Чтение онлайн

Медленно. Постепенно.

Это почти незаметно, но отрицать невозможно. Дорога ведёт нас всё глубже.

— Насколько глубоко под землёй мы сейчас? — Тэйн выдыхает, его взгляд скользит вперёд.

Никто не отвечает. Никто не знает.

Потом проход резко уходит в сторону. Влево. Я едва не спотыкаюсь. Стены круто изгибаются, тоннель меняет направление без предупреждения, словно ведёт нас к чему-то.

И связь тянет ещё сильнее.

Лира выдыхает, её взгляд мечется между извивающимися знаками и сужающимся проходом.

— Это чертовски жутко, — бормочет она, передёргиваясь, словно пытаясь стряхнуть с себя ощущение. — Подземные тоннели, древние теневые отметки, пол, буквально уводящий нас всё глубже в пропасть… да, мне не нравится в этом вообще всё.

— Ещё один день в раю, — Гаррик сухо, невозмутимо усмехается.

Он лениво жестом указывает куда-то в темноту впереди, потом хлопает Риана по плечу. Тот закатывает глаза.

— В этот момент, кажется, пора просто перестать удивляться, — фыркает Яррик.

Тэйн молчит. Но его пальцы сильнее сжимаются вокруг моей руки, когда тропа снова делает поворот.

Чем глубже мы идём, тем плотнее становится воздух, огонь дрожит на земляных стенах. Тяжесть тоннеля опускается на нас не так, чтобы душить, но так, словно это было задумано.

И затем, впереди, тоннель раздваивается. Развилка. Два пути.

Левый путь гладкий, ровный, вырезан так же, как и коридор позади нас. Свет огня уходит достаточно далеко, чтобы показать: он всё так же спускается вниз, чуть изгибаясь, исчезая в неизвестности.

А другой? Неправильный.

Стоит мне только посмотреть на него, как в животе сводит. Стены с той стороны рваные, неровные, будто их формировали уже не те руки, что создали это место. Высеченные знаки здесь искажены, символы выворачивает, словно что-то пыталось перекроить их во что-то иное.

Я даже не сразу понимаю, как сильно впилась пальцами в руку Тэйна, пока не чувствую, как он сжимает мою в ответ.

Мы уже знаем, куда нам нужно идти.

Связь вспыхивает, тихим, ровным, неотступным рывком проходя через грудь. Она толкает нас налево.

— И как именно мы узнаем, куда идти? — Риан резко выдыхает, перехватывая меч поудобнее.

— Связь говорит нам, — не колеблется Тэйн.

Риан переводит взгляд с него на меня, выражение не прочесть. Потом просто выдыхает, бормоча:

— Ну конечно.

Лира указывает кинжалом на искорёженный проход:

— Да, ну я лучше рискну с вашей жуткой магической связью, чем сунусь туда. Этот тоннель выглядит так, будто хочет нас сожрать.

— Зато хоть в чём-то мы едины, — ухмыляется Гаррик.

Я вдыхаю поглубже, собираясь. Пальцы всё ещё сцеплены с рукой Тэйна.

Налево.

Мы следуем за притяжением связи.

Мы делаем первые шаги по левому коридору, огонь вытягивается вперёд, тени шевелятся на спрессованных земляных стенах. Связь гудит, ровная, тянущая нас дальше.

Чем глубже мы спускаемся, тем холоднее становится воздух. Густой, давящий, противоестественный. Не тот холод, что приходит от сырого камня или подземной стужи, а какой-то более древний.

Огонь дрожит на стенах, тени изгибаются, будто двигаются сами по себе. Тяжесть в груди растёт. Связь гудит — настойчивая, неумолимая, ведёт нас дальше. Связь знает, куда мы идём. Не уверена, что я хочу знать.

Потом мы слышим кое-что ещё.

Глухой, далёкий грохот. Не шаги. Не шорох чего-то по земле. Что-то смещается. Что-то просыпается.

— Скажи, что это был гром, — Лира рядом со мной напрягается.

— Мы под землёй. Это не гром, — выдыхает Яррик, пальцы сильнее сжимаются на рукояти меча.

Потом начинается волочащийся звук. Сначала медленный, как будто нечто огромное тащит себя по тоннелям. Звук влажный и тяжёлый, поверх него скрежещет что-то неестественное — камень о камень, плоть о землю.

Глухое, глубокое щёлканье. Оно раскатывается по проходу, отдаваясь в стенах.

Вален резко поворачивает голову, нахмурившись:

— Это сзади.

— Как далеко? — перехватывает меч Риан.

Тоннель дрожит. Сначала это просто вибрация, пробегающая по утрамбованной земле. С потолка сыплется пыль. Огонь яростно мерцает, словно что-то невидимое дышит через этот проход.

А потом, из тьмы позади нас, раздаётся звук, похожий на перемалываемый камень и треск ломаемых костей. Что-то огромное приходит в движение. Тоннель больше не пуст.

Тьму заполняет силуэт — извивающийся, сдвигающийся, разворачивающийся. Тело у него огромное, слишком большое для этого прохода, и всё же оно двигается с пугающей лёгкостью.

Земля вокруг не обрушивается, словно эти тоннели всегда принадлежали ему. Словно оно родилось здесь.

Зубы. Ряды и ряды неровных, изломанных зубов, которые шевелятся, пока тварь тянет себя вперёд. В отблесках огня мелькают фрагменты блестящего, ребристого тела, поверхность тёмная. Почти как камень, но живой.

Оно щёлкает пастью, низкий, гортанный звук раскатывается по тоннелям.

— Нет. Нет. Абсолютно, нахрен, нет, — Лира резко отшатывается назад.

Гаррик вполголоса ругается, меч поднят, всё его тело напряжено:

— Как я и говорил, ещё один день в раю.

Тварь поворачивает разинутую пасть, пробуя воздух. Не думаю, что она нас видит. Но она нас чувствует. Вибрацию. Движение.

Тоннель яростно трясёт, когда чудовище двигается, его исполинское тело скрежещет по земле, полностью заполняя собой проход. Звук оглушающий — камень трескается, земля сдвигается, всё это перемешивается с неестественным ворочанием чего-то, что очень долго спало.

Первым действует Тэйн: он разжимает пальцы, отпуская мою руку, и выбрасывает ладонь вперёд, пламя вспыхивает. Яррик и Гаррик подхватывают, их огонь рвётся вперёд — закрученные дуги жара врезаются в кожу твари.

Проход вспыхивает рваным светом, чудовищные тени мечутся по стенам.

На миг кажется, что это сработало. Тварь содрогается, чуть отползая назад, её зубы щёлкают в раздражении. Там, где в неё бьёт огонь, по телу поднимаются клубы дыма.

Потом она снова рвётся вперёд.