Чтение онлайн

Глубокое понимание сущности принципов-методов, их правоприменительного и иного назначения невозможно без обращения к зарубежному опыту. Причем сравнительно-правовой метод должен применяться не только при изучении отдельных принципов названной категории. Интересным представляется исследование самой возможности существования такого явления, как «принцип-метод», в иностранном гражданском праве.

Для ответа на поставленный очень сложный и, очевидно, дискуссионный вопрос необходимо обратиться к законодательству и доктрине зарубежных стран. Не претендуя на всестороннее разрешение поставленной задачи, посмотрим, как на него отвечает право того или иного государства. Разумеется, сформировавшегося учения о принципах-методах цивилистическая наука зарубежных стран не знает. Вместе с тем при анализе интересуемой нас проблемы следует обращать внимание не на тот факт, что доктрина той или иной страны не оперирует термином «принцип-метод», а на то, что какие-либо явления со всей очевидностью соответствуют признакам принципов-методов. К таким важнейшим характеристикам относятся следующие: принадлежность принципов-методов к началам второго уровня (они частное проявление целеполагающих принципов, выражают конкретные приемы и способы последних), тесная связь с методом гражданского права.

В теории права общепризнано деление национальных систем права на семьи, в частности на романо-германскую, англо-саксонскую, религиозно-общинную [170] . Некоторые авторы предлагают другое количество правовых систем (от пяти до восьми) [171] . В действительности, как представляется, цель подобного деления не классификация сама по себе, а желание как можно глубже изучить право того или иного государства.

В странах романо-германской правовой семьи «на первый план выдвинуты нормы права, которые рассматриваются как нормы поведения, отвечающие требованиям справедливости и морали» [172] . Получается, что так или иначе принципы-методы необходимо искать в нормах законодательства таких государств. Хотя здесь следует оговориться, что в работах различных авторов все больше и больше утверждается положение о том, что принцип права даже в странах романо-германской семьи может и не быть прямо закреплен в правовой норме. Так, в тех случаях, когда закон необходимо «приспособить» к реальным жизненным обстоятельствам, суд применяет правило общего характера, доказывая тем самым исключение из специальной нормы. К примеру, в Германии таким общим положением служит правило о «доброй совести» [173] . Уже приведенное суждение наводит на мысль, что нормы общего характера, используемые судами для решения тех случаев, которые не подпадают под действие специальных норм, являются принципами-методами, так как соответствуют их важнейшей характеристике: выражают конкретные приемы и способы достижения важнейших целей права.

Французский автор Ж.-Л. Бержель, рассматривая различные классификации принципов права, указывает, что наиболее предпочтительной является их деление на направляющие и корректирующие. По мнению автора, предложенная классификация показывает роль общих принципов в юридическом устройстве и эффективно дополняет классификацию принципов по сфере их распределения [174] . Представляется, что деление принципов на направляющие и корректирующие подтверждается историей развития французского гражданского права. Например, в 1791 году были отменены повинности и все нормы, устанавливающие особые привилегии в зависимости от пола и возраста. Общая цель политики и права, выраженная в предоставлении всем гражданам равных прав, нашла свое отражение, в частности, в важнейшем принципе наследственного права: «Все наследники в равной степени наследуют в равных долях имущество, причитающееся им по закону» [175] .

Появлению Французского гражданского кодекса 1804 года предшествовала Великая французская революция, прошедшая под девизом «Свобода, равенство, братство». В основу развития нового общества были заложены и законодательно закреплены принципы неприкосновенности собственности, свободы договора, семьи и наследования [176] . Получается, что девиз «Свобода, равенство, братство» – важнейший целеполагающий (или направляющий – в терминологии Ж.-Л. Бержеля) принцип, которым руководствовался законодатель при принятии правовых актов того времени. В гражданском праве это выразилось в названных принципах, которые, являясь своеобразными принципами второго уровня, основой гражданского законодательства, нашли свое отражение в отдельных нормах и правоприменительной практике. Соответственно, само становление и развитие французского гражданского права показывает, что для него характерны принципы-методы.

Более того, опыт Франции доказывает, что принципы-методы, если они грамотно сформулированы, могут эффективно решать правоприменительные задачи. Например, французское деликтное право состоит всего из пяти статей (1382–1386), которые почти без изменений действуют до сих пор с 1804 года. Фактически эти пять статей установили принципы обязательств, возникающих вследствие причинения вреда.

Помимо этого, французские авторы отмечали роль принципов в процессе толкования норм гражданского права. Так, Francois Chevallier пишет, что понимание общих принципов позитивного права осуществляется различными способами. В силу прямого подхода принцип должен быть прямо закреплен в правовой норме. Например, принцип утверждает, что «каждый человек свободен в заключении договора или отказе от договора, выборе контрагента, определении содержания и формы договора в пределах, установленных законом». Следующий принцип предусматривает, в свою очередь, что «договоры должны быть исполнены добросовестно». Но можно использовать и косвенный подход, согласно которому общие принципы могут быть установлены через понимание правил, установленных ранее. Таким образом, сформировано положение о том, что «подрядчик, который знает или должен знать информацию, значение которой является решающим для согласия другой стороны, должен ее сообщить». В данном случае принципы свободы договора и добросовестности не только находят свое отражение в конкретных нормах закона, но и используются в качестве приема толкования этих норм. То есть прямой и косвенный методы понимания общих принципов не взаимоисключают друг друга, а дополняют [177] .

Принципы-методы в предложенном их понимании актуальны и для других европейских государств. Например, ст. 1 Гражданского кодекса Испании определила возможность применения общих принципов для разрешения дел в суде при отсутствии подлежащих применению закона или обычая [178] . При применении и толковании норм суд принимает во внимание также принцип справедливости (ст. 3). Принципы гражданского права Испании имеют значение при определении вопросов регулирования отдельных отношений, в частности договоров аренды транспортных средств [179] .

Особенность гражданского права Германии, как и всех стран так называемой пандектной системы, состоит в том, что Германское гражданское уложение (далее – ГГУ) содержит общую часть, посвященную лицам, вещам и сделкам. В этой связи показательно замечание Я. Шаппа: в ГГУ нашел свое отражение общий принцип гражданского права – принцип частной автономии, «лицо свободно и поэтому правоспособно. Вещь же несвободна и является предметом свободного господства со стороны отдельных лиц. В сделках реализуется свобода действий лица» [180] . Получается, что общий принцип частной автономии выражается применительно к различным институтам немецкого гражданского права в других началах, которые, очевидно, являясь основой института, формируют конкретные приемы и средства правового регулирования. Например, принцип господства лица над вещью (иначе: неприкосновенность собственности) выражается в конкретных нормах ГГУ. О важности подобных общих норм Я. Шапп пишет: «совершенно очевидно, что невозможно создать закон, который описывал бы каждый тип случаев… Отсюда видно, что в любом случае мы возвращаемся к общим правовым понятиям» [181] .

Согласно ст. 4 Гражданского кодекса Швейцарии, в тех случаях, когда закон ссылается на оценки обстоятельств или правило добросовестности, суд должен принять решение в соответствии с принципами справедливости и равенства [182] . Подобные правила широко применяются по отношению к частным вопросам швейцарского гражданского права. Так, применительно к проблеме установления обеспечительных мер в сфере интеллектуальной собственности подчеркивается, что законодатель доверяет судам и считает, что многие аспекты должны решаться при помощи таких принципов, как соразмерность и добросовестность [183] . Следовательно, названные принципы определяют приемы и средства правового регулирования, становятся инструментом для суда, при помощи которого он разрешает дело и выносит решение.

Конец ознакомительного фрагмента.