Чтение онлайн

И этот взгляд был на самом деле.

В тёмном углу, чуть поодаль, стоял Филлип. Он наблюдал за ними, почти неподвижно, словно тень, с руками в карманах пальто. Его взгляд следил за каждым их шагом, но они этого не видели.

— Ты уверена, что всё в порядке? — спросил Женя, заметив её напряжение.

— Да, да, всё нормально, — быстро ответила Настя, хотя сердце её бешено колотилось.

Филлип сделал шаг вперёд, осторожно, почти бесшумно, и начал следовать за ними с некоторого расстояния. Он держался в тени, уверенно, почти невидимо.

Настя шла быстрее, подталкивая Женьку к дому, но внезапно Женя споткнулся на мокрой плитке. В этот момент Филлип подошёл совсем близко. Один быстрый, точный удар — и Женя рухнул на землю без сознания. Он даже не успел увидеть лицо напавшего — тот стоял к нему спиной.

Настя замерла, не в силах поверить.

— Женя! — закричала она, бросаясь к нему. Но Филлип стоял в тени, почти исчезая в темноте. Лишь лёгкий контур пальто, короткий блеск глаз — и он исчезал так же быстро, как и появился.

Женя был неподвижен, без сознания, Настя пыталась тронуть его плечо, отчаянно зовя на помощь. Сердце её колотилось, адреналин разливался по венам — Филлип снова показал, что он в любой момент может вмешаться, тихо и точно, и никто не заметит заранее.

В следующую секунду, когда я нависла над Женей, пытаясь привести его в чувство, Филипп схватил меня за руку и потянул к машине, грубо бросил на заднее сиденье. Я пыталась сопротивляться, но моих сил не хватило. Одной рукой он держал меня, а другой достал тряпку из кармана своего пальто и прижал к моему носу. Я честно боролась до последнего, пока не отключилась.

Настя очнулась с ощущением, будто голова раскалывается. Каждое движение причиняло боль, глаза с трудом привыкали к свету. Она моргнула несколько раз и поняла, что не в своей комнате.

Стены вокруг были незнакомыми, мебель — чужой, а воздух пах тяжело и непривычно. Настя села, стараясь собраться с мыслями, и сразу заметила его.

В нескольких шагах от неё, в высоком кожаном кресле, сидел Филлип. Он наблюдал за ней спокойно, почти непринуждённо, скрестив руки на груди.

— Доброе утро, зая, — его голос звучал тихо, но холодно. — Проснулась?

Настя сжала руки в кулаки, пытаясь удержать дрожь. Каждое её движение отзывалось страхом, но и ясностью: она не знала, где она, и это было чужое место.

— Где… я? — голос дрожал. — Что… ты здесь делаешь?

Филлип слегка улыбнулся, но в улыбке было что-то опасное, словно обещание, что всё будет идти по его правилам.

— Всё просто, — сказал он спокойно. — Сейчас ты здесь, и мы можем спокойно поговорить.

Настя глубоко вздохнула, пытаясь собраться и понять, как выбраться или хотя бы узнать, что происходит. Сердце колотилось, разум работал на пределе — она понимала: сейчас важно не паниковать и искать хоть малейшую возможность действовать.

Голова трещала, мысли путались, но одна мысль повторялась снова и снова: она здесь не по своей воле.

Филлип всё ещё сидел в кресле, наблюдая за каждым её движением. Он не делал резких шагов, но в тишине его присутствие казалось давлением, которое трудно игнорировать.

— Где я? — спросила Настя снова, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — И зачем ты меня сюда привёл?

— Спокойно, зая, — сказал он мягко, почти ласково. — Сейчас тебе нужно прийти в себя. Всё остальное — потом.

Настя глубоко вдохнула, пытаясь успокоить дрожь в руках и ногах. Её разум искал любые зацепки: двери, окна, мебель — что можно использовать, чтобы понять, где она и как выбраться.

Она заметила, что на столике рядом с креслом лежал его телефон. Сердце подсказывало, что это шанс — и пока Филлип наблюдает за ней, она могла попытаться понять, есть ли сигнал или подсказка, как выйти.

— Я не собираюсь здесь сидеть и ждать, — сказала она, стараясь придать голосу уверенность, — так что объясни всё быстро.

Филлип медленно улыбнулся, слегка наклонив голову. В его взгляде было что-то неизменное: спокойствие, контроль и уверенность. Он не спешил отвечать, позволяя Насте почувствовать, что ситуация полностью под его наблюдением.

Настя глубоко вздохнула и начала осторожно оглядываться по комнате, запоминая каждую деталь. Любая мелочь могла стать ключом к её выходу.

— Знаешь, зая… — начал он, слегка наклонив голову, — мне жаль. Жаль, что всё, что я делал… иногда было неправильно, больно.

Настя напряжённо сжала подол пледа, стараясь не показывать, как слова бьют прямо в сердце.

— Но одно я знаю точно, — продолжил он, голос тихий, но уверенный, — ты моя. Только моя. И никакой сопляк не сможет встать между нами.

Настя почувствовала, как внутри что-то дернулось. Её разум кричал, что нужно быть осторожной, что она в чужой квартире, и всё ещё не понимает, зачем здесь Филлип. Но одновременно слова звучали слишком убедительно, чтобы их игнорировать.

— Ты серьёзно… — выдохнула она, пытаясь сохранить хладнокровие. — Даже после всего, что было… ты…

— Да, — перебил он, мягко, но решительно. — Я хочу, чтобы ты знала: никто и ничто не сможет быть между нами. Ты моя, и я это чувствую сильнее всего.

Настя глубоко вдохнула, сжимая подол пледа, стараясь придать голосу твёрдость:

— Филлип… — начала она, поднимая взгляд, — ты больной. Тебе нужно лечиться.

Он слегка нахмурился, но не сделал ни одного движения, словно слушал каждое её слово.

— Между нами давно всё закончилось, — продолжила Настя, голос уже не дрожал. — Всё, что было… прошло

Филлип замер, взгляд его стал тихим, почти без эмоций. Он слегка кивнул, будто принимая услышанное, но в его глазах оставалось что-то неуловимое — смесь интереса и тихой опасности.

Настя почувствовала, как её сердце всё ещё колотится, но теперь вместе с ним пришло ощущение внутренней силы: она ясно дала понять, что никто не сможет её запугать и заставить что-то принять.

— Я не собираюсь возвращаться к прошлому, — сказала она, вставая с кровати и делая шаг назад. — И тебе пора принять это.