Чтение онлайн

— Не мечтай, — шиплю я, хотя внутри всё дрожит. — У тебя уже есть дочь!

На мгновение на его губах мелькает усмешка, но она тут же исчезает, словно её и не было.

— Значит, будет сын, я тебя понял…

Я не успеваю ничего ответить, как он хватает меня за талию и притягивает к своему мощному телу. Воздух выбивает из лёгких, и я невольно хватаюсь за лацканы его пиджака, прижимаясь к его груди. Мой взгляд скользит по нему, подмечая каждую деталь.

Он одет в безупречный чёрный костюм, явно сшитый на заказ. Белая рубашка идеально контрастирует с его тёмными волосами и смуглой кожей. Галстук из тёмного шелка затянут идеально, но я вижу лёгкую небрежность в расстёгнутой верхней пуговице рубашки – признак того, что даже такой самоконтроль, как у него, даёт трещину. Запах… это сочетание дорогого одеколона, кожи и чего-то ещё, дикого и необузданного, что присуще только ему. Его присутствие словно обволакивает меня тёмной, опасной дымкой.

Чёрт, он слишком хорош собой. Опасный и одновременно прекрасный.

— Ты… в ярости? — шепчу я, запрокидывая голову, чтобы заглянуть в его глаза. Да, я попала в точку. Он в ярости. Очко в мою пользу.

Он игнорирует мой вопрос, и его рука скользит с моей талии на задницу, сжимая мою плоть в своей властной хватке. Невольный стон вырывается из моей груди, но его взгляд по-прежнему горит.

— Знаешь, что я хочу? — хрипло шепчет он, наклоняясь всё ближе.

И я, вместо того чтобы оттолкнуть его, наклоняю голову к его губам, тянусь к нему сама. Сама, чёрт возьми!

Его губы почти касаются моих, когда он произносит:

— Я хочу бросить тебя в реку…

— Совсем больной? — выпаливаю я на одном дыхании, но он, кажется, не слышит меня, продолжая сжимать мою задницу, разминая её в своей ладони.

— …ну, или в фонтан, да хоть куда-нибудь, чтобы смыть с тебя эту золотую пыль, чтобы ты не была такой чертовски красивой.

Я молчу, ожидая, что ещё он скажет.

— Я просил одеться "приемлемо", чёрт возьми, а не сводить с ума меня, а тем более Дона. Ты что, захотела, чтобы я перегрыз всем глотки за тебя? — В его голосе клокочет ярость, и по моим венам разливается возбуждение. Чистейшее, первобытное возбуждение.

Конечно… перспектива вызвать желание Дона меня совсем не радует. Но видеть лицо Кассиана, когда он теряет свой грёбаный контроль из-за меня, когда готов драться даже со своим Доном из-за меня, вызывает у меня… самое настоящее, чёрт возьми, удовлетворение.

— Было бы неплохо избавиться от твоей мафии твоими собственными руками, — выпаливаю я, наблюдая за ним.

— Жестокий лисёнок, — шепчет он, не отрывая от меня взгляда.

Когда его рука, до этого сжимавшая мою задницу, отпускает меня, мне даже становится чуточку легче дышать. Но лишь на мгновение. В его глазах появляется нечто, что я отчаянно пытаюсь игнорировать. Он смотрит на меня так, будто я самое прекрасное, что он когда-либо видел.

Сердце замирает.

— Я скучал по тебе, — шепчет он тихо, а его рука принимается осторожно гладить моё лицо, вызывая мурашки по всему телу.

Чёрт, прикосновения такие… обжигающие, словно прикосновение пера, оставляют за собой огненный след.

— А я нет, — отвечаю я, и тут же закусываю губу.

Чёрт, это же неправда! Наглая ложь, брошенная ему прямо в лицо. Я подавляю внутренний голос, не даю ему взять верх, я просто не могу допустить этого сейчас.

