Чтение онлайн

Я вернулся в агентство и позвонил в Кесаду. Поймать Вернона и шерифа не удалось, говорил я с Коттоном. Я передал ему полученную от Фицстивена информацию и пообещал утром привести романиста на допрос.

Полицейский сказал мне, что поиски девушки идут пока безрезультатно. По сообщениям, ее видели-почти в одно и то же время-в Лос-Анджелесе, Юрике, Карсон-Сити, Денвере, Портленде, Тихуане, Огдене, Сан-Хосе, Ванкувере, Портервилле и на Гавайях. Все данные, кроме самых идиотских, проверяются.

В телефонной компании мне дали справку, что звонок Фицстивену в ночь с пятницы на субботу был не междугородный, а из Кесады в Сан-Франциско в это время вообще никто не звонил.

Перед уходом из агентства я снова заглянул к Старику и попросил его убедить окружного прокурора, чтобы Аронию Холдорн и Тома Финка выпустили под залог.

– В тюрьме от них мало проку, - объяснил я.
– А на свободе, если за ними последить, они, глядишь, на что-нибудь нас выведут. Прокурор, думаю, не станет возражать: у него все равно не выйдет предъявить им обвинение в убийстве.

Старик обещал похлопотать, а в случае их освобождения отрядить людей для слежки.

Я отправился в контору Мадисона Эндрюса.

Когда я рассказал ему о звонке, о письме и затем объяснил, что все это может значить, адвокат потряс седой шевелюрой и сказал:

– Верны ваши объяснения или нет-не знаю, но окружным властям придется бросить версию, будто Коллинсона убила Габриэла.

Я с сомнением покачал головой.

– В чем дело-спросил он вспыхивая.

– Наверняка решат, - предсказал я, - что письмо специально состряпано, чтобы ее выгородить.

– Вы так думаете-На скулах у него заиграли желваки, а косматые брови поползли вниз на глаза.

– Может, и не решат. Ведь если это уловка, то слишком уж наивная.

– Какая там уловка!
– заговорил он на повышенных тонах.
– Хватит чепухи. Никто из нас не знал в то время об убийстве. Даже тело еще не успели найти...

– Конечно, - согласился я.
– Поэтому-то, если письмо окажется липой, Габриэле несдобровать.

– Ничего не понимаю, - сказал он досадливо.
– То вы утверждаете, что девушку кто-то преследует, то говорите о ней как об убийце. А что вы на самом деле думаете

– Ни то, ни другое не исключено, - сказал я с не меньшей досадой.
– И какое имеет значение, что думаю я Решать будет суд присяжных, когда ее найдут. Проблема сейчас в другом: если письмо настоящее, то как вы поглядите на десять тысяч выкупа

– Никак. Увеличу награду тем, кто ее отыщет, и назначу награду за арест похитителя.

– Неверный ход, - сказал я.
– Награда и так уже обещана. Единственный способ улаживать дела с похитителями. соглашаться на их требования. Мне это и самому не по душе, но другого способа нет. Даже если он не зверь, страх, неуверенность, нервы, разочарование могут в любой момент превратить его в опасного маньяка. Сначала выкупите девушку, а уже потом начинайте драку. Требуют платить-плати сколько требуют.

С тревогой в глазах, но упрямо выпятив челюсть, он подергал себя за лохматые усы. Победила челюсть:

– Будь я проклят, если дам хоть доллар.

– Ваше дело.
– Я встал и потянулся за шляпой.
– Моя задача-найти убийцу Коллинсона, а гибель девушки, скорей всего, мне только поможет.

Он не ответил.

Я пошел в контору Коллинсона-старшего. На месте его не оказалось, и я рассказал обо всем Лоренсу:

– Уговорите отца дать деньги, - закончил я.
– Они должны быть готовы к тому времени, как похититель пришлет инструкцию.

– Отца не надо уговаривать, - сказал он не задумываясь.
– Чтобы обеспечить ей безопасность, мы заплатим сколько угодно.

8. НОЧНАЯ ОХОТА

Я сел в поезд, уходивший на юг в пять двадцать пять. В семь тридцать мне пришлось сойти в Постоне, пыльном городке, раза в два больше Кесады, и в одиночестве полчаса трястись до места на обшарпанном автобусе. Когда я вылезал у гостиницы, зарядил дождь.

Из здания почты навстречу мне вышел Джек Сантос, журналист из Сан-Франциско.

– Привет. Есть что-нибудь новенькое-спросил он.

– Возможно. Но сначала надо рассказать Вернону.

– Он у себя в номере, по крайней мере, был там десять минут назад. Кто-то получил письмо с требованием выкупа Правильно-.

– Да. Он уже успел сообщить

– Начал Коттон, но Вернон ему помешал-сказал, что это пока не для печати.

– Почему

– Единственная причина-сведения давал нам не он, а Коттон.
– Уголки тонких губ Сантоса поползли вниз-. У них, у Вернона, Фини и Коттона, соревнование-чье имя и фото будет чаще мелькать в газетах.

– Чем-нибудь еще они занимаются

– Когда-спросил он с презрением.
– Каждый тратит по десять часов в день, чтобы попасть на первую страницу, еще по десять-на то, чтобы не попал соперник, но ведь и спать еще нужно.

В гостинице я бурнул репортерам: "Ничего нового", снова оформил себе комнату, забросил в нее саквояж и пошел через холл к номеру -04. Дверь мне открыл Вернон. Он сидел один, занимаясь газетами, бело-зелено-розовой грудой валявшимися на кровати. Комната была сизой от сигарного дыма.

Тридцатилетний прокурор считал себя удачливым. Бодро пожав мне руку, он сказал:

– Рад, что вы вернулись. Заходите. Садитесь. Ничего нового нет

– Коттон передал вам мои сведения

– Да.
– Красуясь передо мной, Вернон широко расставил ноги и засунул руки в карманы.
– Насколько важными и подлинными вы их считаете

– Я посоветовал Эндрюсу приготовить деньги. Он отказался. Их дадут Коллинсоны.

– Конечно, дадут, - сказал он таким тоном, будто я выдвинул гипотезу, а он ее подтвердил.
– Дальше.
– Он растянул губы, чтобы показать побольше зубов.

– Вот возьмите, - я протянул ему письмо.
– Фицстивен приедет сюда утром.

Решительно кивнув, он поднес письмо поближе к свету и с тщательностью осмотрел конверт и содержимое. Затем небрежно бросил все на стол.

– Явная фальшивка, - сказал он.
– Что точно рассказал этот Фицстивен... так, кажется, его зовут

Я передал рассказ Фицстивена слово в слово. Вернон лязгнул зубами, подошел к телефону и велел передать Фини, что он, мистер Вернон, окружной прокурор, желает его немедленно видеть. Через десять минут, вытирая с пышных каштановых усов капли дождя, в номер вошел шериф.