Чтение онлайн

Если все-таки предположить, что Австралопитеки африканские использовали кости животных в качестве орудий, то в таком случае структуры их головного мозга было достаточны, для того чтобы символы уже в большом количестве превращались в значимые системы большие по объему и качеству чем значимые системы Австралопитека афарского как ранних, так и последующих форм, которые несли уже установленные смысловые нагрузки. Таким образом, можно предположить, что какой-то определенный символ в голове гоминида стал переноситься на объект, ранее сформировавшийся в его психике на основании жизненного опыта и отложения в долговременной памяти уже значимой системой. Такое перенесение не открытие гоминид. У всех животных такой процесс происходит, когда они обращают внимание на значимый для них объект окружающей действительности, но уже у австралопитека африканского в голове начали появляться представления о том, что могут представлять собой окружающие предметы и как в определенных ситуациях их можно использовать. Например, определить, какая кость пригодна для ударного действия, а какая нет.

Уже перед выбором необходимого орудия австралопитек должен был определить для чего необходимо данное орудие и предопределить свои возможности, а так же выполнить ряд последовательных действий связанных с оценкой ситуации и возможных последствий после применения орудия. Отсюда вытекает, что он должен был предвидеть результат своих действий и, кроме того, может быть, уже возникала необходимость в исчерпывающей коммуникации с сородичами для определения совместных действий. Затем он должен был заняться поиском необходимого предмета или предметов через оценку их свойств, и наконец, определить необходимое перемещение нужного предмета в пространстве. Вот таким образом появилось представление как продукт деятельности мозга. Если восприятие относится только к настоящему и обслуживает сиюминутную ситуацию, то представление африканов, а затем и их последователей хабилисов (Homo habilis) стало относиться к прошлому, как к копилке прежнего опыта. Принятие решения без представления о необходимом действии не возможно.

На основании этих не вполне достоверных фактов можно предположить, что у австралопитеков была уже сформированы мозговые структуры ответственные за процедурные(105) знания о том, что можно сделать с данным предметом, и какую работу им можно выполнить. Фактически это был период в антропогенезе, когда сенсомоторика в манипулировании окружающими предметами была одним из основных адаптационных возможностей, но пока без явного вмешательства декларативной памяти. Процедурная же мало, что значила в протокультурном поле австралопитеков с их зачатками охотничьих навыков потому, что, в принципе, процедурная являлась реликтовой даже для этих гоминид и в том качестве каком она у них была и которая возникла еще у австралопитеков афарских. Процедурная память включала в себя примитивные формы обучения, эффект которых состоял в отработке реакции на определенные стимулы, что уже хорошо просматривалось в ориентировочных рефлексах и в подсознательных ощущениях. Они проявлялись в повышенной чувствительности к происходящим с индивидом событиями, которые стали выходить за рамки животных отношений распространенных в популяциях, как видового поведения, что стало выражаться в последующей конкретизации эмоциональных настроев. Декларативная же память требовала качественной перестройки структуры нейронных связей, что и произошло в то время и по той причине. Можно сказать, что это был основным признаком африканов и одной из ступеней антропогенеза. В первую очередь стала совершенствоваться эпизодическая память в силу своей адаптационной необходимости.

Выбор необходимых предметов, для выполнения определенной работы предполагая умение выделять в нем определенные свойства и возможности, породил еще одно проявление мышления – категоризацию предметов, которая проявлялась в группировке объектов (стимулов) по определенным свойствам еще в ходе их восприятия. Начало категоризации предметов в окружающем мире делало познание более конкретным. Каждая особь для выполнения каких-либо действий подбирала предмет, сообразуясь со своим индивидуальным опытом, а от этого выбора зависело благополучие существования, а возможно и сохранение жизни. При правильном применении, в котором был зафиксирован положительный результат, данное, теперь уже орудие, сохранялось и носилось с собой определенное время, борясь за обладание им с другими членами группы.

Не нужно думать, что коммуналистические отношения на орудия производства были как в то время, так и позже. Институт собственности на инстинктивном уровне существовал всегда, существует и сейчас и смысл его заключается в том, что все необходимое для существования находящееся вокруг принадлежит лично каждому, природа никому на земле не дала возможности делиться своей собственностью, будь то пища территория, самка или орудие труда. Этот инстинкт, к тому же, усиливается инстинктом самосохранения и подтверждается инстинктом преодоления, который позволял и позволяет сейчас усиливать активность в защите от окружающей среды, и который тесно связан с древнейшим инстинктом познания. Таким образом, у австралопитека африканского выбор орудия из окружающих предметов был одним из факторов индивидуального отбора. Это повысило адаптационные возможности австралопитеков африканских в индивидуальном плане, а значит и их популяционных групп в целом. Зачатки творческих возможностей человека вытекают вот из этих психологических феноменов Австралопитека африканского.

