Чтение онлайн

— Прости меня, Грелль, — тихо умолял он, слезы текли из его закрытых глаз. — Прости меня…

— Хотя нам не должно быть так плохо. — Слова Каликса возвращают меня в настоящее, и я поднимаю голову, глядя на него.

— Почему ты так говоришь?

Он выгибает бровь, хмурое выражение мгновенно исчезает, когда он похлопывает себя по все еще обнаженной груди. — Мы Смертные Боги, — говорит он, как будто это должно все объяснить, и, возможно, так оно и есть.

Боги, в отличие от смертных, с трудом ощущают воздействие обычного алкоголя. Им приходится выпивать в два, а то и в три раза больше, чтобы хоть что-то почувствовать. Я замечала, что ни один из Смертных Богов, которых я видела в Академии, никогда не казался пьяным, даже если за ужином они выпивали несколько бокалов вина или чего покрепче. Возможно, и со мной всё было бы в порядке, но я никогда не решалась проверить.

Зачем я это сделала прошлой ночью?

Где-то в купальне открывается дверь, и оттуда доносятся сонные голоса. — Пошли. — Каликс встает. — Нам пора возвращаться.

Он протягивает мне руку, и я беру ее, упираясь ногой в стенку бассейна с достаточной силой, чтобы позволить ему вытащить меня прямо из воды. Прозрачная жидкость стекает с моего тела, и на мгновение Каликс замирает. Как будто он забыл, что я голая, он наклоняется вперед, его свободная рука тянется ко мне, обхватывая мое бедро. Он притягивает меня к себе, пока я не чувствую тяжесть его эрекции, вдавливающейся в меня. Я вздрагиваю. Все внутри всё ещё болит после прошлой ночи, и хотя у меня нет возражений против того, чтобы трахнуться с ним, сейчас — не время и не место. Особенно здесь, где нас может застать кто угодно.

Эта мысль вызывает в моем сознании странный образ. Руэн лежит спиной на каменной плите. Мое тело поверх его, мои ноги раздвинуты, когда его член входит в меня. Теос передо мной, мои волосы сжаты в кулак, когда чьи-то руки раздвигают мои ягодицы, и горячее масло стекает по щелочке моей задницы.

Я трясу головой, прогоняя образ, вырываю свою руку из руки Каликса и спешу за оставленной мной простыней. Я натягиваю ее на себя еще раз, и хотя из-за моей влажной кожи ткань облегает немного плотнее, слои, которые я создаю, оборачивая ее вокруг своего тела несколько раз, по крайней мере, скрывают больше, чем я обнажила прошлой ночью.

Мы с Каликсом выходим из купальни и направляемся в наши комнаты. Пока мы идем, я размышляю о том факте, что больше всего сожалею о том, что не знаю, были ли образы, которые я видела в своем воображении, реальными… или вымыслом.

Глава 25

Кайра

Мы с Каликсом возвращаемся на этаж с нашими комнатами и обнаруживаем, что остальные проснулись и чувствуют себя примерно так же хорошо, как и я. Хотя ясно, что и Руэн, и Теос вымылись, воспользовавшись мисками, которые находятся в каждой из комнат, круги у них под глазами говорят об истощении. Все расходятся по своим комнатам заканчивать одеваться.

Обнаружив, что небольшая коллекция одежды, которую я взяла с собой, была постирана и возвращена в мою комнату за время моего отсутствия, я переодеваюсь в нее и встречаюсь с остальными в спальне Руэна. Хотя и Руэн, и Теос теперь одеты, они вдвоем плюхаются на стулья за столом Руэна, книги разбросаны повсюду с распахнутыми страницами.

Раздается стук в дверь, и Теос громко стонет, обхватив виски руками, сгибаясь и быстро сглатывая. Моя голова пульсирует от сочувствия. Каликс усмехается и встает со своего обычного места у окна, направляясь к двери, чтобы открыть ее. К моему удивлению, там стоит Найл, одетый в свою обычную униформу Терр — темные брюки и такая же туника. Я поднимаюсь на ноги и направляюсь к двери, но как только он заходит внутрь и я вижу поднос с напитками в его руке, меня тошнит, и я резко оборачиваюсь.

