Чтение онлайн

— Я вижу, тебя с обновкой можно поздравить? — взгляд женщины поймал в поле зрения небольшие серебряные ниточки, мелкой пульсацией оплетающие правую руку Тиввалта. То появляясь, то исчезая на темной коже, они были особенно заметны.

— Аа… дааа… — с удовольствием протянул мужчина, и напряг свои бицепсы, без стеснения демонстрируя их силу. Он выдвинул руку прямо перед Исой, встав в классическую позу бодибилдера, чтобы та могла в полной мере оценить его мускулы.

— Оптические нити с кибернетическими нано-ботами, — продолжил бармен. — Позволяют в пять раз увеличить силовой лимит.

— Куда тебе еще увеличивать лимиты, ты и так вон какой огромный! — засмеялась толстушка и отпила из большой кружки горячий кофе со сливками.

— Совершенству нет предела, — ответил мужчина без особой горделивости, но с легким пафосным налетом.

Услышав о совершенстве, женщина в который раз мысленно поблагодарила свой метаболизм за идеальную фигуру, являвшуюся следствием хороших генов, а не питательности съеденного. Тиввалт наклонился, скрывшись за стойкой почти целиком. Осталась видна только широкая поверхность большой спины. Начавшееся методичное перебирание посуды периодически отмечалось легким позвякиванием. Каждый погрузился в свои мысли. Женщина думала о господине Майере и том, что с ним могло случиться. Пришлось с горечью признаться себе в том, что время прибытия на помощь оттягивается сознательно. Страшно было увидеть свое светлое прошлое в больничной палате. Теперь — печальное и сломленное прошлое.

Отец госпожи Цвейтль почти всю жизнь дружил с Варгандфидом-старшим, будучи его личным лечащим врачом. Многолетнее общение давно вышло за рамки чисто деловых отношений. Семьи частенько собирались в загородном доме ученого. Госпожа Варганфид готовила такие прекрасные булочки с кремом, что запах воспоминаний до сих пор вызывал аппетит. Будучи заядлыми рыбаками, мужчины часто проводили время на берегу озера, иногда больше внимания уделяя спиртным напиткам, нежели рыбе. Мать будущего психолога сильно расстраивалась по этому поводу, строя совместно с женой ученого планы по возвращению мужей в дом. Майер, тогда уже почти сформировавшийся юноша, вечно суетился и куда-то спешил. У него всегда находились какие-то идеи и разработки. Однажды, несмотря на свою крайнюю загруженность, парень взял на себя школьный проект Исы. Одним из самых ярких воспоминаний ее детства стал день, когда они с дядей Майером заявились в школу с огромным гравитационным динозавром. Он возник прямо из воздуха, собравшись из множества разноцветных шариков, наполненных гелием. Они двигались и волновались, делая движения животного удивительно живыми. Визг одноклассников и одобрительные взгляды учителей тогда запомнились на всю жизнь. К сожалению, после смерти Варгандфида-старшего их пути разошлись. Годы шли один за другим. Только изредка, раз в несколько лет, находилось время встретиться вместе с родителями за одним столом.

Бармен прибавил звук голографического вещателя. Затем снова взял какой-то бокал и принялся тщательно его натирать.

Из пленительной задумчивости Ису вырвали слова, донесшиеся из прибавленного динамика: «…Общество все еще расколото на части. Вчера прошли протесты противников глобализации по всему миру. Они вылились в погромы и массовые беспорядки. Арестовано свыше тысячи человек. Напомним, что большинство землян, включая цифровую вселенную, выступают за объединение с колониями Марса, Луны и Венеры. Создана петиция за отмену монополии ОЗК на телепорты. Неожиданную позицию заняла Церковь, наложив полный запрет на использование порталов мгновенного перемещения внутри официальных представителей конфессий. Патриарх Московский Иоаким третий так же призвал землян последовать их примеру. Религиозных догматиков резко осудили экологические организации по всему миру. Так, по данным всемирной ассоциации «Живая планета», телепорты кардинально меняют экологическую ситуацию в положительную сторону. Напомним, ранее Церковь уже запрещала импланты и кибернетические…»

— С ума посходили, им лишь бы все запрещать. Так и до средневековья недалеко, — громко посетовал Тиввалт, пару раз моргнув красным глазом. Тот, немного пощелкивая и журча, покрутил оптическим элементом.