Все дошло до того, что определение видимого предмета в плане его функциональности на основании сформированной в мозгу значимой системы восприятия этого предмета стало делать его объектом протокультуры данного вида гоминид. Это происходило потому, что они обязательно вызывали те или иные эмоции и мысли, которые побуждали к определенным действиям и определяли спектр возможностей по каким-либо основным признакам при манипулировании данными предметами. Можно сказать, что возникшая потребность, а значит и соответствующая этому мотивация поведения формирует модель цели, т.е. совершается прогнозирование потребного будущего. В результате этого процесса в мозгу австралопитека африканского стала проявляться модель будущего использования данного предмета в качестве орудия, позволявшая вычленять необходимый в данный момент его признак, не беря во внимание какие-то другие. Появилось построение умственного продукта, в данном случае образа орудия, а это уже рождение одной из основных операций мышления – первичной абстракции(106). В период, когда она действует в ходе чувственно образного отражения окружающей среды, одни ее свойства при их возбуждении инициируют к действиям, другие предполагают вычленение при восприятии определенных, значимых фрагментов среды отвлекаясь от остальных.

В связи с вышесказанным можно предположить, что у Австралопитека африканского имелся, в некоторой степени, и второй уровень абстракции, но в основном касавшийся только вопросов выбора из окружающих предметов необходимого для определенного действия и без конкретной их категоризации потому, что в принципе абстракции передаются только чувственно. Рождение абстрагирования позволяет развить охотничьи мероприятия как процессы т.к. ее выражением является тождественность реакции на определенные ситуации, которые объединены в один общий компонент действия – охоту. Хотя необходимо отметить, что на первоначальной стадии орудийной деятельности выбор орудия происходил с помощью комплексного мышления, стимулированного предпонятия, где объекты, при выборе, сравнивались по поверхностным признакам. Абстрагирующая функция мышление предполагает наличие определенной сложности коммуникационной системы, т.е. наличия речи. Конечно, это был примитивный инкорпорированный(107) неразделенный грамматический строй, основанный на кинетической речи, где предложения практически отсутствовали или состояли из одного – двух слов.

Именно выбирать из окружающих его предметов кусков дерева, костей крупных животных, камней, рогов и т.д. По качеству они были различными и для охоты они были либо слишком легкими, либо короткими, либо тяжелыми, либо слишком длинными (хотя это уже умели делать все австралопитековые, конечно в зависимости от степени развития головного мозга). Мозг австралопитека уже очень хорошо мог определить необходимое качество орудий ударного действия. То есть в голове африканов уже должна была существовать некоторый образ предмета как необходимого в данном случае в качестве орудия, который определялся как промежуточная цель его действий в ходе защиты или нападения. Он, при выборе орудия, руководствовался прошлым опытом, в результате которого у него в голове сложилось понятие об идеальном предмете, необходимом для охоты. Это не открытие австралопитеков. Определять промежуточные цели действия и иметь в голове понятие об идеальном предмете, могут и современные высшие приматы.

При поиске подходящего орудия африканы уже были в состоянии исходить не только из внешних признаков окружающих предметов по форме, внутренней структуре, цвету, размеру, но и их объективных свойств и ключевых признаков, которые требовались для решения тех или иных задач. А для этого ему было необходимо взять в руки предмет, имитировать в какой-то степени, если это было необходимо, ударные действия по несуществующей жертве и определить его как функциональный. Данные возможности выбора орудия на более высоком уровне, чем это известно у обезьян(109) передавались из поколения в поколение в процессе научения.

Такой выбор заключается в извлечении ранее усвоенного материала из долговременной или кратковременной памяти с целью последующего использования его при узнавании, применении, а в дальнейшем, когда наши предки научились целенаправленно изготовлять необходимые орудия, а не выбирать из окружающих предметов и при непосредственном воспроизведении. Данный психологический процесс называется в психологии актуализацией(110). То есть на лицо наглядно - действенное мышление, а оно характеризуется тем, что решение задач осуществляется с помощью реального физического преобразования ситуации и опробования свойств объектов. Кроме того, выбор из окружающих предметов необходимого по функциональным свойствам орудия происходило в объединении с наглядно-образным мышлением, с помощью которого австралопитек стал представлять себе некоторые свойства различных фактических характеристик окружающих предметов пригодных как орудия. Даже не только наглядно, но и по аналогии, соизмеряя сходство между предметами по определенным параметрам. Орудийная деятельность у поздних австралопитеков делала необходимым обучение молодых особей процессу подбора и использовании окружающих предметов для определенных пока еще ограниченных возможностью мозга форм деятельности. Это происходило путем наблюдения не опытных за действиями опытных и не только с помощью социального влияния, но и с помощью, так называемого соревновательного обучения, или как его еще называют эмуляции.(108)

Выбор необходимого орудия был уже сознательным стремлением к завершению действия в ходе выполнения намеченной программы, направленной на достижение планируемого результата. Это предполагает наличие такого особого функционального образования психики как намерения. Таким образом, австралопитек уже мог ставить перед собой определенную цель – как осознанный образец будущего результата, на достижение которого, и направлены данные действия по подбору необходимого предмета пригодного в качестве определенного орудия. Австралопитеки получали их путем раскалывания костей с помощью камней, что они великолепно умели, научившись этому в процессе доставания костного мозга, или раскалывания и разбивания камней и костей более крупными камнями.