Чтение онлайн

Ответ не ускользнул от меня, и это только укрепляет мою решимость выбросить ее из головы.

Хотя выражение лица Царицы Богов не меняется, я чувствую, как ее присутствие внутри меня ослабевает.

— Тебе не нужно меня бояться, — бормочет она, ее голос мягче, чем раньше, звучит дальше. — С тобой не случится ничего плохого от моей руки.

Я ей не верю, но слова, которые она мне предлагает, заставляют меня задуматься. Зачем вообще их произносить? Она и остальные Боги держат нас именно там, где они хотят. Нас медленно варят заживо в котле, который они создали, и хотя я вижу разверзающееся небо, знаю, что свобода где-то есть, но я, кажется, не могу ее постичь.

Внезапно до меня разом доносятся звуки актового зала, когда ученики вскакивают со своих мест, визжа от ликования. Хватая ртом воздух, я поворачиваюсь и прижимаюсь лбом к груди Руэна.

— В чем дело? — Спрашивает он. — Что случилось? — Трифон пытался…

— Нет. — Я качаю головой, прерывая его тираду вопросов. — Нет, он… на этот раз это был не он.

Чувствуя себя измученной, я отрываю от него голову и окидываю взглядом ряды кресел. Данаи больше не смотрит на меня, вместо этого она тихо разговаривает с другой Богиней — Македонией, Богиней Знаний, которую я узнаю. Отстранившись от Руэна, я тянусь к Каликсу. Мое прежнее раздражение на него исчезло, сменившись осознанием того, о чем я собираюсь его попросить.

— Каликс?

Насыщенные, лесисто-зеленые глаза встречаются с моими. Каликс хватает мою ищущую руку и подносит ладонь к своему рту. Он слегка прикусывает мягкую плоть, одним из клыков, отчего по конечности пробегает каскад мурашек.

— В чем дело, маленькая воровка? — Спрашивает он. — Ты хочешь…

Прежде чем он успевает предложить что-нибудь непристойное, я прерываю его своей просьбой. — Тебе удалось приручить какую-нибудь из змей в Ортусе?

Губы Каликса отрываются от моей ладони. — Да, а что?

Я смотрю на помост, прежде чем понизить голос. — Я хочу, чтобы ты отправил одну за Данаи, Царицей Богов, — говорю я. — Пусть понаблюдает за ней.

— А как же твои пауки? — предполагает он.

Я киваю. — У меня есть кое-какие для них дела, но у меня их не так много — по крайней мере, не так много, как у меня было в Ривьере.

— Почему это? — Спрашивает Теос.

Оглядываясь на него, я делаю ему гримасу. — Я не знаю, — честно отвечаю я. — Ара здесь, и было несколько пауков, которые пришли на мой зов. Я знаю, что вокруг есть еще много, я чувствую их, но на них как будто набросили завесу — как будто у них уже есть свой хозяин.

Это заставляет Руэна напрячься. — Бог?

Я качаю головой. — Мы не видели здесь никаких новых Богов, — замечаю я. — Если бы пауков привлек кто-то из них, то так было бы и в Ривьере. Хотя это мог быть один из Смертных Богов из Пердиции.

Каликс прижимается влажным поцелуем к моей руке, прежде чем опустить ее. — Я пошлю одного фамильяра к Царице Богов, — говорит он, — и мы узнаем все, что она скрывает.

Глава 12

Кайра

Даже после того, как все разошлись по своим новым комнатам на ночь и солнце село, я не сплю и смотрю в окно своей спальни. Было удачным открытием обнаружить, что оно выходит не на океан, как я ожидала. Вместо этого узкая полоска стекла выходит в темный сад внизу с дорожками для передвижения людей между зданиями. Даркхейвены и я провели большую часть дня, пытаясь нанести на карту извилистые коридоры и странные проходы Академии, но безрезультатно.

