Чтение онлайн

С этими словами она запечатлела на моей щеке сестринский поцелуй. Нира украдкой наблюдала за Радоной и, могу поспорить на что угодно, хотела оказаться сейчас на её месте.

Официальная часть закончилась, поэтому все расселись возле импровизированного стола на одеяле и отдали должное кулинарным способностям Радоны. Берис вытащил из заначки вино, которым запасся, видимо, ещё во дворце, и разлил по ёмкостям типа походных кружек, имевшихся у каждого путешественника. О, мои недавние мечты начали осуществляться! Только даст ли брат дойти до нужной кондиции — это ещё вопрос вопросов, но организм, не привыкший к алкоголю, всё решил за меня. Стало хорошо. Очень хорошо. В теле появилась приятная лёгкость, так что вполне могла себя ощутить героем одного старого мульта, который и без волшебной палочки почувствовал вдруг возможность превращаться во что угодно.[1]

Я встретилась с пристальным взглядом Бериса, пытаясь сфокусироваться, но в голове стал нарастать гул, в глазах уже даже не двоилось, а четверилось и мельтешило, рассыпаясь снопами искр, напоминавших фейерверки. В районе солнечного сплетения полыхнул взрыв, казалось, опаливший до состояния обугливания все внутренние органы, кожу и отозвавшийся в голове дикой болью, которая вывернула мозг наизнанку. Появилось ощущение, что глаза сейчас тоже взорвутся изнутри и выплеснутся наружу из глазниц, а кожу с левой стороны груди обожгло холодом, как будто её намазали противокашлевым бальзамом с ментолом. Этот приятный холод немного остудил пылавшее от внутреннего жара тело, распространившись вверх и добравшись по шее до скулы.

Не в силах сдержаться, я закричала от нестерпимой боли. Краем уходившего в небытие сознания заметила Бериса и Радону, ринувшихся ко мне, круглые от ужаса глаза Ниры, а сбоку — вспышку света, разбавившую яркий солнечный свет сиреневым неоном…

Чей-то голос монотонно отдавался в голове буханьем тысячепудового колокола на звоннице, произнося слова, смысл которых доходил до меня с трудом. Но я почему-то знала, что надо слушаться и делать всё, что тот говорил. Он успокаивал, подбадривал, жалел и, невзирая на раздиравшую всё тело боль, заставлял успокаиваться и брать потихоньку контроль над своими эмоциями, разумом, этой дикой болью и той силой, что бушевала внутри меня.

Не знаю, сколько прошло времени. Продираясь сквозь огонь и холод, которые одинаково опаляли меня как изнутри, так и снаружи, под руководством неизвестного спасителя я смогла усмирить проснувшуюся магию, но это отняло все имевшиеся силы. Я провалилась в блаженное беспамятство.

Очнулась от ощущения, что чьи-то мягкие губы коснулись моих потрескавшихся, сухих, пергаментных; чужой язык раздвинул их и проник дальше, немного расширив расстояние между зубами, а затем в горло тонкой струйкой полилась вода. Голову поддерживали заботливые руки, чтобы я не захлебнулась: кто-то пытался меня напоить весьма экзотичным способом. Сделала глоток и незаметно приоткрыла глаза, чтобы из-под ресниц посмотреть на благодетеля.

Благодетельницу. Нира. Как же она решилась на такое? Новая порция влаги полилась в рот. В голове вдруг зашумело, а на поверхности кожи с левой стороны груди появилось неприятное ощущение, которое прокатилось колючими ёжиками вверх и царапнуло по шее. От неожиданности дёрнулась и открыла глаза.

Нира же на несколько мгновений замерла, а затем отшатнулась от меня, разрывая контакт и краснея. Странно, но после этого ежиное семейство перестало кататься по мне туда и сюда, а шум в голове почти сразу прекратился.

— Твой поцелуй спас меня от смерти, прекрасная незнакомка, — прошептала еле слышно, решив шуткой замять неловкую ситуацию.

— Я тебя не целовала! — возмутилась девушка. — Ведь ты… ты — не парень!

— Не парень? — изобразила на лице святую невинность.

