Чтение онлайн

– Дайте мне вашу руку, - скомандовала я все тем же голосом, призывно глядя на этого ловеласа в командировке. Завладев его охотно протянутой ладонью, я прошептала простейшее путеводное заклинание, выбрав конечной точкой маршрута здание городской стражи. Перед нами в воздухе появился клубок прозрачных нитей, конец которого был привязан к ладони Эндсона.

– Все, теперь вы точно не заблудитесь. Заклинание выведет вас к зданию стражи. Постоялый двор и трактир вы найдете неподалеку. Мой материнский инстинкт может спать спокойно, господин Эндсон, - едко проговорила я уже своим обычным тоном и, кивнув всем троим и напоследок окинув насмешливым взглядом ничего не понимающего Эндсона, сжимающего путеводную нить, направилась прямиком домой.

– Вот я и дома, - тихонько прошептала я, закрывая за собой дверь. Навстречу чинно вышел Серый и укоризненно ткнулся холодным носом в мою ладонь. Я опустилась на пол и обняла его за шею, зарываясь пальцами в густой мех.

– Мой дружочек, я сегодня иду в патруль. Знаешь, как я отвыкла? Мне совсем не хочется, а еще мне страшно. Вдруг я оплошаю и попаду впросак? Там ведь не только наши будут, но и эти герои, которых ты спас сегодня ночью. Нет, Керс поедет со мной и в обиду меня не даст, но мне все равно боязно. Ты, кстати, со мной пойдешь или у сестер Керса останешься? Ну, что скажешь?

Мой волк тихонько высвободился из моих объятий и, схватив зубами подол моего платья, заставил встать и последовать за ним на кухню.

– Есть хочешь? Верно, война войной, а обед - по расписанию, - продолжала я разговаривать с Серым, гремя тарелками на кухне.
– Вот, держи свое мясо. А меня на обед сестры Керса ждут, так что компанию тебе не составлю, извини, пойду собираться.

Серый не обращал внимания на мои разговоры, а методично щелкал челюстями, насыщая свой желудок. А я, честно говоря, за столько лет привыкла разговаривать вслух сама с собой или с Серым, если он был дома. Это все началось после смерти Александра. Мне было так тошно и одиноко, меня грызла совесть, мне казалось, что в тишине я сойду с ума. Разговоры с Керсом в ту, начальную пору нашего знакомства, были не столь откровенны и должного покоя не приносили. Чтобы случайно не выйти в окно, я начала разговаривать с собой - это здорово помогало не скатиться в бездну безумия. Тошнота и чувство вины со временем притупились, а привычка, к сожалению, осталась.

Я прошла в свою спальню и открыла шкаф, бездумно уставившись на полки с вещами. Что брать с собой, ума не приложу! Патрульное прошлое за пару лет оказалось безнадежно забытым. Я вытащила свой походный мешок и принялась складывать туда пару брюк, запасные рубашки, полотенце, гигиенические принадлежности, тонкое теплое одеяло и дорожный набор целителя. Когда вещи были уложены, я переоделась в узкие черные брюки, черную рубашку и теплую кофту, отобранную когда-то у Керса как раз для таких случаев. Из антресоли я достала высокие ботинки без каблуков и закрутила волосы в пучок. Из зеркала на меня смотрела прошлая я, привыкшая к такой жизни и находившая в ней свое удовольствие. Я так часто пыталась убежать от собственного одиночества, что любая возможность казалась мне даром свыше, а потом пришло горькое осознание: куда бы я ни убежала, я все равно беру с собой себя. После этого походная жизнь со всей ее романтикой неожиданных опасностей и бесконечных странствий потеряла для меня все краски и стала повседневной рутиной.

Сколько ни оттягивай, а идти все равно нужно. Я закинула за плечо мешок и вышла в коридор. Серый резво выбежал из кухни и тут же выскользнул в открытую дверь. Пока я возилась с замком, накладывая защитные чары, он скрылся в одном из переулков, густой сетью ответвляющихся от главной корлинской улицы. Со мной мое Серое величество идти не пожелало, и я в гордом одиночестве пошла к дому Керса. Он и две его младших сестры жили недалеко, буквально в 20 минутах ходьбы, в переулке по ту сторону главной улицы. Маленький и, благодаря стараниям сестер Керса, ухоженный домик всегда был для меня олицетворением настоящего семейного очага и тепла. Несмотря на постоянное ворчание и периодические упреки с обеих сторон, Керс и его сестры искренне любили друг друга. Девочкам повезло с братом, но и моему другу можно было позавидовать!

