Чтение онлайн

– Кира, вытаскивай эту штуку! – крикнул я, пытаясь перекрыть грохот камнепада. – Быстрее!

– Не получается! – донеслось в ответ. Лицо у неё было белым как полотно, но глаза горели упрямым огнём. – Иглу зажало! Намертво!

Она упёрлась ногами в пол и тянула инъектор на себя со всей силы, но без толку. Аппарат не двигался ни на миллиметр, будто приварился к сокращающейся чёрной плоти. Это было всё равно что пытаться выдернуть занозу из пальца титана.

И вдруг всё замерло.

Так же внезапно, как и началось. Грохот прекратился. Тряска ушла. Безумные вспышки света погасли. Наступила такая тишина, что в ушах зазвенело. Даже пульсирующая боль в голове исчезла.

Мы застыли, переводя дух и боясь издать хоть звук.

– Оно… того? Отмучилось? – шёпотом спросил капитан, с опаской выглядывая из-за своего корня.

Я посмотрел на центральный узел. Он больше не двигался, просто висел в воздухе – огромный, чёрный, абсолютно безжизненный шар. Контейнер с антидотом был пуст до последней капли.

– Лиандра, что на сканерах? – спросил я, хотя и сам уже догадывался.

– Пусто, Влад, – голос доктора звучал растерянно и тихо. – Абсолютно. Никакой биологической активности. Ни нейронных импульсов, ни сердцебиения… Ничего. Словно его никогда и не было.

На душе стало гадко и тяжело. Неужели мы опоздали? Притащили лекарство, которое оказалось последним гвоздём в крышку гроба? Чувство вины, которое и так давило на плечи, теперь грозило просто впечатать меня в пол. Я пришёл сюда исправить ошибку своего прошлого «я», а в итоге просто добил то, что он сломал. Отличная работа, Влад.

– Эй… – вдруг выдохнула Кира. – Смотри.

Я поднял голову и проследил за её взглядом. Чернота шара становилась глубже, словно мы смотрели не на кусок больной плоти, а в открытый космос, в самую бездну. И по этой бархатной черноте пробежала первая искорка. Тонкая серебристо-синяя нить. За ней вторая, третья… Они начали сплетаться, пересекаться, вырисовывая на поверхности сферы сложнейший узор, до боли напоминающий схему на материнской плате какого-нибудь сверхмощного компьютера.

Кристаллические наросты, эти уродливые болячки по всей пещере, не осыпались. Они начали светиться изнутри тем же холодным, синим светом. Их острые, безобразные грани стали плавиться и сглаживаться, поверхность становилась гладкой, как полированный металл. Они менялись на глазах, превращаясь из симптомов болезни в детали какого-то невероятного механизма.

– Ничего себе… – прошептала Кира. В её голосе смешались шок и чисто профессиональный восторг механика, увидевшего чудо техники. – Оно не умирает. Оно… систему переустанавливает! Апгрейдится!

Лучше и не скажешь. «Великое Древо» сожрало вирус, разобрало его на составляющие и использовало полученную информацию, чтобы стать чем-то другим. Чем-то новым.

И тут в моей голове снова зазвучал голос.

Но на этот раз это была не боль. Это были не слова, а чистые мысли.

Первая мысль была волной тёплого света, смывающего вину. «Благодарность».

Вторая – ощущением, что мы больше не чужие в этом лесу. Что нас приняли, поняли. «Единство».

И третья, самая странная. В голове вспыхнул образ: живые лианы и холодные кристаллы, органика и технология, сплетаются в одно целое. Не враждуют, а дополняют друг друга. «Симбиоз».

Чёрный шар в центре пещеры окончательно изменился. Теперь это была идеальная сфера из тёмного материала, по которой бежали миллионы синих огоньков. Она тихо и ровно гудела, как идеально настроенный двигатель звездолёта. Инъектор с тихим щелчком отсоединился и повис на шланге, покачиваясь.

Весь лес вокруг нас изменился. Он всё ещё был живым, но теперь в нём чувствовалась… логика. Порядок. Словно мы стояли внутри гигантского живого компьютера.

Я посмотрел на Киру и капитана. По их ошарашенным лицам я понял – они тоже это почувствовали.