— Пусть делают, что хотят. Телепорт, я вижу, ты перенес? — оглядываясь, спросила Иса.

— Перетащил к углу здания. Ты не представляешь, какая очередь тут собиралась по вечерам… Места посетителям совсем не хватало. Странно, что ты не заметила.

— В последнее время я очень рассеяна, — доев и выпив последнее, женщина начала собираться. — Сколько с меня?

— Нисколько. Сегодня обед за мой счет. Это тебе в благодарность за созерцание прекрасных форм, — улыбка мужчины была лучезарна, а язык — действительно без костей.

— О, ты просто душка, Тиввалт. И у тебя лучший кофе на улице, — заговорщицким тоном, с легкой долей кокетства поблагодарила Иса.

Комплимент дошел до нежного сердечка бармена и тот, наверняка, покраснел. Жаль, что разглядеть этого было нельзя.

Госпожа Цвейтль вышла на улицу в приподнятом настроении. Сладкий кофе и хороший обед сделали свое дело. Хотелось дальше жить и нести прекрасное в этом мир. То бишь, себя.

Еще не так давно перед баром находилась оживленная улица и транспортный тоннель с прозрачными стенами. По последнему то и дело носились мобильные капсулы с пассажирами, но от тех времен мало что сохранилось. Многоуровневые дороги все еще составляли неотъемлемую часть внешнего облика города. Правда, потихоньку их вытесняли стационарные и частные телепорты. Приемники устанавливались на каждом углу, но устройства плохо справлялись с потоком, очереди к ним все еще оставались огромными. Несмотря на это, модернизация шла вполне уверенными, широкими шагами.

Из некогда оживленных высотных трасс сделали своего рода «зеленые радуги». Инженеры гидропоники неплохо постарались. Решение не демонтировать пережитки прошлого, трансформировав их в своеобразное архитектурные наследия, не вызвало сопротивления народа. Пышные, величественные линии в небе из цветов и листвы олицетворяли теперь переломную эпоху в истории человечества. Рассекая небеса, они переплетались между собой и все еще действующими путями. Люди могли наблюдать пышность красок самых разнообразных цветов, петляющих, порою, прямо между гладкими небоскребами. Особенная красота наблюдалась ночью, когда лепестки флюоресцировали красным, синим, зеленым и фиолетовым свечением. Словно тысячи, миллионы светлячков, поднявшихся в небо.

На все так же оживленной пешеходной улице двигался плотный людской поток. Все, как обычно, куда-то спешили. Очередь к стационару оказалась не менее загруженной, но отстоять ее все равно было проще, чем добираться своим ходом. Взяв свой номер, Иса принялась ждать.

Прошла примерно пара минут, как в стройный хаос буднично движущейся толпы ворвалась незапланированная сумятица. В нескольких метрах от телепорта начали останавливаться люди.

— Что там? — спросила Ису рядом стоящая пожилая женщина.

— Не знаю, — честно ответила та, пытаясь разглядеть, что происходит.

— Вы видите, видите это? — среди недоумевавшей толпы, притягивая взгляд к своими ярко-алым волосам, суетилась молодая девушка в коротком летнем платьице.

Половина головы незнакомки поблескивала металлической пластиной, как и кисть правой руки. Легкие сабо и большая пляжная сумка никак не сочетались с видом, мягко сказать, экстравагантным. Пытаясь привлечь внимание, девушка хватала людей за руки. Поскольку получалось не особо хорошо, она становилась настойчивей. Панический, острый страх повис в воздухе. Люди начали шарахаться в стороны, ускоряя шаг.

— Неужели никто не видит? Оно здесь! Помогите, помогите мне! — голос становился все громче, пока не перерос в истерический крик.

Наполненный ужасом взгляд судорожно бегал по толпе. Через какое-то время аловолосая в бессилии плюхнулась на мостовую. Она громко заплакала, закрыв лицо руками. Иса вздохнула и направилась к ней, мысленно приплюсовав себе еще одного пациента.

— Как вас зовут? — спросила психолог, склонившись над плачущей. — Не волнуйтесь. Я вызову скорую и вам помогут.