Чтение онлайн

– Ладно, пускай она ни при чем-ну и что из этого?

Все ответы, которые мне приходили в голову, были непристойными и оскорбительными. Я решил держать их при себе.

У Дебро мы одолжили открытый автомобиль, расшатанный гибрид не менее чем трех марок, и поехали по восточной дороге в надежде проследить путь женщины в "Крайслере". Первую остановку сделали перед домом местного жителя по имени Клод Бейкер. Это был долговязый человек с худым землистым лицом, три или четыре дня не соприкасавшимся с бритвой. Жена его, наверно, была моложе, чем он, но выглядела старше-усталая, бесцветная, худая женщина, в прошлом, может быть, и миловидная. Из шестерых детей Бейкера старшей была кривоногая, веснушчатая девочка десяти лет; младшим-толстый и горластый малыш, которому не исполнилось и года. В промежутке были и мальчики и девочки, но все до одного сопливые. Семья Бейкеров встречала нас на крыльце в полном составе. Они сказали, что не видели ее: в семь у них еще никто не встает. Картеров они знали в лицо, но и только. Вопросов они нам задали больше, чем мы им.

Вскоре после дома Бейкеров гравийная дорога превратилась в асфальтовую. Судя по следам, "Крайслер" проехал тут последним. Еще через три километра мы остановились перед маленьким ярко-зеленым домом, окруженным розовыми кустами. Ролли крикнул:

– Харв! Эй, Харв!

В дверях появился дюжий мужчина лет тридцати пяти, сказал: "Здорово, Бен", - и между кустами роз прошел к нашей машине. Голос у него был низкий, а лицо тяжелое, так же как речь и движения. Фамилия его была Уидден. Ролли спросил, не видел ли он "Крайслера".

– Да, Бен, я их видел. Они проехали сегодня утром в четверть восьмого, и гнали.

– Они-спросил я.

– Их-одновременно спросил Ролли.

– Там сидели мужчина с женщиной... или девушкой. Неразглядел как следует-быстро промелькнули. Правила она, - мне показалось, маленькая, с каштановыми волосами.

– А мужчина какой из себя

– Ну, с виду лет сорок, и тоже вроде не очень большой. Лицо румяное, в сером пальто и шляпе.

– Видели когда-нибудь миссис Картер-спросил я.

– Молодую, что у бухты живет Нет. Самого видел, а ее нет. Это она была

Я сказал, что мы так думаем.

– Мужчина был не он, - сказал Уидден.
– Этого я раньше не видел.

– А если снова увидите - узнаете?

– Да, пожалуй... если мимо поедет, как тогда.

Через шесть километров после дома Уиддена мы увидели "Крайслер". Он стоял в полуметре от дороги, с левой стороны, на всех четырех колесах, уткнувшись радиатором в эвкалипт. Стекла в нем вылетели, а передняя треть капота была смята гармошкой. Он был пуст. Крови в кабине не обнаружилось. Местность вокруг казалась необитаемой.

Мы стали ходить около машины, вглядываясь в землю, и поиски наши показали то, что ясно было с самого начала: машина налетела на эвкалипт. На дороге остались следы шин, а на земле возле автомобиля отпечатки, которые могли быть следами человека; но такие отпечатки можно найти в тысяче мест возле этой, да и любой дороги. Мы сели в машину и поехали дальше, спрашивая всех, кто попадался по пути; и все отвечали: "Нет, мы не видели ее" (или "их").

– А что этот Бейкер-спросил я у Ролли, когда мы повернули назад.
– Дебро видел ее одну, а когда она проезжала мимо Уиддена, с ней был мужчина. Бейкеры ничего не видели, а ведь мужчина должен был подсесть где-то недалеко от них.

– Да, - ответил он раздумчиво, - могло и так быть, верно

– Может, стоит еще с ними поговорить

– Как хотите, - согласился он без энтузиазма.
– Только в споры с ними меня не втягивайте. Он мой шурин.