– Ну и денёк, – наконец выдавил из себя Семён Аркадьевич, отпуская свой корень. – Сначала чуть не прибило, а теперь вот… это.

Мы пришли сюда, чтобы спасти умирающий мир. А вместо этого, кажется, создали новый.

Обратный путь через лес напоминал прогулку по парку, который за ночь переделал какой-то сумасшедший дизайнер. Всё вокруг выглядело иначе. Ещё недавно мёртвые, обугленные деревья теперь оплетали тонкие серебристо-синие нити. Они тихонько светились в сумраке, будто кто-то развесил по всему лесу новогодние гирлянды. Уродливые кристаллические наросты, похожие на болячки, сгладились, превратившись в причудливые узоры, которые напоминали то ли экзотические цветы, то ли материнские платы. Дышать стало на удивление легко, а гнетущая тишина сменилась едва слышным, приятным гулом, словно воздух наполнился энергией. Лес обновился.

Когда мы выбрались на поляну к нашему шаттлу, стало ясно, что нас ждали. У самого трапа стояла делегация блориан – такая же молчаливая и неподвижная. Но что-то изменилось в их огромных янтарных глазах. Пропал страх и боль, вместо них появилось спокойное, чистое любопытство.

Один из них, тот самый, что встретил нас первым, шагнул вперёд. Он медленно подошёл ко мне, держа в своих крошечных лапках кристалл.

Это был геодит, цель нашего визита. Только он совсем не походил на те уродливые чёрные камни, что валялись в лесу. Этот был идеальной формы, гладкий, многогранный и светился изнутри ровным синим светом. Точно таким же, как и сердце «Великого Древа». Блорианин протянул его мне. Я аккуратно, боясь раздавить его тонкие пальчики, взял подарок. Кристалл оказался тёплым и неожиданно тяжёлым. В его глубине, как звёзды в миниатюрной галактике, мерцали крошечные искорки.

– Спасибо, – сказал я тихо, понимая, что они меня не поймут. Но жест был важнее слов.

Но, как оказалось, это был не главный сюрприз.

– Влад… – голос Киры прозвучал как-то неуверенно. – Посмотри наверх.

Я поднял голову к нашему кораблю, висевшему на орбите. И на секунду забыл, как дышать.

От поверхности планеты к «Рассветному Страннику» тянулись десятки, а может и сотни живых лиан. Точно таких же, что мы видели в пещере. Но теперь они были усилены блестящими металлическими волокнами и больше походили на какие-то биомеханические кабели. Они оплетали наш корабль, словно дикий плющ, но делали это с какой-то пугающей, осмысленной точностью. Лианы вживлялись в обшивку, стягивали старые шрамы от метеоритов, срастались с металлом в тех местах, где виднелись следы былых битв. Весь корпус «Странника» медленно покрывался тонкой, светящейся синей паутиной, которая на глазах становилась частью его брони.

– Чтоб меня! – выдохнул капитан, задрав голову. – Это что ещё за самодеятельность?! Кто разрешил портить корабль?! Это же несанкционированная модификация!

Но в его голосе не было злости. Только шок и чистое, ничем не замутнённое изумление.

В этот момент из «Полярной Звезды» выкатился Гюнтер. Видимо, наше долгое отсутствие нарушило его внутренний распорядок. Его красный окуляр сфокусировался на преображающемся корабле. Робот замер, внутри него что-то зажужжало, засвистело – он явно задействовал все свои аналитические мощности.

– Achtung! – наконец проскрипел он. – Анализ завершён. Органическая биомасса, интегрированная в обшивку, не соответствует кулинарным стандартам класса «А». Категорически не рекомендуется для употребления в пищу. Однако, как самовосстанавливающийся композитный материал… – Гюнтер на мгновение замолчал, подбирая слово. – Весьма effizient!

Кира не выдержала и расхохоталась. Немного нервно, но зато от души.

– Эффективно, значит? – она по-дружески хлопнула робота по его блестящему куполу. – Да это же гениально! Кэп, ты понимаешь? Наш корабль… он теперь наполовину живой! Это же бесплатный апгрейд!