Чтение онлайн

Ходатайство защиты:

В основу принятого решения о возбуждении уголовного дела в отношении Иванова было положено заключение проведенной весьма упрощенной, поспешной и противоречивой автотехнической экспертизы, которая вызывает справедливые сомнения в своей достоверности и не может являться определяющей для вывода о его виновности в совершении преступления по следующим основаниям:

1. На разрешение эксперта поставлены лишь два вопроса о наличии технической возможности избежать наезд и о том, какими пунктами должны были руководствоваться водитель и пешеходы в сложившейся ДТС, при этом экспертная оценка действий пешеходов, которые к тому же находились в значительной степени алкогольного опьянения, не дана.

При этом вопросы о видимости, обзорности, момента возникновения опасности, применения водителем Ивановым торможения экспертным путем не проверены и оценка им не дана.

Из показаний свидетеля Ушакова следует, что искусственное освещение «горело», однако в описательной части заключении АТЭ указано: «не горело». Иных свидетелей по делу нет.

2. Исходные данные для проведения АТЭ могут быть получены лишь в ходе следственного эксперимента в рамках уголовного дела по правилам ст. 181 УПК. Однако в ходе доследственной проверки, проводимой по ст.ст. 144-145 УПК были проведены так называемые «дополнительные осмотры места происшествия с участием статиста и второго пешехода, что является недопустимым, так как влечет признание этих протоколов недопустимыми доказательствами.

А это значит, что и проведенная АТЭ также является недопустимым доказательством и должна быть исключена из совокупности доказательств обвинения.

3. В то же время дважды вынесенные постановления об отказе в возбуждении уголовного дела за отсутствием в действиях Иванова состава преступления лишь по тому основанию, что не были закончены СМЭ и АТЭ, также являются незаконными и необоснованными и лишь подтверждают весьма сомнительную ситуацию, связанную с оценкой следствием действий водителя Иванова в сложившейся ДТС.

4. Свидетель Ушаков утверждает, что «водитель «Сузуки» никак не отреагировав на бежавших пешеходов, продолжал движение, не меняя направления и скорости движения». Это означает, что водитель Иванов, двигаясь с незначительной скоростью, действительно не видел и почему-то не мог видеть бежавших пешеходов.

Между тем, следственный эксперимент не видимость, обзорность, имеющий значение для исхода дела, с участием Иванова не проведен.

5. В ходе проверки, до возбуждения уголовного дела, от Иванова были получены лишь два объяснения заинтересованными должностными лицами (первое объяснение, инспектором ДПС на месте происшествия – ни о чем), после чего и была назначена АТЭ, что также является недопустимым, так как лишает Иванова права на правосудие, защиту и справедливое применение закона.

6. Более того, Иванов в ходе допроса в качестве подозреваемого по обстоятельствам ДТП дал показания, которые опровергают те исходные данные, которые были представлены эксперту.

Он пояснил, что погибший пешеход набежал на переднюю стойку автомобиля и объяснил, как это произошло, также пояснил, что ранее, в ходе второго объяснения в СУ УМВД, не придал этому значения.

При таких обстоятельствах необходимы допросы понятых, работников ДПС, женщины, которая фотографировала место ДТП и общалась с сотрудниками ГИБДД на месте происшествия, приобщение к делу этих фото; необходимы также установление и допрос дополнительных свидетелей, а также дополнительный осмотр ТС с участием эксперта, истребование данных об освещенности места совершения ДТП, и назначение комплексной комиссионной СМЭ и АТЭ с целью определения механизма наезда на потерпевшего.

При таких обстоятельствах, без всесторонней проверки и выяснения изложенных вопросов решение о предъявлении Иванову обвинения в совершении преступления будет также поспешным и не может являться законным и обоснованным.

В постановлении о частичном удовлетворении заявленного ходатайства следователь указал, что считает, что перед экспертом были поставлены исчерпывающие вопросы для данной дорожной ситуации. Юридическая оценка действий водителя и пешехода в любой рассматриваемой ДТС является прерогативой органов следствия и суда, в связи с чем экспертом-автотехником оценка действиям участников данного ДТП не давалась (Прим. авт: речь, прежде всего, идет о юридической оценке; по заключению СМЭ, концентрация этилового спирта в крови погибшего пешехода (5,0 промилле) согласно официальным справочным данным относительно живых лиц расценивается как смертельное отравление алкоголем).

Оценка видимости, обзорности, места наезда установлены следствием и заложены в исходных данных при назначении САТЭ. Момент возникновения опасности и применения водителем торможения экспертным путем рассмотрены при ответе на поставленный вопрос номер один в заключении.

В ходе проверки в порядке ст.ст. 144-145 УПК выясняются сведения, необходимые для принятия решения о возбуждении или отказе в возбуждении уголовного дела, наличие обстоятельств, исключающих производство по уголовному делу. Объем проверочных действий зависит от конкретных обстоятельств дела.

Дополнительные осмотры места происшествия были проведены в соответствии с действующим законодательством и требованиями ст. 176 УПК.

Дополнительные осмотры места происшествия были проведены в соответствии со ст.ст. 164,166, 170, 177, 180 УПК, протоколы составлены надлежащим лицом с участием понятых, статиста и свидетелей, с разъяснением участникам следственного действия их прав и обязанностей. При этом в протоколе отражены ход самого следственного действия и его результаты, вследствие чего и, принимая во внимание вышеизложенное, для исключения протоколов осмотра из числа доказательств оснований не имеется.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства при проведении данного следственного действия не имеется. При назначении экспертиз следователем вносятся исходные данные, полученные как при ОМП первоначальном, так и данные, полученные при дополнительных осмотрах. Поскольку исходные данные получены без нарушений действующего законодательства, оснований для исключения заключения эксперта из числа доказательств не имеется.

Следственный эксперимент проводится в порядке, предусмотренном ст. 181 УПК. При расследовании настоящего уголовного дела получены все необходимые данные и сведения с соблюдением норм действующего законодательства, и они не вызывают сомнений. Проведение дополнительного следственного эксперимента при наличии всех данных, необходимых для проведения АТЭ, следствие считает нецелесообразным.

Поскольку исходные данные для назначения АТЭ получены в рамках действующего законодательства, а экспертиза проведена надлежащим лицом, оснований для признания ее недопустимой у следствия не имеется.

В рамках проведения проверки в порядке статей 144-145 УПК по данному факту ДТП следователем действительно выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, которые заместителем начальника были отменены.

Объяснения от Иванова в рамках проведения проверки были получены уполномоченными на то должностными лицами в соответствии с ФЗ № 3 «О полиции» от 2011 года (Прим. авт: так в тексте, однако объяснение от Иванова 31 мая 2015 года было получено начальником следственного отдела на основании ст. 13 «Закона о полиции РФ», как указано в тексте объяснения).

Кроме того, при подписании объяснений Иванов был ознакомлен с их содержанием и замечаний не предъявлял. В настоящее время следствие считает, что защита умышленно хочет изменить данные, полученные в рамках проверки, с целью уклонения Иванова от уголовной ответственности.

В ходе допроса в качестве подозреваемого по обстоятельствам ДТП Иванов дал показания, которые опровергают те исходные данные, которые были предоставлены эксперту. Он пояснил, что пешеход набежал на переднюю стойку автомобиля, и объяснил, как это произошло, также пояснил, что ранее в ходе второго объяснения в СУ УМВД он не придал этому значения. Изменение данных Ивановым в ходе допроса подозреваемого свидетельствует о его желании избежать уголовной ответственности, ранее он утверждал, что не видел движение пешеходов до момента наезда (Прим. авт: а разве это не есть момент наезда?).