Чтение онлайн

–  А ты думаешь, что центральный блок должен быть обязательно как ящик?
– поинтересовался Джоска.

– Пусть не ящик. Коробочка, - улыбнулся Захар.

–  Даже наши технологии уже позволяют делать такие вещи микроскопическими, - возразил Аким.

–  Да. Чья же это технология?
– задумчиво произнес Захар.

–  Ты думаешь, все-таки люди?
– спросил Глеб.

–  Я даже не знаю, чтоб более вероятно, - ответил тот.

За несколько часов обследований накопилась какая-то информация, а за весь день поднабралось и усталости. Решили продолжить завтра, оставив нескольких человек дежурить. Джоска решил ночевать здесь, рассудив, что в случае необходимости его могут разбудить.

***

–  Привет, Палаша, - затопленным голосом произнес Глеб.
– Браннекен что говорит?

–  Привет, Глеб.
– Пелагея была несколько озадачена таким вопросом, заданным прямо вот так сразу.
– Что-то случилось? Как прошла операция? Браннекен... Ты что имеешь в виду?

–  Технология. Когда он ее запустит?

–  Последний раз он называл срок три месяца, но сам в это не верил. Это завершение разработок. А о полной готовности он не говорил вообще.

–  Спросишь?
– сухо продолжил Глеб.

–  Спрошу, - ответила Пелагея, понимая, что явно что-то случилось.
– Они там что-то уже навороченное паяют. Говорят, что будут встраивать дополнительную память, чтобы запоминать все, что люди будут видеть. Только спорят, какой потребуется объем. Я им говорю, что все запоминать не обязательно, достаточно запоминать избирательно, только то, что связано с заданием. Они утверждают, что отличить нужное от ненужного сложно. Бывает настолько непрямая связь, что лучше запомнить все, чем что-то забыть. Пускай мозг сам разбирается, что связано и как.

–  Подожди, а зачем вообще запоминать?
– спросил Глеб.
– Они потом с них информацию сливать будут?

–  Сливать не будут. Но люди в памяти смогут восстановить все мельчайшие подробности увиденного.

–  Ты серьезно? Это что реально?
– но по тону Глеба не было заметно, что эта новость его воодушевила и взбудоражила.

–  Говорят, реально. Тревор, кажется, в штабе, можно у него уточнить прямо сейчас.

– Уточни, пожалуйста, - попросил Глеб.
– И о сроках.

Она попросила найти Тревора, а сама продолжила:

–  Сейчас они решают, безопасно ли использовать память мозга для этого. Тогда вопрос только с пространством адресации, чтобы в нужный момент можно было вызвать нужное воспоминание. Или лучше использовать искусственную память.

–  Ты так во всем разбираться стала?
– заметил сухо Глеб.

–  А как же?! Этих ученых не поймешь! Мне же нужно как-то понимать, где они мне в прошлый раз чего-то недоговорили?!
– всплеснула Пела.
–  А ты какой-то скучный и прямолинейный сегодня, - заметила она.

–  У нас погибло четверо человек, - ответил Глеб.
– Мы не можем такими количествами терять своих людей. Их и так очень мало. Поэтому я испрашиваю, когда Нейт и Тревор думают заканчивать работу.

–  Уразумела враз, - ответила Пелагея.
– Что-то пошло не так?

–  Я не был вчера в штабе, но ты, наверное, звонила, слышала. Мы поймали одного. Мы допоздна возились с ним, изучали. На ночь оставили охрану. Тим говорит, что появились еще три грифа. Они уже не искали зачинщиков. Просто зачистили территорию, полностью уничтожили оборудование, соответственно все обесточили. Тим один успел убежать и спрятаться. Остальные погибли. Естественно наш гриф тоже ушел.

–  Это значит, он как-то сообщил о том, что его захватили, и передал свое местонахождение?

–  Возможно. Рации при нем не было. Единственный крупный предмет - это пистолет. Мы тоже ломаем головы. Видимо, есть какая-то связь. С другой стороны, если есть другая связь, почему наряд не нагрянул раньше? Мы несколько часов боялись, стояли на стреме, потом только расслабились.

–  Возможно, он, когда направлялся к вам, оставил где-то в участке данные, куда направился, что зафиксировал нарушение порядка, - предположила Пелагея.

–  Возможно. И они, не дождавшись его возвращения, ночью пошли ему на выручку, - достроил с иронией цепочку событий Глеб.
– А знаешь, Палаш, уточни у Колет, оставляют ли они в участках данные, куда направляются?

–  Она, вроде, тоже здесь была. Попробую найти ее.

Пока Пелагея разыскивала Колет и Тревора, Глеб продолжил разговор с Орестом.

–  Мне кажется, что не записываются они нифига нигде, - сказал Орест.
– Они в участках практически не появляются. Они же не приводят нарушителей, а избавляются от них!

–  Желательно знать точнее, чем кажется.

–  Ну, это насколько я понял с рассказов Колет, - уточнил источники своих предположений Орест.
– Грифы - это особое подразделение полиции. Достаточно закрытое.

–  Да, да, - подтвердила Колет, спешившая к мосту.
– Куда направляются, не говорят, и о проделанной работе в участке не отчитываются.

–  Ну, вот! Я же говорил, - утвердился в своей правоте Орест.
– Поэтому они так спокойно беспределят. Никто не считает, сколько народу они косят!

–  Глеб, вызывай, давай, Венец, да давай вместе все обсудим. Все равно же какая-то информация теперь есть. Всем нужно знать, - предложила Пелагея.

–  Аким, вызовешь? И собери наших. ОК?
– попросил Глеб Акима и продолжил общаться с остальными.
– Из материалов остались только фотографии. Видео уничтожено, так как все осталось там, мы не забрали сразу. Ну, и то, что осталось в наших головах.

Подключился Венец. Глеб попросил собрать у моста всех, кто находился в штабах.

–  Развезло его в пятно площадью метров в пять слоем меньше миллиметра, точно не измеряли. Мы попробовали посчитать. Это значит, в нормальном виде гриф должен быть полым, - добавил Захар к тому, что всем включившимся в разговор пересказал Глеб. - Слой состоял из, судя по всему, каких-то мелких однообразных крошек. Это же видно и на фотографиях при большом увеличении. Сами видите.

И в Чаше и в Венце на своих экранах уже рассматривали вовсю снимки.

–  Ну, как и в том случае со льдом. Тоже в пыль, - вспомнил Орест.