Чтение онлайн

Спустя несколько минут седой старик, сидевший во главе стола, обратился к Злате:

– Я вижу, тебя утвердили в должности...

– Трудно сказать, - ответила Злата, поддерживая светский разговор. Бель Озем был настолько любезен, что дал мне десять дней на испытание. После этого он примет окончательное решение...

– Смотрите-ка, после разговора с белем Оземом наша крошка перестала картавить!..
– тут же вмешалась в разговор та самая худющая тетка, которая прошлым вечером была закутана в желтый шелк. Злата вспомнила, что тетушка Сара называла ее Корой.

– Нет, Корочка, моя картавость - следствие повышенного внимания ко мне со стороны незнакомых людей, - ехидно ответила Злата.
– Как только меня начинают лорнировать, я начинаю картавить... И чем больше меня лорнируют, тем больше я картавлю...

– Что значит "начинают меня лорнировать"?
– высокомерно спросила Кора.

– То же самое, что "пялить буркалы на мою особу", -схамила Златка в надежде, что от нее отстанут.

Но не тут-то было. Ее своеобразная терминология возбудила весь стол. Обедающие сразу забыли о своих ложках и уставились на нее, ожидая объяснений.

– Вы что, не знаете, что такое "пялить буркалы"?
– искренне удивилась девушка.

– Да, не знаем, - ответила за всех Кора.
– И надеемся, что ты просветишь нас на этот счет.

– У нас на севере, - начала выкручиваться Златка, -буркалами называют широко распахнутые глаза, а "пялить" обозначает что-то очень внимательно рассматривать... И вообще-то это выражение ругательное...
– громко и отчетливо добавила Злата.

– Действительно, мы смущаем девочку своими расспросами и разглядыванием, - обратился ко всем глава стола.

– Пожалуй, такую смутишь!..
– пробормотала себе под нос Кора. Но так же, как и все остальные уткнулась в свою тарелку, не решаясь продолжить пикировку.

Несколько минут над столом висело молчание, нарушаемое только позвякиванием столовых приборов. И тут сосед Златы, тот самый молодой мужчина, которого она спрашивала насчет катан, незаметно скосив на нее глаза, прошептал:

– Я рад, что ты у нас осталась...

– Я тоже рада, - улыбнувшись, шепнула Злата в ответ.

– Бель Озем очень тебя напугал?
– так же шепотом спросил сосед.

– Ничего, я уже пришла в себя...
– пожала плечами Злата.

– Меня зовут Шамим, я тоже хранитель, только общего книжного хранилища.

– Так во дворце несколько книгохранилищ?
– удивленно шепнула Злата.

– Три... Есть еще хранилище неписьменной информации...

– Какой информации?
– переспросила Злата.

– Неписьменной...
– повторил Шамим.

– Интересно...
– протянула Злата, хотя это хранилище ее мало интересовало. А вот место, где работал Шамим, неплохо бы было посетить.

– А чем вы занимаетесь по вечерам?
– поинтересовалась Злата у своего нового знакомого.

– Ну, обычно мы собираемся здесь. Беседуем...

– Сплетничаете...
– поправила его Златка, и Шамим смущенно улыбнулся.

– Не всегда. Часто мы просто рассказываем интересные истории. Бель Касум очень интересный рассказчик.
– Он кивнул в сторону белобородого главы стола.
– И белла Кора знает множество историй из древней старины...

– Эта сухая язва - рассказчица?
– удивилась Злата.

– И очень хорошая. Ты не знаешь, а она, между прочим, вторая воспитательница наследницы. А для наследницы главное - знать историю своей страны. Так что Кора, пожалуй, лучший историк в ханифате. И вообще, она очень добрый и милый человек.

– Да? А что ж это она на меня окрысилась?

– Просто ты ведешь себя... ну, не совсем обычно... Вернее, совсем необычно... Слишком дерзко, что ли. Может, потому что у тебя за спиной Серый Магистр. А белла привыкла опекать новичков. А взамен, естественно, получать уважение и привязанность...

– Ага!.. Значит, если бы я вчера показала, как напугана, дрожала бы, пускала слезы и слюни, она была бы со мной ласкова и нежна?

– Ну, слюни пускать не обязательно, а в принципе дело обстоит именно так!

– - Интересная тетка...
– задумчиво проговорила Злата.
– Тогда не все потеряно. Я постараюсь доказать вашей Коре, нo на самом деле я белая и пушистая.

– - Как это?
– не понял Шамим.

– А, ладно, проехали...
– махнула ладошкой Злата.
– -Значит, сегодня вечером все соберутся здесь?

– Сегодня за ужином - да. До ужина некоторые гуляют в саду, если, конечно, туда не выходит Великий ханиф или наследница. Тогда сад закрыт. Завтра перед ужином в большой игровой зале будут выступать артисты. В столицу приехала новая труппа. Сегодня вечером они дают представление в малой приемной для Великого ханифа, наследницы и ближних белей, а завтра для всего двора...

– Интересно, бель Озем тоже сегодня будет на представлении?

– Нет. Бель Озем не посещает увеселительные мероприятия. Он говорит, что никто его не может так повеселить, как он сам... Но его представления это...

Шамим замолчал и окинул обеденный зал быстрым взглядом. Все были заняты едой, и только Кора иногда неодобрительно поглядывала в их сторону.

– Так, значит, бель Озем тоже иногда организует представления? нетерпеливо спросила Златка.

Шамим передернул плечами и совсем тихо шепнул:

– Он организует казни...

– Казни?!
– удивилась Злата.
– Он что, любит смотреть на мучения людей или же сам выполняет обязанность палача?

– Нет...
– Шамим снова затравленно огляделся.
– Он никогда не присутствует на казнях. Он только их назначает.

– Тогда с чего ты взял, что это его развлекает... И вообще, разве решение о казни или помиловании принимает не Великий ханиф?

– Нет. Это делает бель Озем. Говорят, что во время казни он уединяется в своем кабинете и ловит душу казненного. И что таких душ у него уже много.

Последние слова Шамим прошептал еле слышно, после чего бросил взгляд себе за спину, хотя там была лишь голая стена. Затем, уже чуть громче, он добавил:

– А помилование... Уже сорок лет, с того самого времени, как бель Озем стал Главным хранителем трона, в ханифате не был помилован ни один осужденный. Вернее так, ни один из тех, кого приговорил к смерти бель Озем. Осужденные другими властями его не интересуют...