— Я знаю, что ты девушка. Три дня за тобой присматривала, пока ты находилась в беспамятстве, — сердито сказала Нирона и сунула в руки кружку с водой. — Раз ты очнулась, то и пей теперь самостоятельно.

Она развернулась и собралась уходить.

— Нира! Подожди!

Я попыталась встать, но только выронила из слабых рук несчастное керамическое изделие, упавшее на пол и разбившееся вдребезги.

Девушка обернулась и, понаблюдав за моими тщетными попытками встать, всё же подошла и присела на стоявший рядом табурет, а я обессилено рухнула на подушку, возле которой бессменным стражем сидела Лулу.

— Прости, что утаила от тебя и Рады правду. Так было надо ради вашей же безопасности.

— Нашей безопасности?

— Да. То, что я чистокровная, вы уже знаете. Но я ещё и законная дочь одного очень могущественного высокородного. А Берис — его ристрак и мой брат. Мы ушли из дома, чтобы избежать ненавистного замужества и чтобы не перекрыли мою магию. Нас ищут. И хотя мы изменили внешность, нас могут в любой момент обнаружить маги-поисковики отца. Чем меньше вы знаете о нас, тем меньше сможете рассказать. Если бы мы тогда расстались, а на вас бы вышли ищейки, то рассказали бы им только известное. Даже маг разума не сможет выудить из памяти то, о чём вы не знаете. Верно?

— А почему ты не хочешь выходить замуж? Твой сговорённый жених урод или старик?

— Нет, он молод и красив. Но он — винктэсс, поэтому мне так ненавистен этот брак. Очень жаль, что из-за необходимости скрывать истину пришлось притворяться и случайно вызвать у тебя излишнюю симпатию. Заметила, как ты смотришь на меня. Я права?

Девушка покраснела и кивнула.

— Я думала — ты парень, но теперь знаю, что девушка. Я продолжу любить тебя… любить как сестру. Названную сестру или брата… Ведь ты и дальше, вероятно, не перестанешь скрывать свою сущность... — Она запнулась. — Если примешь мою сестринскую любовь… Сестринскую любовь простой крестьянской девушки из ресов.

— Конечно же, приму, — с облегчением вздохнула я. — Останемся сёстрами, а для непосвящённых — братом и сестрой. Если честно, то боялась, что ты обидишься.

— Нет, не обиделась. Я всё понимаю, — покачала она головой и начала собирать осколки кружки с пола. — Сейчас принесу тебе воды с едой и позову Отшельника.

Отшельника? Только после этих слов соизволила обратить внимание, где находилась. Полутёмная крошечная комната с аскетичной обстановкой. Ничего лишнего. Кровать жёсткая, а подушка, похоже, набита свежим сеном.

— Позови Бериса, пожалуйста.

— Берис и Рада ещё не добрались сюда.

— Не добрались? Сюда? Откуда не добрались? — запаниковала я.

— Когда твоя магия проснулась, а ты закричала, сестра и Берис бросились к тебе, но тут вдруг всё засветилось. В воздухе возник сияющий круг. Оттуда вышел старик, который и помог справиться с твоей магией. А потом он сообщил, что забирает тебя, иначе ты не выживешь. Меня он взял с собой, чтобы я ухаживала за тобой, а Берису и Раде сказал добираться до этого места своим ходом. Через портал все не смогли бы пройти. Я его сейчас позову.

Нира вышла, а я устало закрыла глаза. Этот обвал информации совершенно вымотал и выбил из колеи. Виски немного ломило. Я пока никак не ощущала своего нового магического статуса. Тело оставалось расслабленным и вялым, но пережитых недавно ощущений не испытывала. Лулу курлыкнула в ухо и перебралась на живот. Она легла и молча смотрела, посылая волны успокоения и сберегая мою многострадальную голову от боли.

Через некоторое время Нира вернулась с водой и миской каши. Она сообщила, что не смогла найти Отшельника, потому что он, вероятно, «са-мо-поз-на-ёт-ся». Девушка старательно произнесла это сложное для неё слово. Есть особо не хотелось, но она заставила проглотить половину каши, настойчиво уговаривая съесть «ну ещё немножечко».