Пробуждение стихий
Шрифт:
Люди. Настоящие люди. Не воины. Не маги и не солдаты. Просто крестьяне, работающие в полях, дети, гоняющиеся друг за другом в высокой траве, торговцы, разгружающие телеги на шумных площадях.
Это ощущается… иначе. Видеть их. Жизнь за пределами форпоста. То, ради чего я должна сражаться. И то, откуда я родом. Теперь я смотрю на царство другими глазами. Не только своими — глазами Духорождённой.
Раньше я была просто деревенской девчонкой, которой, скорее всего, было уготовано выйти замуж за очередного фермера из Клана Земли. Теперь я еду в столицу Лумории как якобы «спасительница».
Я позволяю всей значимости этого осесть во мне.
Сначала я слышу копыта, потом одна лошадь ровняется с моей — на ней сидит Киеран. Он ухмыляется легко, беззаботно, словно мы просто отправились на ещё одну прогулку, а не меняем ход истории мира.
— Не знала, что ты едешь с нами в столицу.
— Назначили, — отвечает он.
Он пожимает плечами так, будто это пустяк, хотя его выбрали для этого лично. Но взгляд всё же скользит вперёд, всего на миг, к Тэйну, скачущему впереди, потом возвращается ко мне, и губы трогает намёк на усмешку.
— Как у вас дела? — его голос звучит непринуждённо, слишком уж непринуждённо. Будто он делает вид, что это просто задание, а не спрашивает о Тэйне.
Я позволяю тишине затянуться.
Я могла бы уйти от ответа. Могла бы сделать вид, что не понимаю, о чём он на самом деле спрашивает. Но я устала притворяться. Я чуть наклоняю голову, раздумывая.
— Всё… меняется, — ответ расплывчатый, но честный. Я позволяю ему повиснуть в воздухе, давая Киерану самому решить, что с этим делать.
Улыбка его становится острее, будто он слышит всё, о чём я умалчиваю.
— Я заметил.
Его взгляд снова скользит к Тэйну, затем возвращается ко мне. Киеран куда более проницателен, чем я думала.
Его ухмылка чуть меркнет, когда он переводит взгляд на дорогу впереди.
— Но серьёзно, Тэлор… ты в порядке?
— О чём ты? — я хмурюсь, удивлённая сменой его тона.
Он смотрит на меня так, словно я и так должна всё понимать.
— Слияние ваших огней, — сейчас его голос тише, ниже. — То, что тогда произошло, ненормально. И вы оба были в самом центре.
Его слова падают в меня, как камень. Потому что он прав. То, что случилось, было не просто связью или пророчеством. Это было что-то ещё, более древнее, более огромное, и у меня даже нет слов, чтобы это описать.
Я медленно выдыхаю. Я могла бы отмахнуться и сказать, что со мной всё нормально. Но Киеран — не Лира. Он не станет поддевать или давить, он просто спрашивает.
— Не знаю, — слова срываются прежде, чем я успеваю их остановить. Потому что это правда и, если честно, я ещё ни разу не останавливалась достаточно надолго, чтобы по-настоящему об этом задуматься.
Киеран смотрит на меня, и на этот раз на его лице нет ни ухмылки, ни тени насмешки. Только тревога, и отчего-то именно это выбивает меня из равновесия сильнее все
— Ты же понимаешь, что ты в этом не одна, — его голос спокоен и ровен. — Я знаю, ты Духорождённая и всё такое…
Он выдыхает, чуть наклоняя голову в сторону дороги впереди.
— Но всё это несёшь на себе не только ты. Форпост за тебя. Всё царство за тебя. Мы верим в тебя и стоим рядом, — его взгляд цепляется за мой, не отводя глаз. — И это в ближайшее время не изменится.
Я выдыхаю, пытаясь уложить всё это в голове. Он прав. С тех пор как я здесь, меня только поддерживали. И, разумеется, проявляли живой интерес.
— Спасибо, — я бросаю взгляд вперёд, туда, где едет Тэйн, где Вален тихо о чём-то говорит с Гарриком. Но знать это и чувствовать — не одно и то же.
Киеран подводит свою лошадь ближе.
— Ну, если ты когда-нибудь захочешь об этом поговорить, — он снова ухмыляется легко и беззаботно, но под этим я слышу искренность, — я отличный слушатель.
— Правда? С каких это пор? — криво улыбаюсь я.
Он прикладывает ладонь к груди, изображая оскорблённого.
— Да всегда, Тэлор. Я глубоко мудрый и проницательный.
Я смеюсь, и часть напряжения в груди отпускает.
Киеран всё ещё внимательно смотрит на меня. И, боги, он действительно говорит серьёзно. Я поёрзываю в седле, прочищая горло.
— Пророчество. Наша магия, — я качаю головой. — Это не просто что-то из пыльного старого свитка. Я чувствую это, Киеран. И не в каком-то возвышенном, предначертанном смысле. Я чувствую, что оно живое. Настоящее. Что оно что-то делает со мной. Какая-то связь.
Киеран приподнимает бровь.
— Делает что-то?
Я киваю.
— Не знаю, как это объяснить, — ненадолго замолкаю, пальцы сильнее сжимаются на поводьях. — Казалось, будто что-то просыпается. А теперь? Теперь эта связь уже не просто сила между мной и Тэйном.
Я выдыхаю, приводя мысли в порядок.
— Это как нить, тянущая меня к чему-то более древнему. Более глубокому. К чему-то большему, чем просто мы двое.
Киеран наклоняет голову, о чём-то размышляя.
Потом самым серьёзным тоном, который я когда-либо от него слышала, произносит:
— О да. Глубокие, сложные душевные терзания Военачальника. Я, разумеется, всегда понимал их до самых глубин.
Я таращусь на него. Потом смеюсь. Не могу сдержаться. Потому что это нелепо. Потому что это Киеран. Потому что мне это было нужно.
— Что? У меня вообще-то есть глубина, Тэлор, — он ухмыляется, выглядя самодовольно до безобразия.
— Ну да. Конечно, есть, — я качаю головой, всё ещё смеясь.
— Ещё какая. Душевные страдания мрачных Военачальников всего царства тяжёлым грузом лежат у меня на сердце, — Киеран расплывается в улыбке.
— И всё-таки каким-то образом ты несёшь это бремя.
— Истинный мученик, — говорит он, театрально прижимая руку к груди.
Я закатываю глаза и качаю головой, но в груди становится легче.
Киеран ещё секунду наблюдает за мной. И на этот раз он просто кивает:
— Ну, если ты всё-таки во всём разберёшься, постарайся не вознестись в какое-нибудь божественное небесное существо прямо в дороге. Это было бы очень неудобно.
— Я постараюсь, — ухмыляюсь я.
Лёгкая болтовня с Киераном постепенно сходит на нет, между нами опускается естественная тишина. Я ёрзаю в седле, выдыхая, мысли уже ухватываются за то, что ждёт впереди — за столицу, за то, что нас там ожидает.