После короткого стука и дежурного вопроса "Кто там?" дверь мне открыла старшая из сестер - Аника, стройная и миловидная двадцатилетняя девушка с ярко-рыжими волосами и хитрющими зелеными глазами.

– Заходи, Лия! Мы уже отчаялись тебя увидеть, - поприветствовала она меня.
– Керс предупредил насчет обеда, так что сразу проходи на кухню. Джинни сейчас вернется с рынка, а мы с тобой пока просто поболтаем. До чего же я рада тебе! Напомни мне, пожалуйста, пожаловаться на Керса, а то он совсем от рук отбился!

Я только набрала воздуха, чтобы вставить в непрекращающуюся болтовню Аники хоть слово, как она скептически осмотрела меня с ног до головы и хмыкнула:

– Хотя, кому я собираюсь жаловаться на своего несносного братца? Его точной копии в женском обличии!

– Здравствуй, Аника, - наконец-то прервала я ее монолог.
– Я тоже рада тебя видеть.

Она только махнула рукой и, указав в сторону кухни, скрылась в глубине дома, что-то бормоча себе под нос. Я вздохнула, скинула свой вещмешок в коридоре и переобулась в тапочки, которые специально для меня купил Керс.

– Ты идешь или в коридоре будешь обедать?
– прокричала с кухни Аника.

– Иду-иду, - крикнула я в ответ и через полминуты уже сидела за столом светлой и обжитой кухоньки, где властвовала Аника. Она поставила передо мной тарелку со своим коронным блюдом - запеченной курицей с ломтиками ананаса, привозимого все из той же Индиры.

– О, а ты нас сегодня балуешь, - засмеялась я.
– Какой-то праздник?

– Нет, Лия. Просто душа захотела, понимаешь?

– Понимаю, - с умным видом согласилась я и взялась за вилку. Конечно, я ее не очень-то понимала. Я привыкла жить одна (Серый тут не в счет), кулинарными изысками баловать одну себя я не люблю, как и готовить в целом. Анике было для кого стараться, вот и все.

Мои философские раздумья прервала вернувшаяся с покупками Джинни.

– Лия!
– воскликнула она.
– Не прошло и полгода! Мне кажется, ты скоро забудешь, как мы выглядим.

– Ты преувеличиваешь, Джинни.

– Нет, ни капли. Куда вас опять с Керсом понесло?

– В патруль, - ответила я, отставляя пустую тарелку.
– Спасибо, все было чудесно!

– Не за что, - важно поблагодарила Аника.

– Ну, ладно, Керс, но ты-то зачем там?
– продолжала неудобные вопросы Джинни.

– Девочки, так сложились обстоятельства: магов в страже не хватает.

– А как это связано с введение военного положения в городе и слухами о красавчиках-боевых магах?
– прямо в лоб спросила меня младшая сестренка Керса. Я опешила: мне было неизвестно, что уже Керс сказал девочкам, поэтому я решила свести все к разговору о более близкой для их возраста теме:

– Ну, - загадочно протянула я, - насчет красавчиков - вопрос спорный и, вообще, это дело вкуса, но наглости им не занимать!

– Расскажи, расскажи скорее, - наперебой загалдели девочки, и я принялась рассказывать. В красках описала всю пресловутую троицу, особенно не скупилась на описание Эндсона, уже порядком мне поднадоевшего, в лицах изобразила утреннюю сцену его неудачной попытки моего соблазнения. В общем, когда на кухню вошел Керс, он застал своих сестричек весело хохочущими над несчастными магами.

– А кормить меня сегодня в этом доме будут?
– нарочито строгим голосом спросил он. Аника и Джинни тут же вскочили со своих мест и в четыре руки принялись накрывать на стол. Керс сел рядом со мной и, чинно подперев подбородок правым кулаком, наблюдал за хлопотами своих сестер. Затем мы все втроем с истинно женским умилением следили за тем, как Керс ест, и на все лады хвалили его здоровый мужской аппетит.