В отличие от Ривьера, кажется, что в этом месте нет ни последовательности, ни смысла. Мы обнаружили длинные коридоры, которые ведут в никуда, кроме тупиков, башни без дверей, ведущих внутрь или наружу, и сады, полные полузасохших живых кустарников. Чем дальше ты петляешь по коридорам в поисках конца, тем дальше, кажется, становится любая конечная цель.

Однако самым тревожным из всех открытий был сад статуй. Когда кто-то думает о «саде», он представляет себе растения и жизнь, но сад статуй не похож ни на что подобное. Окруженный арками и колоннами из выщербленного и гниющего камня, он был полон гротескных монстров из всех сказок. Гигантские существа, похожие на летучих мышей, с когтями и большими изогнутыми крыльями. Разные мужчины и женщины на всех стадиях страха и разложения. От женщины, нарядно одетой, с ее прекрасным юным лицом безмятежной девушки с одной стороны и ничем иным, как скелетом с другой, до мужчины, свернувшегося калачиком на земле, с костями и оружием, торчащими из каждой его части, так что едва ли можно было сказать, что под всем этим скрывается человек.

Я наклоняю голову к окну и позволяю прохладному стеклу коснуться моей щеки. Оторвав взгляд от сада внизу, я смотрю на небо над головой, гадая, нашли ли Регис и Офелия Карсела к настоящему времени или он нашел их и убил. Мое сердце учащенно бьется в груди.

— Не надо, — предупреждаю я себя, закрывая глаза от этих мрачных мыслей. Возможно, это атмосфера Академии Ортус, но здесь есть что-то такое… угнетающее. Как будто все жестокие, порочные кошмары, о которых человек когда-либо думал, возможны здесь. Снов нет, только ужасы.

Постукивающий звук отвлекает мое внимание от окна и теней внизу. Ара примостилась в изножье идеально застеленной кровати, на которой я спала прошлой ночью. Осознание того, что Терра заходила, чтобы убрать мои вещи и перестелить постель, доводит меня почти до нервного срыва. За исключением Нубо, Залики и нескольких Терр, служащих Смертным Богам, я не видела в Ортусе достаточно Терр, которые не были бы приведены сюда своими хозяевами из других Академий, чтобы обеспечить дополнительную «уборку» спален. С другой стороны, «уборка» это слишком громко сказано, учитывая, что паутина и пыль все еще покрывают пол и мебель, и на самом деле только недавно застеленная кровать выдает тот факт, что здесь кто-то был.

Я отхожу от окна и широкими шагами иду через комнату к своей Королеве пауков. Когда я подхожу ближе, она кружит по одеялу и настойчиво постукивает по нему лапками. Нахмурившись, я наклоняюсь и протягиваю руку. Она практически прыгает мне на ладонь, как только оказывается на расстоянии удара, и как только ее пушистое тельце касается меня, на меня обрушивается калейдоскоп эмоций и образов.

— Уф. — Прижимая свободную руку к ноющему виску, я падаю на кровать. — Притормози, Ара. Я не могу… — Мои слова обрываются, когда образы, которые она мне посылает, становятся четче. Массивные каменные стены изгибаются в длинный, тёмный и узкий тоннель. Порвaнные паутины свисают из углов потолков, покрытых такой грязью и пылью, что их изначальный цвет теперь стал смесью могильного коричневого и болотного зелёного.

— Ты нашла это? — Я моргаю, когда все больше ее мыслей всплывают в моей голове, повороты и проходы. Дверь, скрытая в тени, больше, чем жизнь для этого маленького существа, но для меня — это просто дверь, а там, где есть дверь, за ней есть что спрятать.

Резко вставая, я поворачиваюсь и кладу своего фамильяра на кровать, прежде чем погладить ее по голове. — Хорошая работа. Я пойду проверю это.

Дверь в мою комнату со скрипом открывается. — Пойдешь проверить, что? — Руэн стоит там, скрестив руки на своей массивной груди, и выгибает бровь, переводя взгляд с Ары на меня. — Что тебе показал твой фамильяр?