Ныряя к пустой миски на одной из тумбочек в комнате Руэна, склоняюсь над ней сотрясаемая позывами к рвоте. Я чувствую жидкость у себя в животе, которая бурлит и устремляется вверх только для того, чтобы снова упасть вниз, как будто что-то еще удерживает ее внутри. Я чувствую слабость в костях, все мое тело охватывает позыв к рвоте, но из меня по-прежнему ничего не выходит.

— Уф. — Через некоторое время спазмы утихают, а затем и вовсе сходят на нет. Я вытираю лоб тыльной стороной ладони, обнаруживая, что он покрыт потом. Несмотря на то, что на самом деле меня так и не вырвало, кислый привкус во рту остается, как будто я выблевала свои кишки.

— Отвали, Каликс, — рявкает Теос, привлекая мое внимание.

Я поворачиваюсь к остальным и обнаруживаю, что Найл ушел. Черт возьми. Из моей груди вырывается стон, когда я тяжело опираюсь на тумбу с миской. Я надеялась поговорить с ним, узнать, как у него дела и слышал ли он что-нибудь от других смертных, которые прибыли с нами.

— Выпей это, или я с огромным удовольствием залью это тебе в глотку, брат, — невозмутимо говорит Каликс, не давая ни малейшего намека на беспокойство, в котором он признался мне ранее, по поводу того, что не может вспомнить большую часть прошлой ночи.

Отталкиваясь от подставки для миски, я ковыляю к кровати и опускаюсь на край, наблюдая за происходящим, приложив ладонь ко лбу. Горячая ванна помогла мне почувствовать себя немного лучше, но теперь, когда я здесь, боль в голове вернулась в полную силу и словно вонзает нож для колки льда в заднюю и переднюю часть черепа.

Теос с отвращением смотрит на чашку с жидкостью, которую Каликс протягивает ему. Мы оба понимаем, что он не шутит. Для Каликса это даже не угроза — он просто сделает то, что сказал, и ему будет плевать, что Теос разозлится. Осознавая это, Теос вырывает у него чашку и, злобно скривившись, заглядывает в мутное содержимое, верхняя губа поднимается, обнажая зубы.

— Пахнет, как бузина и навоз, — брезгливо бурчит он.

Каликс пожимает плечами и передает стакан Руэну, прежде чем поднять последний и подойти, чтобы передать его мне. Я делаю осторожный вдох и морщусь. Теос прав. Смесь пахнет действительно ужасно, но также и знакомо, и я узнаю в ней напиток, который Регис пил снова и снова. Поэтому я точно знаю, чего пытается добиться Каликс, предоставляя его нам.

Я поднимаю руку и зажимаю нос, прежде чем поднести край чашки к губам и запрокинуть голову. Если я думала, что такая жижа не может пахнуть хуже, чем будет на вкус, то стоило жидкости попасть к моему языку, я понимаю как ошибалась. Меня чуть не тошнит, когда я делаю глоток за глотком, быстро и эффективно осушая чашку. К тому времени, как выпита последняя капля, боль в моем черепе значительно уменьшилась.

Судорожно вздохнув, я поднимаюсь на ноги, подхожу к тому месту на столе, где стоит поднос, и ставлю ее на стол. Теос и Руэн оба уставились на меня, словно ожидая вердикта. Я жестом приказываю им поторопиться. Руэн хмыкает, но выполняет те же действия, что и я, поднося чашку ко рту и запрокидывая голову, чтобы проглотить ее содержимое как можно быстрее. Я не знаю, помогает ли на самом деле зажимание носа человеку избавиться от отвратительного вкуса, но для меня это, по крайней мере, приглушило запах, когда я пила. Руэну, похоже, все равно, когда он пьет жидкость, а затем, в конце концов, недовольный Теос следует его примеру.

Спустя несколько минут боль в моей голове почти прошла, и я могу сказать, что действие смеси действует на Руэна и Теоса. — Почему тебе не пришлось ничего пить? — Огрызается Теос, свирепо глядя на Каликса.

Взяв поднос и повернувшись к двери, Каликс ставит его на пол снаружи, звук опрокидывающихся чашек эхом разносится по коридору, прежде чем он снова закрывает дверь. — Мне это было не нужно, — вот и все, что он говорит.

— Что… именно произошло прошлой ночью? — Спрашивает Руэн, его слова звучат медленнее, чем обычно, как будто он пытается решить в своей голове сложную головоломку. Без сомнения, он пытается восстановить утраченные воспоминания о прошлой ночи, но приходит к очень немногому.