо и со всей силы оттащил от воды. Бросив Стаса на спину, Паша придавил его собой.

— Ты что делаешь?! — видевший все произошедшее за последние несколько минут парень озлобленно глядел в черные глаза друга.

— Отпусти меня! Она сейчас утонет! — Стас стал пытаться сбросить с себя Павла обеими руками.

— Ты пытался утопить ее! — он сопротивлялся до последнего, но когда стал понимать, что сила Дроздова превосходит его собственную, парень замахнулся и со всей силы ударил кулаком по бронзовому лицу.

Почувствовав, как мужская рука перестала удерживать ее, Юля попыталась выплыть, не в силах самостоятельно терпеть боль в груди от недостатка воздуха. Но внезапно что-то холодное схватило ее за ногу, резко потянув вниз. Обернувшись в воде, Юля заметила, к сожалению, знакомое лицо.

— Мама… — она беззвучно прошептала под водой, растратив последний воздух из груди.

Девушка с бело-зеленой кожей в упор смотрела на нее мутными серыми глазами, которые не умели выражать ни единой эмоции. Сжав на этот раз теплое горло, она попыталась утянуть девочку вниз, но Юля стала сопротивляться. Схватив скользкие ледяные руки, больше похожие на рыбье тело, она попыталась оторвать их от себя, ногами упираясь сирене в мягкий чешуйчатый живот. Боль в груди предательски увеличивалась, лишая сил и желания сопротивляться. Понимая, что проживает свои последние секунды, Юля обняла маму, после чего Олино тело обмякло, а веки медленно опустились, не закрыв светлые глаза до конца.

***

Сознание вернулось запахом нашатыря и резкой болью в груди, сильно похожей на ожог. Подскочив на месте, Оля выплюнула горькую грязную воду, что обжигала легкие и горло. Откашлявшись, она, наконец, сумела разглядеть, что перед ней с мокрой ваткой сидит Кристина, а позади стоят Никита и Кирилл. Все смотрят на нее — на нее или на Юлю?

— Оля?.. — осторожно спросила Кристина с какой-то надеждой, будто бы знала все, что происходило ранее.

— Да… — неувереннл кивнула девочка, удивленно глядя на нее, после чего перевела недовольный взгляд на Ворона, который смотрел на нее точно так же.

Обернувшись к парням, Кристина медленно поднялась с края дивана, на котором лежала Оля. Дом, в котором они все находились, она видела впервые. Это заставило ее напрячься. Она неотрывно наблюдала за всем, что делает Кирилл. Но он не делал ничего.

— Где Стас и Паша? — требовательно спросила Оля, не зная, чего ожидать от Кристины и Никиты.

— Подойдут позже. — ласково улыбнулась девушка, передав Кириллу оправу от кулона с зеркальцем внутри.

Взяв ее, парень поднес заранее раненый палец с точкой крови на подушечке и провел им по зеркальной поверхности оправы. Сердце Оли машинально сжалось и ненадолго замерло, все еще храня эмоции Юли, — она исчезла. Зеркальце едва ли вспыхнуло при солнечном свете, после чего потухло. И этот маленький знак давал понять, что проклятие совершено и что скоро родители Оли должны вернуться, если это условие было правдивым.

Внезапно перед глазами появились короткие детские воспоминания, которое будто бы Оля знала и до этого, но теперь они были с лицами.

Яркий свет солнца щекотал нежные веки с рыжеватыми ресницами, которые ей тоже было видно. Мультяшно-яркий мир мутным пейзажем рисовался по сторонам. Перед ней — яркое голубое небо с сахарными белыми облаками. Рядом с ней — тепло-серые скалы и зелено-голубая длинная трава. Откуда-то из мутного видения донеслись счастливые смешки, смешанные с запахом сваренной на костре ухи. Оля очень хотела разглядеть хоть что-то не через призму пелены, и тогда перед ней выросла небольшая тень, в которой по мере приближения к наблюдательнице стала различаться фигура стройной девушки. Она улыбалась янтарными глазами, глядя прямо на Олю. Прямые волосы, похожие на ленты пламени в ночи, ласково выскользнули из-за уха и коснулись светлой чистой кожи. Девушка широко улыбнулась, протягивая руки к наблюдательнице. Позади рыжеволосой красавицы показался более крепкий силуэт мужчины, лицо которого стало различимым лишь на секунду, которой дочери было достаточно, чтобы узнать в нем своего отца. Оля никогда не видела их лиц, но сейчас, глядя в карие и голубые глаза, она знала, что это были они.