Это меняло дело. Я спросил:

– Что он за человек

– Клод, конечно, недотепа. Как говорит папаша, у него на ферме ничего не растет, кроме детей, но я никогда не слышал, чтобы он кому-нибудь причинил вред.

– Ну, раз так, мне ваших слов достаточно, - соврал я-. Не будем ему надоедать.

7. "УБИЛ ЕГО Я!"

Из главного города округа прибыл шериф Фини. багровый толстяк с пышными каштановыми усами и окружной прокурор Вернон-остролицый, нахрапистый, жадный до славы. Выслушав нас и осмотрев место происшествия, они согласились с мнением Ролли, что Коллинсона убила жена. Их поддержал вернувшийся из Сан-Франциско Дик Коттон. надутый и туповатый человек лет сорока с небольшим, начальник местной полиции. Коронер со своим жюри пришел к тому же выводу, он порекомендовал следствию обратить особое внимание на Габриэлу, хотя в вердикте ограничился обычной фразой: "убит неизвестным лицом или неизвестными лицами".

Смерть Коллинсона, как установили, произошла между восемью и девятью вечера в пятницу. Никаких ран, кроме полученных при падении, на теле не было. Пистолет, найденный в его комнате, принадлежал ему. Отпечатков на нем не оказалось. Кое-кто из начальников, видимо, подозревал, что стер их я, но вслух об этом не говорили. Мери Нуньес продолжала настаивать, что сидела из-за простуды дома. Ее слова подтвердила целая куча мексиканцев. Разбить их показания мне не удалось. Следов человека, которого Уидден видел в машине, мы не нашли. Я еще раз, в одиночку, расспросил Бейкеров, но результатов не добился. Жена Коттона-она работала на почте-хрупкая, застенчивая, с хорошеньким безвольным личиком и приятными манерами, сказала, что Коллинсон отправил телеграмму рано утром в пятницу. Он пришел бледный, с темными кругами под глазами, воспаленными веками, а руки у него тряслись. Ей показалось, что он пьян, но вином как будто не пахло.

Из Сан-Франциско приехали отец и брат погибшего. Отец, Хьюберт Коллинсон, был крупным, спокойным человеком, по виду способным выкачать из лесов Тихоокеанского побережья сколько угодно миллионов. Лоренс Коллинсон оказался копией Эрика, только на год-другой постарше. По-моему, оба они считали Габриэлу виновницей его смерти, но старались скрыть свои мысли.

– Докопайтесь до правды, - сдержанно сказал мне Хьюберт Коллинсон и, таким образом, стал четвертым клиентом, обратившимся в наше агентство по этому делу.

Появился из Сан-Франциско и Мадисон Эндрюс. Мы разговаривали в моем номере. Он сел на стул у окна, отрезал от желтоватой пачки порцию табака, засунул в рот и заявил, что Коллинсон покончил самоубийством.

Примостившись на кровати, я прикурил "Фатиму" и позволил себе не согласиться:

– Если он прыгнул вниз по своей воле, то почему тогда вырван куст

– Значит, несчастный случай. В темноте ходить по скалам небезопасно.

– Не верю я теперь в несчастные случаи, - сказал я-. Он послал мне СОС. А в его комнате кто-то стрелял.

Эндрюс наклонился вперед. Взгляд стал жестким и внимательным, как у адвоката, ведущего перекрестный допрос:

– Вы считаете, что виновата Габриэла

Я так не думал.

– Он был убит. Его убили те... Две недели назад я вам сказал, что мы далеко не покончили с этим чертовым "проклятьем", и единственный способ с ним покончить-хорошенько разобраться с Храмом.

– Да, помню, - сказал он чуть ли не фыркая.
– Вы выдвинули гипотезу, что между событиями у Холдорнов и смертью ее родителей есть связь. Но что это за связь, вы, по-моему, и сами не знали. Не кажется ли вам, что гипотеза выглядит... скажем... несколько надуманной.