Чтение онлайн

–  То есть ты будешь моим хозяином!

–  Если ты будешь просто идти с нами, не делая никакой работы, никто не сделает вывод, что ты служник.

–  Ты же говорил, что у Вас есть служники-охранники? Они же ничего не таскают?

–  Я понимаю, Авдей, твои затруднения и отсюда упрямство. То есть не только лично твои, но ваши в целом, свойственные людям. Вы не желаете чувствовать себя неловко. Но я из лучших побуждений предлагаю тебе эту поездку. Ведь тебе здесь немыслимо скучно. Я предполагал взять с собой служника-человека, мне как изобретателю положено демонстрировать пример, но хорошо, не буду этого делать.

–  С тобой будет таскаться хвостиком опытный образец. Недоделка! Который к тому же ничего не может делать! Еще хуже!
– извернулась мысль у Авдея.

Деш блицем просчитывал ситуацию и логику этого опытного образца:

"Подавляющее влияние Супер-Эго очевидно. Оказавшись здесь, он лишился заработанного годами статуса в своем окружении. А самоидентификация с нефункциональной машиной в чьей-то собственности оказывается много ниже личной самооценки. Такая идентификация обусловлена стереотипами, привычкой все разделять на виды, классы, очерчивая всюду уровни нормы.

Серия словесных перепадов не могла не принести требуемого эффекта, ведь с одной стороны барьера был автор логики, а с другой стороны - ее заключенный.

Но разговор все же остался в рамках той же темы.

–  А у тебя есть свой служник-человек?
– поинтересовался Авдей.

–  Нет. Ты же не видел никого у меня в доме. Мы возьмем с собой старого служника, чтобы тебе было проще. Или..., - Деш подумал, что им могло бы быть даже интереснее вдвоем, - может, ты наоборот мог бы с ним... Впрочем, он все равно не знает твоего языка. Вы не сможете полноценно общаться.

–  Деш, ты говоришь, у меня нет маркера. То есть я не являюсь чье-то собственностью?

–  Да. Это так.

–  А есть еще такие люди? Настоящие? Здесь? Без маркеров?

–  Да.

–  Они все, как и я, изъяты с Земли?

–  Да. Но с Земли непосредственно сюда мы изъяли только десять человек. Остальные попали сюда с первого промышленного носителя, Клетиона, запуск которого оказался неудачным. А на первый носитель они попали именно с Земли. То есть с твоей точки зрения они настоящие.

Этим вопросом Авдей задел залежавшуюся проблему, которую Деш уже давно не знал, как решить. Он отвлекся, задумавшись об этом.

–  Неудачным? А что произошло?
– Авдею больше не над чем было задумываться, поэтому он продолжил начатый разговор, после того, как сам переосмыслил новости.

–  Что ты говоришь?
– переспросил Деш.

–  Ты говоришь, что первый запуск какого-то Клетиона был не удачным. Что там произошло?

–  Они так и не сумели договориться, - Деш развел руками.

–  Договориться о чем?
– Авдея не устраивало такое компактное объяснение.

–  Началось все с каких-то ваших собственнических замашек, страхов и банальных человеческих обид... Снова сложилось конфликтное нестабильное общество. Обиды не всегда, правда, глупые были.

–  Обиды всегда глупые, - перебил Авдей.

–  О! Это говорит человек! Но я тебе возражу. Обиды всегда обоснованы, поскольку это несоответствие двух разных мнений, двух разных оценок.

–  Каких оценок?
– нахмурился Авдей.

–  Твоей и еще чье-то. Это как два не равно пятнадцати. У вас, у людей, все имеет причину. Неравенство очевидно? Это и есть причина. Но обиды всегда разрешимы! То есть их на самом деле может не быть. И быть не должно!

–  Не должно быть неравенств?

–  Нет. Неравенства должны быть. Но они возникают при отсутствии полноты информации. Вы же часто что-то друг другу недоговариваете?

Авдею стало казаться, что он запутывается в этой низкоуровневой логике:

"Не хватало еще, чтобы программист мне начал объяснять, как устроена его сбойная программа!" - нарастало у него внутри возмущение в образах известных ему аналогий.

–  Ну, бывает, - нехотя ответил он.

–  А на что вы при этом надеетесь?

Авдей задумался.

–  Либо человеку просто не нужно о чем-то знать, либо он сам догадается.

–  А последнее чем-то гарантировано?

–  А это уже вопрос к разработчикам!

– Безусловно, так, - согласился Деш.
– Но по собственному опыту, ты как понимаешь?

–  Не факт, что догадается правильно.

–  И что в результате? Вы друг друга не поняли!

–  И, типа, затаили обиду, - закончил Авдей.
– А у вас нет обид? И даже понятия "обида"?
– поинтересовался Авдей, выводя беседу из дебрей.

–  В таких масштабах как у вас нет, - ответил Деш.

–  Никто не обижается, или никто не обижает? Это все-таки разные вещи!
– обратил внимание на последние слова Авдей.

–  Мы пытались понять, что такое есть у вас "обида". Из наблюдений за вами и вашими реакциями мы сделали вывод, что обида - это невысказанное противоречие. Невысказанное, значит и неразрешенное, поскольку дефицит информации не устранен. Очевидно, разумнее противоречия разрешить, чем копить. Вообще обида - это не самый короткий путь к взаимопониманию.

–  А вы, получается, всегда противоречия разрешаете?

–  Разрешаем. Они, правда, возникают очень редко, или разрешаются быстро. Во всяком случае, они открыты. А вообще говоря, у меня сложилось впечатление, что вы весьма противоречивы. Между собой.

–  Ну, так, наверное, было задумано!
– фыркнул Авдей.

–  Нет. А вот противоречивость внутри себя - это да. Это хотя бы объяснимо! Причем вы сами сумели частично раскрыть этот механизм. И вероятно, что борьба этих двух противоречий, а это уже тоже противоречие, и является причиной обид.

–  Противоречия между противоречиями... Ерунда какая-то!

–  Отчего же? Посуди сам. Вот между двоими возникло разногласие. Противоречие. Вместо того, чтобы стремиться его разрешить, каждый из них или кто-то один сам не может принять решение, хочет ли он это противоречие разрешить. Если и хочет, то не может решить, как это сделать, когда сделать. Плюс еще десяток всяких "если"..., плюс злоба, упрямство... у вас очень много таких возведенных в ранг чуть ли не культа качеств, от которых, вы не можете отказаться, хотя и понимаете, что они вам мешают.