Кристина и Никита улыбнулись, взявшись за руки. Они медленно подошли к большому зеркалу в пол, расположенному на шкафу-купе. Сердце Оли вновь закололо, заставив ребра сжаться — в зеркале отражались люди из ее видения, а не те двое подростков, что стояли к ней спиной. Зеркало стало наполняться светом, постепенно поглощая иллюзорные отражения и перенося их из зеркала в реальный мир. И хотя прямо сейчас свершалось ужасное проклятие, выглядело это так красиво, что напрашивалось одно лишь слово, — прекрасно.

— Ма… ма? — глядя на сильно повзрослевшую Кристину, завороженно прошептала Оля сквозь слезную пелену перед глазами.

Женщина с огненно-рыжими волосами приблизилась к девочке и крепко обняла ее, позволив родным слезам приземлиться на ее прямые волосы. Сразу же за ней подошел и отец — повзрослевший Никита, никогда не отходивший от Кристины в обличии обычного подростка.

— Мы боялись даже в тайне верить в то, что ты когда-нибудь найдешь нас. — признался отец, положив теплую ладонь на ее кудрявую голову. — Если бы ты узнала о нас до свершения проклятия, то погибла бы. Поэтому мы никак не могли сблизиться с тобой, дорогая. — в голубых глазах собрались слезы, а пшеничные кудри будто бы стремились вобрать в себя весь солнечный свет, что попадал в комнату сквозь нежно-желтые занавески с вензелями.

— Зато я всегда верила, что найду вас. — прошептала Оля, уже не сдерживая потока слез, сквозь которые она победно улыбалась. — А вы все помнили, да? Все это время…

— Да. — Кристина с сожалением сжала тонкие губы. — Я не могла найти себе места, когда увидела тебя на море в тот день впервые. Ты оказалась чудеснее всех наших представлений. — женщина быстро утерла изящными пальцами ее слезы.

— Та легенда про ведьму тоже правда?

— Правда.

— Значит, та девушка и правда наложила на себя руки из-за любви к папе… А Марго?.. Марго знала все это?

— Маргарита не знала. Никто не знал.

— А Алена Дроздова?

Мама невесело улыбнулась, когда дочь упомянула подругу ее молодости, а янтарные глаза блеснули тоской.

***

Подъехав к знакомым ржавым воротам, Никита открыл их и, вернувшись в машину, въехал во двор. Не до конца высохшие после дождя листочки, что просвечивались солнцем и потому светились желтым светом, приглашающе подрагивали. Пройдя по вымощенной камнем дорожке, семья Плотниковых оказалась в стареньком, но таком же большом доме Дроздовых. Грязные стены и старая мебель все еще пугали Олю воспоминаниями Юли, которой довелось столкнуться здесь с измученной проклятием женщиной, но полученная за последние дни храбрость блокировала любые проявления страха у девочки, которой «посчастливилось» пережить две смерти по «одной секунде».

Сжав в кулаке оправу с тоненьким неказистым зеркальцем, Оля улыбнулась. А может, это Юля улыбнулась Оле ее губами, — кто знает.

— Кристина, Никита! — заметив гостей в коридоре, заметно похорошевшая Алена бросилась обнимать старых друзей, будто бы все эти четырнадцать лет действительно ждала их. — Я так скучала по вас…

Оля напряглась от услышанного и с недоверием посмотрела на Алену, стоящую в светло-желтом платье с белыми цветами и тоненькой накидке фисташкового цвета. Ее светлые тонкие волосы были аккуратно уложены набок, а на лице не осталось и тени намека на мертвенную бледность и болезненные потемнения под глазами. Действительно ли перед ней была та женщина, которая пыталась убить ее ранее? Неужели столь милый человек мог набрасываться на других с холодным оружием и кричать проклятия?

— Столько лет, как в аду, это проклятие… — она утерла коротенькими, будто бы детскими пальцами выступившие слезы.

— Неужели Вы помните о том, что было?.. — догадываясь, что после свершения проклятия о нем все должны были забыть, кроме участников, осведомилась Оля.

— Мы сами были шокированы, когда узнали, что Алена помнит нас и наши имена. Она единственная. Но все списывали ее слова на слабоумие и зависимость. — кивнул Никита, радостно глядя на подругу.

— Должно быть, та авария действительно каким-то образом связала нас пятерых, подарив каждому смерть в разных ее формах… — Алена грустно улыбнулась, обернувшись к зеркалу, к которому была прикреплена фотография молодого парня, похожего на Стаса. — Коля погиб там, Настя сама погубила себя, вы с Кристиной мучились четырнадцать лет, ну а я…