— Лгунья, — шепчет он в ответ, и на его лице проскальзывает лёгкая, почти нежная улыбка. — Ты скучала по мне точно так же, как и я по тебе… Твоё тело не обманывает. То, как ты дышишь, как ты закусываешь свою соблазнительную губу, как ты… смотришь…

— Как? Как я смотрю? — мой голос вдруг охрип, и я сама не узнаю его.

Боже… неужели на моем лице всё написано?

— Твои зрачки расширены. Я уверен, твоя киска просто плакала по мне, — произносит он, как самодовольный ублюдок.

У меня возникает острое желание влепить ему пощёчину, такую, чтобы он надолго запомнил.

Я резко отталкиваю его, чувствуя, как моя ладонь упирается об его твёрдую грудь. Его рубашка сминается под моими пальцами, но он даже не шевелится – только этот взгляд, полный вызова и желания, не отрывается от меня.

— Просто… просто отвези меня уже к своему Дону и оставь меня в покое, — рычу я, направляясь к двери.

Каждый шаг отдаётся эхом в этой комнате, полной напряжения, и я чувствую его взгляд, жгучий, как лазер, на своей спине.

Не успеваю я сделать и нескольких шагов, как его рука хватает меня за запястье – сильная, неумолимая хватка, от которой по коже бегут мурашки.

Он притягивает меня обратно к себе, и мир вокруг сжимается до его лица, его глаз, его запаха. Я пытаюсь вырваться, но он слишком силён, слишком близко. Моя свободная рука взметается инстинктивно, чтобы влепить ему пощёчину – ту самую, о которой я мечтала секунду назад, чтобы стереть эту самодовольную ухмылку с его лица.

Но Кассиан, этот чёртов ублюдок, предугадывает мой порыв. Он перехватывает меня за шею, его пальцы впиваются в кожу с такой точностью, что я задыхаюсь не от боли, а от внезапного прилива адреналина.

И в следующий миг его губы накрывают мои – глубоко, жадно, без всяких прелюдий.

Его поцелуй – это не нежность, это завоевание. Его язык проникает в мой рот, словно покоряя меня целиком и полностью, требуя подчинения. Я должна сопротивляться, должна ударить его, но вместо этого моя рука замирает в воздухе, а потом… чёрт, потом она зарывается в его густые, тёмные волосы, сжимая их, притягивая ближе.

Громкий стон удовольствия вырывается из моей груди и тонет в его поцелуе, эхом отдаваясь во мне. Он целует меня, как будто это последний раз, как будто мир вот-вот рухнет, и я таю, отвечая с той же яростью, которую он разжёг.

Кассиан превращается в дикого зверя – он набрасывается на меня с рычанием, которое вибрирует в его груди и передаётся мне. Я чувствую, как он двигается, не выбирая поверхность, просто толкая меня назад. Сзади раздаётся шум падающих предметов, что-то разбивается о пол, но мне всё равно.

Его руки подхватывают меня под задницу, поднимая, словно я ничего не вешу, и он усаживает меня на край стола, не прекращая поцелуя ни на секунду. Мои ноги инстинктивно обвивают его талию, платье задирается, обнажая ноги, и я ощущаю твёрдость его тела сквозь тонкую ткань костюма. Он прижимается ко мне всем весом, и я задыхаюсь от этой близости, от жара, который исходит от него.

Его наглые руки скользят по моим бёдрам, задирая подол платья выше и выше, пока оно не собирается складками у моей талии. Воздух комнаты касается обнажённой кожи, и я понимаю, что перед ним осталась только в одних тонких кружевных трусиках, которые едва скрывают моё возбуждение.

Только тогда он отрывается от моих губ, тяжело дыша, его грудь вздымается в такт моему дыханию. Его глаза горят внутренним огнём, тем самым первобытным голодом, который направлен только на меня.

Руки сжимают мои бёдра сильной хваткой, пальцы впиваются в кожу, оставляя следы, которые я почувствую уже завтра, или сегодня?

Это ещё больше опаляет меня изнутри.

А я… чёрт, я сижу перед ним с раздвинутыми ногами, платье задрано, и это выглядит так, будто я умоляю его трахнуть меня прямо здесь, в этой комнате, полной хаоса, который он сам создал.