Чтение онлайн

Юноша остановился, дождался, когда все выйдут, закрыл дверь и подошёл к повелителю.

– Не молчите. Скажите что-нибудь. Иначе моё сердце разорвётся…

– Ничего не изменилось. Не знаю уж, что на самом деле принесёт мне дар богов, но от тебя я не откажусь никогда. Ты мне веришь?

Ами выдохнул и кивнул.

Асор снова криво усмехнулся. Метка вела себя агрессивно по отношению к сердечному другу. Когда тот приближался к повелителю и касался его, она отзывалась неприятным покалыванием, а когда случайно задел, ударила по обоим такой сильной болью, что от неожиданности мужчины отскочили друг от друга и не сразу пришли в себя от потрясения.

Тогда Ланикхидар принялся изучать непонятное явление. Проведённые им эксперименты показали, что на прикосновения придворных магов и целителей во время осмотра отметина богов не реагировала, нейтральна оказалась она и к объятиям матери — вдовствующей асорэ. Лишь Ами вызывал у метки отторжение, она как будто намекала, что лишь истинная пара имела право на тело и душу Светоча Асории.

Прошло несколько дней с того происшествия. Настало время поговорить с риксом Эрсолизии, гостившим во дворце. Правители встретились в кабинете. Асор пригласил рикса присесть.

— Как ваше самочувствие, повелитель? — спросил Робенхаор.

— Благодарю. Всё хорошо. Я позвал вас, чтобы закончить наш прошлый разговор по поводу вашего предложения. Я не хочу нарушать договор и принял бы безоговорочно вашу вторую дочь в качестве супруги, но кое-что произошло.

Асор под удивлённым взглядом гостя расстегнул рубашку и оголил часть торса, явив тому почти заживший ожог. Линии рисунка стали более чёткими и немного побледнели, но не пропали до конца.

— Что это?

— Верховный жрец сказал, что это милость богов, а называется эта милость «истинная пара». Также он пояснил, что истинных обязательно притянет друг к другу. Что вы думаете по этому поводу, кер Робенхаор?

— Я не хочу идти против воли богов, — немного помолчав, сказал рикс. — Бедная моя девочка! Лайяриси так любит вас. Эта новость разобьёт её сердце.

— Неужели ваша дочь влюбилась столь сильно, увидев меня лишь один раз?

— Она давно влюбилась. Как только увидела портрет, что вы подарили моей старшей дочери.

— Да, по поводу грасии Эльсины: я приложу все усилия, чтобы найти беглянку. Мой кулон с портретом поможет в поисках. А договор… Его никогда не поздно расторгнуть — нужно лишь приложить свиток к знаку богов. У нас в запасе три года до совершеннолетия младшей грасии. Если за это время либо моя истинная, либо Эльсина не найдётся, то я возьму в жёны вашу вторую дочь. Великой Асории нужен наследник…

Барадиэль вышел из событийной волны и покачал головой. Ну что за упрямцы! Что один, что другая. Ангел-хранитель горестно вздохнул и нырнул в другой мир, где жил ещё один подопечный.

Глава 21. На пороге тайны

Всё, что сокрыто теперь, раскроет

некогда время.

Квинт Гораций Флакк

Кажется, мы с прадедом достигли консенсуса. Он почти не называл меня Эльсиной и даже стал относиться так, как будто я и впрямь его внук. Иногда ловила задумчивый взгляд, направленный в мою сторону.

Кроме обычных и магических тренировок, прадед знакомил нас с целебными травами, что могло тоже пригодиться в дороге. Мы ходили вместе с ним по ближайшей округе, где Отшельник заставлял искать необходимые ингредиенты для отваров, а затем в домике перебирали сырьё и сушили. Из-за этого запах в избушке стоял просто волшебный.

Дней через несколько, как только я достаточно окрепла после пробуждения магии и связанных с этим событий, прадед взял меня с собой в лес, который находился на противоположном берегу озера. Мы шли пешком, неся в руках по корзине. По какой-то причине Отшельник не пригласил остальных, даже своего второго правнука. Я же лишних вопросов не задавала, всё равно ответ не получу, если родственничек не посчитает нужным объяснить свои поступки.

Раннее утро. Местное солнышко только-только поднялось над горизонтом, а природа уже проснулась. Над озером летали небольшими стайками яркопёрые водоплавающие, ныряя в парящий над водой туман и выныривая из него через некоторое время. Их довольно неприятные голоса даже отдалённо не походили кряканье наших уток. Скорее напоминали вопли голодного ишака, чередовавшиеся со звуками, что получались, если подуть в бутылку — глухие и странные. Как из фильмов ужасов. Туман стелился и по земле, оседая на траве капельками росы, где отражались золотистые лучи проснувшегося светила.

Я куталась в плащ и шла за прадедом, стараясь не вывихнуть челюсть от зевоты — сегодня пришлось встать раньше обычного. Утренняя свежесть бодрила, прогоняя остатки сна. Лулу с комфортом ехала на плече и с любопытством обозревала окрестности, излучая в пространство восторг и радуясь новому приключению. Я ей откровенно завидовала — меня-то никто не нёс. Всё своими ножками.

Так, в молчании, дошли до границы леса. Прадед вдруг наклонился и сорвал какую-то былинку.

— Это бисинник. Его отвар ускоряет восстановление телесных и магических сил после чрезмерных нагрузок. Вам с Берисом он скоро потребуется. Будем раскачивать ваши источники, увеличивая их ёмкость. Эта трава растёт здесь, а я пойду в лес за другой составляющей отвара. Наберёшь полную корзину и найдёшь меня. Не бойся, здесь совершенно безопасно. Можешь отпустить своего зубельхориса поохотиться, — сказал Отшельник и вручил стебелёк с сиреневатыми зубчатыми листочками. Верхняя поверхность блестела глянцем, как будто её натёрли воском, а нижнюю покрывали пушистые ворсинки.

— А как я вас найду?

— По усилению головной боли. Кроме нас с тобой в ближайшей округе разумных нет.

Моя зверушка презрительно квакнула, но прадед никак не связал издаваемый ею звук со сказанным.

Даде скрылся за деревьями, я же, спустив Лу на землю, занялась поискам бисинника. Ящерка охотилась, но бдительности не теряла. Время от времени её довольная мордаха выныривала из росной травы, а затем снова пропадала.

Целебные былинки аккуратно складывала в корзину, прислушиваясь к звукам леса и озера. Едва овладев магией, при любом удобном случае пыталась учиться воспринимать стихии. Прохлада росы, что оседала на руках, туман, в котором брела, вспоминая мультяшного ёжика из своего прошлого детства[1], наполняло тело какой-то бесшабашностью. Захотелось крикнуть в белый кисель, что окружал со всех сторон: лооошааадь! Я вздохнула и задавила в зародыше вредоносный порыв. Это было бы равносильно провалу резидента. И так прошлый раз едва выкрутилась.

Но вот сдержать спонтанно возникшее желание тихонько, пока никто не видел, сделать хотя бы восемнадцать форм тайцзи не смогла. Тело просило этого. Казалось, сама магия требовала и подталкивала, чтобы выровнять внешнее и внутреннее, соединить силу окружающего пространства и тела, взять и отдать, соединить и растворить в себе.

Привычные плавные движения погружали в состояние полной гармонии с окружающей природой. Чужой мир наконец-то принял, вобрал в себя и слил душу, тело и магию в целое и неделимое.

Именно сейчас я почувствовала себя своей. Только сейчас. Почему не сделала этого раньше?

Вдох. Выдох.

Я знала, что прошло всего несколько минут, но казалось — мимо проплыли столетия. Мир вокруг стал другим, другой стала и я, но пора возвращаться в действительность. Бисинник сам себя не соберёт.

Как только корзина наполнилась, сразу отправилась искать прадеда, прислушиваясь к своим ощущениям. Вскоре голова начала побаливать, а я ориентировалась по этой боли, как в игре «Горячо-холодно». Лу шуршала травой, резво перебирая лапками, и тыкалась мордочкой то туда, то сюда, своей непоседливостью и неуёмным любопытством напоминая соседского спаниеля по кличке Арчи.